Сломанные ангелы - Морган Ричард - Страница 40

На небольших дистанциях компьютеризованный автомат Калашникова АКС-91 обладает способностью автоматического подъема и подлета в направлении имплантированного биосплавного ложемента.

…кровь фонтаном вылетела из-под маскировочного костюма, слегка окропив мне лицо. Противник пошатнулся, и лазер тут же заходил в его руке из стороны в сторону, словно палец, предостерегающий меня от лишних движений. Его подельники…

Практически бесшумный гравитатор обеспечивает непрерывный десятисекундный подлет.

…Подельники того, первого, просто не успели отреагировать на ситуацию. Я выстрелил дважды в направлении двоих, что стояли непосредственно за первым, и ясно увидел, как зацепило по крайней мере одного. Откатившись в сторону, они поволокли ковер за собой. Возле меня, совсем близко, пронеслись трассы ответных выстрелов.

Я сменил позицию, волоча окоченевшую от анестезии руку как чемодан и оглядываясь в поисках Вордени или того, кто держал ее под прицелом.

– Даже не думай, мужик, иначе я…

Выстрел прямо в колыхающуюся пластмассовую маску.

Заряд отбросил его на добрых три метра. Угодив в расставленные паучьи лапы механического «насекомого», тело повисло, обмякшее и не нужное более никому.

Вордени мягко осела на пол, словно лишилась костей. Спасаясь от очередного выстрела, я тоже залег, оказавшись с Таней буквально нос к носу.

– Ты как, в порядке? – спросил я шепотом. Она кивнула, прижавшись щекой к полу, и неумело заерзала, пытаясь отползти. – Ладно. Оставайся на месте.

Я бессильно тянул за собой парализованную руку, стараясь высмотреть двух оставшихся кемпистов в джунглях из механических качалок. Ни звука. Они могли появиться где угодно. Готовые выстрелить наверняка – в упор.

А вот хрен вам, ребята!

Старательно выцеливая смятые формы, обозначавшие тело старшего группы, я нашел мушкой автомата его рюкзак. Два выстрела взорвали боевую начинку, разметав обломки по всему залу.

Готово дело. Очнулась от спячки система безопасности «Мандрагоры».

Вспыхнул свет. Откуда-то сверху заорали сирены, и из стен, проникая через каналы для вентиляции, понеслись вниз потоки насекомообразных нанолетов.

Сначала механические стрекозы облетели нас с Таней. С полсекунды рой висел над нашими головами, сверкая мелким бисером оптики, потом метнулся дальше и, пролетев несколько метров, обрушил вниз лазерный залп.

Крики.

Ответные очереди прошли сквозь рой широким веером. Сбитые лазерным лучом нанолеты посыпались вниз, как мертвые бабочки. А оставшиеся резко прибавили копоти и дали второй залп – с удвоенной энергией.

Крики стихли, превратившись в плач. От сильного запаха сгоревшего мяса накатила волна удушья.

Наконец я дома, мамочка.

Волна нанолетов поплыла дальше, утратив свой интерес. Задержалась всего одна пара, которая и поставила точку, сделав контрольный выстрел. Плач, конечно, прекратился.

Тишина.

Вордени, лежавшая позади меня, подтянула колени, безуспешно пытаясь встать. Сил не хватало, и она беспомощно посмотрела в мою сторону. Помогая здоровой рукой, я едва смог встать на ноги.

– Оставайся на месте. Скоро вернусь.

Повинуясь выработанной привычке, я пошел в сторону расстрелянных пришельцев. Береженого бог бережет.

Маски обоих замерли в последней страшной улыбке, но под пластиком я заметил какое-то шевеление. Оно повторялось периодически. Пока разглядывал тела убитых, под головами у них что-то шипело, а вверх поднимался легкий дымок…

– Твою мать!..

Я вернулся к висевшему на тренажере трупу пришельца, которого застрелил сам, и увидел все ту же картину. В основании черепа зияла обугленная рана, а сама голова едва держалась на месте, покачиваясь на металлическом обрамлении станка. Результат удара «насекомых»: Под сквозной раной, которую проделал мой выстрел, скалился раскрытый в неестественной ухмылке рот.

– Черт…

– Ковач…

– Да… сейчас помогу, извини.

