Житие колдуна. Тетралогия (СИ) - Садыкова Татьяна - Страница 189

  Милена что-то вязала на спицах, Ярослав прохаживался возле двери и иногда на несколько мгновений замирал на месте, будто к чему-то прислушиваясь, я смиренно сидела на диване и ждала начала заседания. Микио с наслаждением развалившись в кресле, натирал свой лиловый синяк тягучей, словно патока, мазью золотистого цвета, от которой приятно пахло лавандой и чем-то сладким - наверное, медом. Милена ему все-таки пожертвовала лекарство, больше не в силах смотреть на страдания человека... и кстати, не без моей помощи. Просто когда мы были на кухни маг вдоволь нажаловался мне на несправедливого Ника, его садисткую порку и обрадовавшись тому, что между ними нет никаких романтических отношений, я, посочувствовав бедному больному человеку, уговорила домовую ему помочь. Не знаю, исцелил ли он свои прежние раны, но судя по тому с каким удовольствием иллюзианист рассиживал в кресле - все осталось в прошлом.

  Джек же с интересом придворного ученого наблюдал за действами Микио по нанесению мази на синяк, будто в них был скрыт какой-то тайный смысл, чем нервировал и без того дерганого мага.

  Начать наше совещание решила я и сперва наперва праведно возмутиться, пока есть данная возможность, призвав к ответу некоторых личностей.

  - Микио, - грозно нахмурилась я, пытаясь одним своим видом воззвать к совести нечестного человека. - Вы же утверждали, что отличный повар и как понимать ваше... вашу халтуру с супом!

  - Протестую! - он сразу поднял вверх руку, будто и впрямь отвечал на каком-то официальном мероприятии. - Это все клевета и наветы! Я не утверждал, что являюсь поваром, я лишь следовал вашим указаниям, миледи Ирен. И кстати, суп получился сносным, намного лучше того, что выходило у меня раньше.

  - Сносным?!

  - Он же не взорвался, - пожал плечами тот, и снова стал натирать свой синяк мазью.

  Я задохнулась от возмущения и даже сжала в порыве чувств руки на коленях. Да как он смеет врать! Да еще и при мне! Ее Высочестве Ирен Келионендорской! К сожалению, никто из присутствующих мужчин - я про беспристрастного Ярослава, которому интереснее было стоять у двери, чем слушать наш диалог и бессовестно греющего уши Джека, - не намеривался вступиться за мою честь, и я решила это сделать сама.

  - А кто утверждал, что его поварские умения оценил даже сам магистр Филгус Гоннери? - учтиво осведомилась я, порываясь отхлестать вруна по щекам и после отобрать его мазь, чтоб страдал подольше. - Я?! Да я погляжу, вы совсем заврались и обнаглели!

  - Ха! - высказался на все мои претензии этот... наглец, и, не отрываясь от своего важного занятия, спокойно продолжил. - А он и оценил - так и сказал, что у меня необычайные кулинарные способности, когда я вместе с его сынком спалил их кухню. Что сказать - мы пытались приготовить жаркое и слегка просчитались с приправой... Но зато сейчас магистр Гоннери с семьей взял отпуск и уехал отдыхать, пока в его доме ведутся ремонтные работы. Так что нет худа без добра! - он призадумался и пробормотал себе под нос. - Главное не забыть деньги с тотализатора забрать. Эти наивные утверждали, что Филю в отпуск даже жена не заманит... Пф-ф-ф.

  - Хватит заливать, шут гороховый, - неожиданно вмешался в нашу беседу Ярослав и сев за диван деловито на всех посмотрел. - Мы собрались думу держать за правое дело и никому не занятно выслушивать твои оправдания.

  - А ты мне рот не затыкай, собачка, - сразу ощетинился Микио. - Я, может, лучше тебя знаю, как завоевать сердце мужчины. Или ты хочешь сказать, что у тебя есть опыт в этом деле?

  - Да ну... - хохотнул Ярослав и хлопнул себя по колену. - Таки признаешь, что любезничал с мужиками аки распутная баба?

