Магический кристалл - Морган Кэтлин - Страница 31

Тирен вздохнул и, с трудом спешившись, внезапно почувствовал сильное головокружение. Но Элайя тут же поддержала его.

– Так я и думала, – шепнула она. – Ты слишком устал. Сможешь дойти до пещеры, если я помогу тебе?

– Да… смогу.

Они добрались до убежища. Элайя, усадив Тирена, побежала к экусам и быстро отвязала вьючные тюки. Вернувшись, она приготовила постель.

– Ложись, – сказала она. Тирен тотчас задремал.

«Он очень устал, хотя и не признается в этом», – подумала девушка и погладила его по щеке. Тирен открыл глаза.

– Передохни немного. – Элайя улыбнулась. – А я займусь экусами и принесу еду. Потом промою и перебинтую твои раны.

Она стреножила животных, сняла поклажу и вернулась к Тирену.

Он спал. Ей не хотелось будить его, но девушка понимала, что нужно поскорее обработать раны.

– Тирен, – сказала она, – прости меня, но нужно обработать раны.

Порывшись в мешках, Элайя нашла чистые тряпки и сосуд с вонючей мазью. Она протянула его Тирену.

– Ты точно помнишь, что это лечебная мазь Ватиса? – Ее нос сморщился от отвращения. – По запаху это похоже на гниющий навоз.

Тирен улыбнулся:

– Да, это точно для ран. Я совсем забыл об этой мази. Ее целебные свойства сказочны.

– Отлично. – Девушка отвинтила крышку фляги и смочила чистую тряпку. – Теперь эти свойства нужны нам как никогда.

Тирен прищурился:

– Кстати, о чудесах. Ты обещала рассказать мне о том, как тебе удалось спастись.

– Да, я должна это сделать, хотя и сама не все понимаю.

– Да просто расскажи, что случилось. Если и я не пойму, то прерву тебя.

Элайя пощупала кристалл, спрятанный в кармашке пояса. Убедившись, что он на месте, девушка начала рассказ.

– После того как тебя увели, Фирокс потребовал, чтобы я испытала кристалл. Камень сказал мне много такого, в чем я пока не разобралась. Но, что особенно важно, он упомянул о даре, которым наделены все взрослые женщины моей планеты, – умении касанием руки парализовать человека. Это и произошло с Фироксом, когда он попытался отобрать у меня кристалл.

– Но как повели себя стражники? И почему ты не пользовалась этим даром раньше?

– Стражники бросились врассыпную, увидев, что с их хозяином. – Элайя потупила глаза и зарумянилась. – Что касается твоего второго вопроса, то этот дар появился у меня с того момента, когда я стала женщиной.

– А как это произошло? – спросил он.

– Ведь я провела с тобой ночь! – Она подняла на него глаза. – Физическая близость высвобождает этот дар.

– А каков тайный смысл этого уникального дара? – помолчав, спросил Тирен.

– Не знаю. В этом мне еще предстоит разобраться.

Он тихо засмеялся.

– Кажется, я неожиданно помог тебе? А нет ли у тебя еще каких-нибудь сюрпризов?

Элайя смутилась. «Не догадывается ли он об остальном? Сказать ли ему?»

– Ничего такого, о чем стоит говорить сейчас, – пробормотала она. – А теперь лежи спокойно. Я должна обработать твои раны.

«И, пожалуйста не спрашивай меня больше ни о чем, – молча взмолилась она. – Мне не хочется обманывать тебя, но пока я не могу сказать всего. Мне предстоит разобраться в этом самой».

Тирен покорно лег на одеяло. Элайе стало дурно, когда она увидела раны на левой руке и животе Тирена. Девушка осторожно промыла их, смазала раны вонючей мазью и забинтовала.

Левое бедро Тирена пострадало не так сильно, и она справилась с ним быстрее.

– Ну вот! – сказала она. – Все в порядке.

– Спасибо, Элайя.

– Ну что ты! Мне никогда не отблагодарить тебя за то, что ты сделал для меня. Кто бы мог подумать, что я попаду на планету-тюрьму и встречу такого мужественного и верного человека!

– Думаю, это ты вдохновляешь других своим мужеством, – заметил он.

Элайя покачала головой.

– У меня нет никакого мужества. Я бы в жизни не отправилась с такой миссией, если бы это зависело от меня. Но выбора не было. Никто другой не был…

– Достоин? – спросил Тирен. – Элайя, выбор тут ни при чем. А вот решиться устранить зло и взяться осуществить кажущееся невыполнимым – и есть мужество. Порой это заставляет даже выступить против собственного народа. – Он вздохнул.

– Против собственного народа? – изумилась Элайя. – Я никогда бы на это не пошла! Предать своих? Ни за что!

