Хелл. Обещанная усем любоффф (СИ) - Звездная Елена - Страница 86

— Я глава дома Азгарт, имя мое Отронире Ледши. Принесли ли вы радостную весть в мой дом?

«Не, они так на чай забежали, — раздраженно подумала Хелл, — сейчас шахра нажрутся и побегут дальше!»

Но тут все было согласно этикету, и Юкар ответил тоже ритуальной фразой:

— Я Юкар Ислиоргетсеш, вианасш храма Жизни, отсорен Храма Свиорда!

«Язык сломать можно! — Хелл старалась смотреть исключительно на Дайтарров, потому что сияющий вид Сиана начал заметно портить настроение.»

— Я посланник с радостной вестью, — продолжил Дайтарр, — сегодня день радости твоего отскоре, Отронире Ледши! — в зале послышался радостный шум, — Я принес весть, что в доме твоем зажглась звезда полной силы!

Повисло молчание, потом в глазах деймасов появилась такая надежда, что даже Хелл стало не по себе, и даже стыдно немного, когда все разом, почти синхронно посмотрели на порозовевшую от осознания собственной значимости Филлери.

— Звезда полной силы? — внезапно переспросил Отронире Ледши, и даже несведущая в процедуре наемница, поняла, что вопрос не соответствует этикету.

— Звезда полной силы, ярче наследника дома Азгарт! — торжественно подтвердил Юкар.

Хелл посмотрела на Сиана и поняла, что в это мгновение он едва не светится от счастья. Сиан стоял ошеломленный, безумно обрадованный известием, казалось в этот миг, он был готов одарить весь мир! Она понимала его радость — теперь у его дома будет продолжение… Мелькнула слабая надежда, что ради наследника полной силы он будет готов рискнуть ее жизнью, но в этот миг Арсианар посмотрел на нее… С такой любовью посмотрел… надежда подохла в мучениях….

— Вы принесли не радость, — продолжил следовать этикету Отронире Ледши, — Вы принесли счастье в мой Отскоре! Позвольте одарить вас маленькой толикой нашей радости!

Четверо деймасов, по двое от каждого Дома вынесли дары, и передали четырем Дайтаррам. Хелл мысленно присвистнула от удивления, потому что стоимость «маленькой толики радости» была более чем запредельная.

Принимая дары, дайтарры поклонились, а Юкар открыл принесенную им плоскую коробочку из голубого кристалла, в котором были два кулона на золотой цепочке. Хелл посмотрела на Миарни, потом на мать Сиана и поняла, что веселье закончилось — на обеих были подобные кулончики.

— Арсианар, наследник дома Азгарт, — произнес Юкар, и Сиан медленно, словно не до конца веря в происходящее, подошел к главному Дайтарру. С торжественностью, словно венчает на царство, Юкар надел на него кулон, и тихо произнес. — Твое рождение, Арсианар, было чудом, но рождение твоего сына вознесет дом Азгарт над всеми великими Отскоре Дайтилонасс!

— Благодарю за радостное известие, — Арсианар выпрямился, с сияющей улыбкой посмотрел на Дайтарра, затем повернулся и протянул руку к Филлери…

«Юкар! — взмолилась Хелл, — ну пожалуйста, ну очень прошу, надень этот дерсенговый кулон на эту скарити! Юкар, тахешесс, он же убьет меня, а у меня не так много вариантов смыться! Юкар, ну будь человеком, рашнагар!»

Филлери, уже сделавшая шаг к Арсианару, вздрогнула, увидев как Дайтарр резко повернулся и уставился на наемницу. И теперь все деймасы удивленно посмотрели на хрупкую, бледную девушку в темно-синем платье, которая с такой мольбой смотрела на Дайтарра. Но следующие слова Юкара, стали шоком для всех:

— Нет, Хелли. Я не в праве так поступить. Подойди ко мне, дитя и прими сиайрон!

Наемница печально вздохнула и укоризненно произнесла:

— Вот когда этот арсигай линялый меня тут в кристалл вкатает, тебе, Юкар, станет стыдно, да поздно будет! — потом возмущенно добавила, — Не, ну тахешесс, ну промолчать нельзя было, а?

Она посмотрела на деймасов, избегая взглядом Сиана, и поняла, что слово ШОК теперь для нее будет ассоциироваться именно с этой картинкой.

Правда, позабавило лицо Филлери — впрочем, деймосянке даже покрасневшая пятнами моська шла.

— Хелли, подойди, ты должна одеть сиайрон! — мягко, но требовательно повторил Юкар.