  Иллюзинист облакотился на спинку кресла, положил ногу на ногу и с достоинством ответил, явно довольный своим прошлым опытом:

  - Ну почему сразу распутная... совсем даже наоборот, милая, добрая, ласковая, но в постели словно огонь - страстная, игривая, неистовая. С моей работой приходилось идти на разные вещи, а самый быстрый и верный способ подобраться к клиенту - это, милые мои, через его постель. Так что, как завоевать мужское сердце, - он обвел притихших присудствующих проницательным взглядом, - я знаю побольше вас. И мне нечего стыдиться - я это делал не ради удовольствия.

  В комнате повисла напряженная пауза. Все пытались осмыслить то, что поведал нам иллюзианист и принять эти шокирующие факты. Не знаю как остальные, но мне - о, Великая, - почему-то представилась совсем не невинная картинка с участием Никериала и Микио. Щеки от таких постыдных мыслей залил алый румянец, колени задрожали, мне захотелось немедленно встать и походить по комнате, размахивая в порыве чувств руками, чтобы остудить голову и прибрать в порядок мысли.

  Хотя нет. Я ошиблась, Джек посматривал на всех полным безразличия взглядом, будто говоря, что при его жизни и не таким баловались, и вообще, в его понимании это невинные развлечения. И от этого мне становилось неловко вдвойне.

  - Хах, неужели поверили? - Микио неожиданно громко усмехнулся и мерзко захихикал, прикрыв рот рукой.

  Я повторно залилась румянцем - теперь уже от стыда. О, Великая, какая я все-таки испорченная и невоспитанная девушка!

  Первым затянувшееся молчание прервал Ярослав. Он, явно долго собираясь с мыслями, глубоко вздохнул и задумчиво произнес:

  - Ну ты и шут гороховый... Я б тебя ударил, но болезненного бить не честь, а ты еще и малохольный... На таких не держат обиду.

  - О, правда? - обрадовался маг.

  - Марать руки что-то не хочется, - простодушно ответил Ярослав, смерив Микио тяжелым взглядом, - но если еще надумаешь так шутить, запомни - я не белоручка.

  Иллюзионист пару мгновений что-то порывался сказать, но нахмурившись, махнул рукой, видно не горя желанием испытывать судьбу и терпение Ярослава. И правильно - этот гость мага похож на одного из наших рыцарей, сэра Фрейла де Нарваска; высокого, мускулистого и сильного господина, который не лез за словом в карман, обожал пиры и любил размять свои огромные кулаки, выбирая в противники любого, кто на него косо взглянет. В высшем обществе рыцарь не прижился, да и как бы он в него влился, если завидев напудренных юнцов, его перекашивало и сэр Фрейл де Нарваск сразу лез в драку, чтобы, как любил повторять он: "придать их высокомерным лицам больше естественности". И это я еще культурно сказала, ибо в его высказывании было крайне мало приличных слов. Сэра де Нарваска опасался даже мой старший братец, потому что каждый раз встречаясь с ним на коридоре, рыцарь так на него оценивающе смотрел, что Ариану казалось, будто он ищет повод, чтоб его ударить. Да и упрекнуть наследного принца в трусости никто не посмел бы - Сэр Фрейл был выше него на полторы головы и тяжелее почти на сотню килограмм, а при таком положении вещей любому станет как-то не по себе... Да и мужчина всегда с пренебрежением относился к этикету и правилам, и к слову, сгинул на очередном походе за "достойным противником".

   - Хватит! - мне надоели эти препирательства, и я обратила внимание мужчин на себя. - Мы собрались, чтобы выслушивать ваши склоки или помочь решить мою проблему?

  - А чего здесь решать, Иреночка, - внезапно подал голос Джек и, подлетев ко мне, заговорщески шепнул нашей троице. - Есть один простой и надежный способ, которым признаться, и меня однажды... хмм... удалось удивить. Значит, слушайте и внимайте, отроки, - он оценивающе посмотрел на меня и показал призрачным пальцем на мою юбку платья. - Делаете разрезы здесь и здесь, - его указующий перст переместился к моему декольте, и я непроизвольно прикрыла свои прелести руками. - Рукава долой, кринолин тоже - все должно развиваться словно по ветру и быть нежным и воздушным. Корсет убираем... - призрак заинтересованно глянул на мою спину и, предчувствуя еще несколько наставительных фраз, от которых мне станет очень неловко, я не выдержала.

  - Что вы делаете! - мой возмущенный писк оторвал Джека от исследования спины, и он недовольно нахмурился. - Зачем... зачем такое бесстыдство!