Тирен пожал плечами.

– Что бы ни говорили об этом, человек должен прежде всего думать о своей душе. – Тирен улыбнулся. – У нас осталась еда? Я умираю от голода.

Элайя порылась в сумках и достала сухие фрукты.

– Вот все, что у нас есть. Но завтра мы доберемся до леса, а недалеко от него я видела фруктовые деревья. Кроме того, там можно поохотиться.

Тирен взял сухой плод.

– Ах да, лес. На этот раз нас не задержат никакие ловушки, если только Фирокс не успеет | попасть туда раньше.

– Нет, – возразила девушка, устремив взгляд вдаль. – Кристалл сообщает, что Фирокс все еще в своей крепости. Так что пока мы в безопасности.

– Да, ты права.

Девушка поняла, что Тирен тоже вступил в общение с кристаллом, и это поразило ее. Отвернувшись от него, она задумалась.

Тирен сразу заметил, как изменилось ее настроение.

– Элайя, давай объяснимся. – Он коснулся ее руки. – Может, я обидел тебя? Скажи мне правду.

– Мне нечего сказать. Ложись, тебе следует отдохнуть перед долгой дорогой.

– Нет! – Он привлек девушку к себе. – Нет, – повторил Тирен. – Мы не ляжем спать, пока я не узнаю, что тебя тревожит. Скажи, Элайя, прошу тебя!

– Почему ты не сказал мне, Тирен? – наконец спросила она. – Почему ты утаил от меня, что способен общаться с кристаллом?

– Так вот в чем дело? Ты считаешь, что я знал о своем даре и скрывал его, надеясь при случае воспользоваться им и обратить его против тебя? Да?

– Да.

Он вздохнул.

– Признаюсь, незадолго до смерти Ватис сообщил мне, что я тоже буду Обладателем кристалла, но мне было трудно поверить в это. Только оказавшись в замке Фирокса, я понял, что Ватис сказал правду, ибо кристалл беседовал со мной. Этот дар до сих пор изумляет меня и наполняет странным воодушевлением. А скрывать это от тебя у меня и в мыслях не было. Просто мы еще не успели обо всем поговорить.

– Значит, я заблуждалась, – сказала Элайя. – Завтра мы сможем обсудить все проблемы. – Она протянула ему руку и вскоре постелила себе рядом с ним: – В горах холодные ночи, а хвороста для костра здесь не соберешь. Поэтому нам лучше держаться поближе друг к другу, чтобы было теплее.

– Как скажешь, госпожа.

– Тирен! – с укором воскликнула она и натянула на себя одеяло.

Он прижался к ней.

– Я рад, что мы живы и можем лечь рядом. Прошлой ночью я сомневался, что мы когда-нибудь увидимся, и даже не надеялся, что доживем до восхода солнца.

– Спокойной ночи, Тирен.

Он вздохнул, притянул девушку к себе и нежно прижался губами к ее затылку.

– Спокойной ночи, Элайя.

Вскоре оба спали глубоким сном. Но во сне они крепко обнялись, найдя наконец утешение, в котором так нуждались все это время.

Глава 12

– Мне хотелось бы кое о чем тебя спросить, – сказала утром Элайя, обрабатывая раны Тирена.

– Интересно, о чем? – он восхищенно следил за движениями ее ласковых умелых рук. Раны быстро заживали, да и сон приободрил Тирена. – Так в чем же дело? Ты ведь вправе задавать мне любые вопросы.

– В ту ночь в крепости Фирокс упомянул о том, что я не первая из твоих женщин. Что он имел в виду?

Тирен молчал. Элайя забинтовала его руку и только тут заметила мучительную боль в его взгляде. Сердце у нее заныло. «Он любил, а может быть, и до сих пор любит эту женщину». Эта мысль повергла ее в отчаяние. «Наверное, я не иду ни в какое сравнение с ней».

– Тирен, – она взяла его за руку. – Пожалуйста, забудь мои слова.

Он покачал головой.

– Нет, ты должна услышать эту историю. Тогда ты поймешь, как я ненавижу Фирокса, и примешь то, что я собираюсь сделать. – Тирен тяжело вздохнул. – Мы с Дарлой были помолвлены. Когда я держал в объятиях эту прекрасную девушку с длинными золотистыми волосами, голубыми глазами и чудесной фигурой, мне казалось, что я оберегаю ее от всех бед и напастей. – Тирен вспыхнул от гнева. – Но даже мне не удалось уберечь ее! Пока я выполнял одно задание на Беллаторе, Фирокс со своими людьми напал на Мораку – родную планету Дарлы – и истребил более половины жителей столицы. Почти всех уцелевших он взял в плен и продал в рабство, а Дарлу забрал к себе.