Попаданец. Гексалогия (СИ) - Мельник Сергей Витальевич - Страница 169

Вы представляете? Дядя подари! Это же глупые бумажки, разве они стоят хотя бы одной детской слезинки? Что ж ты за сволочь то такая бессердечная, что можешь довести этих маленьких ангелочков до истерики? Тебе что жалко, что ли?

Не знаю, зацепили ли вы мою мысль, но хочу повториться, не твое не бери, пусть ты хоть на сто миллионов верных шансов будешь, уверен в своей правоте. Не бери. Это не твое. Это не про твои шансы, это возможно смысл, надежда и самое сокровенное, что было в душе у того дурака. И пусть это будут не фантики, пусть это будут деньги или черт его знает, что еще, но не бери, я ведь не такой как ты, я это не для вас хранил, берег и множил.

В тот вечер у нас диалога больше не получилось. Ромка, насупившись ушла с Хенгельман в совместную комнату, так как сама спать боялась, ну а Десмос и сотоварищи, рыскали в ночи, так сказать проводя рекогносцировку по местности, оставляя меня в одиночестве у большого затухающего камина в неверной пляске теней от бликов рыжего пламени с прогорклостью сырой древесины.

"Адель". Позвал я одну из вертких полупрозрачных теней, замысловато исполняющих свой завораживающий танец.

"Да Ульрих". Голос тени, веселым колокольчиком прозвучал в моей голове.

"Хозяин дома все еще здесь?". Игра света и тени убаюкивала.

"Да, этот вредный старикашка все еще здесь". Легкий контур девушки промелькнул над моей головой, едваедва всколыхнув локоны непокорных волос. "Он злится Ульрих".

"Ничего, это ничего". Я сладко зевнул. "Может быть, еще договоримся".

***

В город я попал через неделю. Немного подзатянули дела. Благо с бумажной волокитой не пришлось, долго возится, земельная контора чуть не с песнями и плясками вручила мне владетельную грамоту на собственность старого Арка Фельма, что называется, вздохнув с облегчением, так как с такой дурной славой этот дом был никому даже даром не нужен. Ну да даром он мне не обошелся. Увы. Содрали хоть и не большие, но весьма ощутимые денежки, плюс, пришлось в срочном порядке нанимать артель строителей, дабы подлатать крышу, да и вообще привести запустелый дом в божеский вид. Работы тут для них будет в избытке, а время к зиме поджимает, да и дожди чуть ли не час от часу сильней. Кто ж меня обвинит в моем желании обустроиться с комфортом? Увы это не Лисий, но уже дом. Нет не так. Это теперь мой дом и здесь должен быть теплый туалет, горячая ванна и хорошее добротное кресло, куда можно скрыться от всех жизненных перипетий, для трудоемкого, но приятного процесса мысле брожения, о великом и главном, как это водится у меня.

Город мне не понравился. Ну не знаю, не мое это, не люблю камень и многолюдную толчею. По крайней мере, такую сумбурную и тесную. Много, очень много людей в городе. Много, очень много каменных домов и мощеных рек улочек. Все родное, суета, гомон жизни, но...отвык я что ли от всего этого?

Пожалуй что и так. Отвык я за эту пару лет от такой насыщенной жизни, берущей вас в тесные тиски и перемалывающей в жерновах серого быта. Очень похоже, очень на мою прошлую жизнь. Когдато я так же бежал кудато, зачемто, почемуто. Так же думал о работе, о квартплате и прохудившихся ботинках. Обсуждал своих коллег, думал, куда поехать в отпуск и люто ненавидел пробки на дорогах. Я как окунулся в городской быт, у меня аж в душе защемило, сердце так часто и болезненно забухало. Соскучилось что ли проклятое?

Мой возок покрутился по улочкам, миновал четыре социально каменные стены и в пятом круге тормознулся возле небольшого трех этажного домика, где меня ждала любовь, обнимашки и все самое дорогое в моей жизни. Дом Милы Хенгельман приют моих домочадцев, родные и такие милые лица.

Он где? Он там? Он тут? Ты с ним? Маленькая ПестикВи запрыгнула ко мне на руки, заключая в объятья и требуя ответа.

Да привез, привез я твоего Хомку! Я потискал вертлявую девчонку. Да не одного, он теперь с другом.