— Ага, я похожа на больную на всю голову? — Хелл судорожно вздохнула и таки посмотрела на Сиана, с темными, почти черными глазами. — Ты на этого глянь, я к нему сейчас близко подходить, не намерена, я еще жить хочу!

Ступор наследника дома Азгарт закончился внезапно, и на весь АшенАхран раздался его полный отчаяния стон:

— Хелли…

И было в одном этом слове столько боли, разочарования, отчаяния… Вот теперь стало обидно! Обидно до слез, до крика, до поступков о которых точно знаешь, что потом будешь жалеть. Хотя обидно стало раньше, когда он с радостной улыбкой протянул руку Филлери…

«Это что, получается, — гневно подумала Хелл, — значит, этой аристократке рожать можно, а мне нет? Ее ребенку он радуется, а на меня смотрит так, словно я весь его дворец взорвала, и мать с бабулей на тот свет отправила?!»

— Да, милый, ты станешь папочкой! — в ее словах было столько сарказма, что вздрогнул даже Юкар. — А я мамочкой! И не надо на меня так смотреть, мог бы и сообразить, что меня по утрам не от хорошей жизни тошнит!

Вот теперь на нее ТАК смотрели, что казалось стены расплавятся, вот только для нее быть в центре столь пристального и недружелюбного внимания было не в первой. Да и волновала ее реакция только одного деймаса… его слов она ждала с затаенной надеждой.

А Сиан смотрел на нее так… словно она разрушила весь его мир… Гнева больше не было, было отчаяние… Медленно, очень медленно, наследник дома Азгарт снял с шеи сиайрон, и положил обратно в шкатулку все еще удерживаемую Юкаром на весу, игнорируя испуганные вскрики женщин своего Дома, и весьма содержательное выражение Отронире Ледши.

— Это и есть твой ответ?! Как всегда ты принимаешь решение, наплевав на меня? — с горечью спросила Хелл, — А что дальше? — слезы потекли по щекам, — а дальше ты убьешь моего ребенка?

Он отрицательно покачал головой, почти воскресив в ней надежду, но его слова растоптали все:

— Нет, Хелл! Я убью нашего ребенка! Потому что дайтилонасс полной силы не все деймосянки могут родить, а ты всего лишь человек…

Вот так и втаптывают в грязь! «Всего лишь человек…» — она повторила его слова про себя и сорвалась:

— О том, что я всего лишь человек, надо было думать, когда ты меня всего лишь поимел! — Она уже кричала, зная, что это истерика, понимая, что ведет себя глупо, но не могла сдержаться. — Ты, самовлюбленный эгоист, деймас! Мне до дерсенга все твои переживания по поводу моей жизни, потому что ты… ты не за меня боишься, Сиан! Ты боишься, что у маленького мальчика отберут и сломают любимую эротическую игрушку! А я не игрушка!

— Ты не понимаешь, — он сделал шаг к ней, — ты просто не понимаешь…

— Стой, где стоишь! — Хелл почти ничего не видела из-за слез, но сдаваться не собиралась, — Ты весь такой умный, но ты дибилоид хуже, чем тупорылый винокрыс!!! А я так хотела верить, что ты любишь меня… что мы сможем быть вместе… Сиан, катись к ранинам, тебе самое место среди них!

Хелл разжала правую ладонь, и подняла вверх цепочку с зеленым камешком.

Она помнила, как им пользоваться, и смахнув слезы рукавом взглянула на Дайниру — деймосянка смотрела на нее и молча плакала…

— По поводу того, что я дибилоид, — прозвучал холодный, полный ярости голос Арсианара, — уже знаю, откуда у тебя граон, но учитывая твое умение входить в доверие ко всем подряд, от Хранителей до юнитри, я еще утром позаботился о том, чтобы на территории Дома Путь мог открывать только я! Я уже слишком хорошо знаю тебя, Хелл!

Глядя на разгневанного деймаса, Хелл вспомнила, что Миарни передвигалась ножками, а не через переход как обычно. Мдя… могла бы и сообразить…

— Ничего ты не знаешь, Сиан. — она горько усмехнулась, опустив правую руку, и сжав голубой кристалл Юкара, который держала в левой, — ты забыл, что я наемница, а у нас всегда есть запасной план.

— Хелл, — он сделал еще один шаг к ней, — Хелл, прошу тебя угомонись! Уже пятнадцать дней, не так много времени осталось, чтобы ты смогла безболезненно это перенести.