Я убрал оружие на место и без всяких церемоний поставил Вордени на ноги. В дальней стене отворилась дверь лифта, пропуская в помещение целый отряд вооруженной до зубов охраны.

Тут у меня вырвался вздох:

– Все, приехали.

Взгляды охраны упали на нас, и их начальница тут же расчехлила бластер.

– Стоять на месте! Руки поднять!

Я поднял здоровую руку вверх. Вордени пожала плечами.

– Я не шучу, парни!

– Мы ранены, – отозвался я. – Контактные разрядники. Остальные уже мертвы. На хрен. Все кончено. И разбудите своего Хэнда.

Хэнд воспринял ситуацию достаточно спокойно. Попросив перевернуть один из трупов, он принялся ковырять пережженный позвоночник металлическим стержнем.

– Плюс канистра с молекулярными ОВ. Это же новая разработка. «Шорн биотех», прошлого года. Не знал, что Кемп успел их получить.

– У них есть все, что имеете вы сами. Хорошо, что не так много. Почитайте Бранковича, «Маркетинг и война».

– Благодарю за совет, Ковач. – Хэнд потер глаза. – Я и так доктор наук. По теме «Инвестирование в зоне конфликта». В чтиве для любителей совершенно не нуждаюсь. Что хотелось бы знать… Чем вы занимались вдвоем, здесь? В столь неурочный час.

Мы с Вордени обменялись полным значения взглядом. Таня пожала плечами:

– Мы занимались любовью.

Хэнд озадаченно мигнул.

– Уже?

– Что значит «уже»?

– Ковач, не надо… У меня из-за вас голова раскалывается. Уже. – Хэнд встал, кивнув в сторону начальника службы безопасности, стоявшего рядом:

– Так, уберите все отсюда. Проверьте, не совпадут ли образцы с теми, что были взяты в аллее и возле канала. Файл называется «С221-Эм-Эйч», доступ я разрешу.

Мы проводили взглядом трупы, оттащенные к лифту в носилках на воздушной подушке.

Хэнд хотел было спрятать металлический стержень в карман, но, опомнившись, отдал его последнему из покидавших зал охранников. Потом он без какого-либо выражения, механически потер одну руку о другую.

– Кто-то хочет, чтобы вы, госпожа Вордени, вернулись назад. Кто-то, имеющий средства. Я полагаю, это само по себе подтверждает ценность производимых в вас финансовых вложений.

Вордени натянуто улыбнулась, изображая иронию. Я без церемоний добавил свою ложку дегтя:

– И есть еще кто-то внутри самой корпорации. По крайней мере об этом говорит полный отравы рюкзак. Не знаю, как иначе объяснить проникновение их людей в охраняемое здание. У вас утечка информации.

– Похоже на то.

– А кого именно вы послали за неизвестными, которые прошлой ночью следили за нами от самого бара?

Вордени обеспокоенно посмотрела на меня:

– А что, за нами кто-то шел?

Я сделал жест в сторону Хэнда:

– Так он говорит.

– Хэнд? – переспросила Таня.

– Да, госпожа Вордени, именно так. Вас провожали до самой Файнд-аллеи, и не только мы, – Хэнд говорил устало, и его взгляд, ненароком брошенный в мою сторону, казался почти извиняющимся. – Полагаю, это был Дэн.

– Дэн? И это что, не шутка? Ничего себе порядки! Ребята, а сколько у вас дают на отдых после смерти? Или своим людям новое тело предлагают немедленно, вместе с деревянным костюмом?

– У Дэна имелся готовый клон, свежий, из морозильника. Такова сложившаяся практика, по крайней мере в отношении оперативников. Дэну полагалась виртуальная неделя на психотерапию и хороший рекреационный пакет. Получил свое и загружен в новое тело. Был признан годным к несению службы.

– А был ли? Вы говорили с ним?

Я вдруг вспомнил свои слова, сказанные Дэну внутри системы для обнаружения и поиска после катастрофы: … эти работодатели пошлют на панель родных детей – лишь бы наложить лапу на вещи, о которых шла речь в моем письме. А что в сравнении с этим ты, приятель? Никто и ничто.

Только что убитый – в моем понимании это достаточно хрупкое состояние сознания. Оно делает восприимчивым к внушению. А Посланники могут убеждать, как никто иной.

Хэнд открыл голосовой телефон-раскладушку.