Ой! Она соскочила с рук, носясь по комнате. Баба Мила! Баба Мила! А можно я к Хомочке в гости? Ну, можно, можно ведь, правда?

Сели за стол разговоры разговаривать, обед откушивать, чай попивать, да вот еще с Ромачкой знакомится. Мила и Деметра даже фыркнули в унисон, мол, другого они и не ожидали от меня, старого прожженного спасителя угнетенных, услышав историю нашего знакомства. Но вот когда Априя сдала меня с моим новым домом сестричке, тут уж все дружно покрутили пальчиком у виска, накидываясь на меня обвинительно в духе: "Нет, ну ты опять за свое?".

В общем, семейная идиллия и пока младший семейный состав занимался знакомством и общими разговорами, старушки тихонечко уволокли меня в уголок, где мы и проводили вечер за беседой.

Ульрих, я даже спрашивать не хочу зачем тебе дом Фельма. Милана Хенгельман подняла руку. Я уже поняла, что с тобой все равно спорить бесполезно. Лишь предупрежу, что с его хозяином не одно десятилетия билась магическая академия и даже я привлекалась не раз, но как ты понимаешь безрезультатно. Что бы там доподлинно не случилось, но над Фельмом поработал настоящий мастер своего дела. Это конечно не природный выброс некротики, а вполне заданная величина силы, но меж тем размах там не слабый хочу тебе сказать.

Понимаю. Кивнул я ей.

Но, опустим дела твои болезные и даже то гадство, что ты устроил напоследок в своем баронстве. Милана Хенгельман покачала головой. Последствия своих дел ты еще по полной вкусишь со временем, меня уж прости, интересует куда более близкий моему сердцу вопрос, а именно дальнейшая судьба сестры.

Понимаю. Внутри меня чтото сжалось, в предчувствии, нет, даже в понимании дальнейших слов и действий бабушки.

Пусть это прозвучит жестоко. Она тяжело вздохнула. Но я попрошу тебя больше не приходить ко мне в дом. Не подумай чего, за детьми я присмотрю, они не в чем не будут нуждаться. Но сейчас мне придется задействовать все свои связи, мне нужно будет вернуть, не знаю пока как, к жизни без преследования и наказания свою сестру, а ты в свете последних событий, изза своей репутации клятвопреступника не та личность, которая должна быть рядом в такой момент.

Понимаю. Внешне я оставался спокоен.

Ты прости Ульрих. Милана опустила голову. Я не могу тебе сказать, что понимаю то, что ты сделал с Жеткичем, но меж тем я благодарна тебе за то уважение и память, которое ты проявил по отношению к Валентину. Я говорю тебе спасибо, и говорю тебе, прости. Это тяжело мой мальчик для меня, но пока лучше для всех, если ты уйдешь в сторону. Сам пойми, Герман в скором времени войдет в права владетельного графа, ему нужны будут хорошие связи и помощь влиятельных людей, ему не нужно, что бы пусть и за спиной но ему показывали пальцем на тебя. Та же Деметра, пусть и бесприданница, но девушка с хорошим воспитанием, ей не сегоднязавтра о замужестве нужно думать. Ну а Пестик...

Мы перевели взгляд на маленькую бесовку, хороводившую среди старших и задающую общий тон веселья в компании детей.

Она чистая душа и боготворит тебя, но сейчас ты должен будешь отойти в сторону. Продолжила Мила. Не знаю когда, но готовься вся это свора придворной аристократии скоро, начнет тыкать в тебя пальцем и всячески задирать. Дуэли, сплетни, закрытые двери в лучшие дома королевства, тебе придется не легко.

Сказать еще раз понимаю?

Нет.

Посидим так. Молча. На последок. На дорожку. Слов больше не нужно, больше ничего не нужно и так сказано более чем достаточно. На душе горько и смешно, горько оттого, что права в пророчестве расставания и своей правде старушка и смешно, от глупости сложившейся ситуации.

Я клятвопреступник.

Меня осуждает общество, темные махровые дикари, они осуждают меня. Они такие же мстительные, их руки так же по локоть в крови и лишь одна грань между нами. Я публично нарушил свою клятву, а не как здесь принято держать слово на людях и строить интриги за спиной. Моя вина, я другой и винить в случившемся некого кроме себя любимого. Только вот.... Поверни время в спять, сделал бы я подругому?