Колдовская любовь - Морган Кэтлин - Страница 3

— Тише, Люцифер. Что с тобой? — проговорил его хозяин. — Девушек никогда не видел? Это не волк. Она тебя не съест.

Люцифер.

У Брианны мурашки побежали по спине. Мало того, что она попала в лапы этого страшного принца, так теперь еще оказалась на спине животного с такой кличкой! Если только это на самом деле было животное!

Она вспомнила истории, что рассказывают шепотом поздними вечерами у семейного очага. Истории о демонах, принявших облик животных. Вдруг этот конь один из них? А если эти двое отвезут ее не домой? А… куда-нибудь еще?

Хозяин Люцифера взлетел в седло позади Брианны и тем мгновенно изменил направление ее тревожных мыслей.

Она замерла, когда крепкие руки обвили ее, подвинув поближе к нему, и сам он поерзал, устраиваясь поудобнее.

Взгляд ее испуганно скользил по его лицу.

Но он не обращал на нее внимания, а смотрел вперед, на горы.

Люцифер тронулся. Это внезапное движение отбросило Брианну назад на принца. Когда она ударилась плечом о его грудь, раздался легкий звон кольчуги, скрытой курткой с широким воротником.

«Итак, — подумала она с облегчением, — сказки врут о его неуязвимости, как и легенды о том, что он не человек, а зловещий призрак». То, что он человек, из плоти и крови, как она сама, становилось все яснее с каждым толчком, которым движение коня сближало их тела.

Брианна судорожно глотнула. Страх боролся в ней с разгорающейся злостью на его высокомерие. И в то же время в кольце его сомкнутых мускулистых рук она испытывала удивительное ощущение безопасности и покоя.

Она ничего не понимала. Как такое может быть? Он ведь дьявольское отродье. Почему же ей так хорошо с ним? Может, в эту самую минуту душа ее была на волосок от гибели? Или в этом и заключалось наваждение, которое он наслал на нее, чтобы успокоить ее страхи и сделать покорной своей злой воле?

Она еще раз тайком взглянула на него. Право слово, он производил поразительное впечатление: его густые черные волосы были стянуты на макушке воинским узлом, и только это мешало им рассыпаться непокорными кудрями. Квадратный подбородок, орлиный нос, твердый рот.

«Сильное и привлекательное лицо», — решила Брианна. Нет, она должна его бояться. Почему страх прошел? Может, это странное влечение, которое она испытывает, лишь часть наваждения? Но как теперь избавиться от его чар?

— Что ты делаешь так далеко от дома, девушка? Одетая мальчиком и с коротким мечом? — Тот, о ком она думала, смотрел на нее сверху вниз, и лицо его было тревожным. — С каких пор в мирном Анакреоне девушки ходят с оружием?

Радуясь тому, что вопрос прервал ее беспокойные мысли, Брианна бросила на него недоуменный взгляд.

— В мирном Анакреоне? Вы шутите, мой господин? Я всегда так одеваюсь, когда приходит мой черед сторожить деревенский скот. У нас тут очень неспокойно. А почему я оказалась так далеко от дома, так это из-за потерявшейся коровы. Я почти ее поймала, когда эти проклятые разбойники набросились на меня.

— Ты говоришь, Анакреон больше не мирный край? — спросил ее мрачный спутник. — Скажи, что же неладно в этих землях?

— Не пристало мне, бедной девушке, говорить о таких вещах, мой господин. — Брианна поежилась под его испытующим внимательным взглядом. — Лучше вам спросить об этом у вашего отца или вашего брата, принца Драгана.

Он повернул ее лицо к себе. Единственный глаз сверкал янтарным блеском.

— Нет, милая девушка, если я задаю вопрос тебе, тебе и отвечать. Неужели ты так бессердечна, что откажешь в этой просьбе человеку, так долго пробывшему в разлуке со своей родной землей? Плохая благодарность за твое спасение.

— Я не хотела обидеть вас, мой господин, — поспешила прервать его Брианна. — Но мои слова могут причинить вам боль… или даже вызвать гнев.

— И ты боишься того, что может последовать за этим гневом?

— Да, мой господин.

Этот резкий ответ вырвался у нее вопреки ее воле. Она боролась, стремясь освободиться из-под власти его пристального взора, опасаясь, что слишком резко, пусть и правдиво, ответила на его вопрос. Но, хотя рука, повернувшая ее лицо к нему, уже давно опустилась, он продолжал удерживать ее взгляд сверкающей глубиной единственного открытого глаза.

Брианна ощутила, что летит в пропасть, что ее затягивает водоворот завораживающего, мерцающего света. Крик застрял в горле, остался только хрип… Святая Матерь, она погибла, душа ее…

С приглушенным проклятием он отвел глаза.

— Я… я… прости меня. Я не собирался… — досада отразилась на его лице. — Клянусь Святой Матерью, я должен научиться управлять этой дьявольской силой!

Принц снова взглянул на нее. Брианна видела глубокое раскаяние на его изможденном и усталом лице. Он вздохнул:

— Ответь на мой вопрос, девушка. Вреда тебе не будет. Я всего лишь хочу узнать, что стало с моим домом и семьей — и плохое, и хорошее. Не старайся щадить меня, опуская что-либо.

Брианна нерешительно улыбнулась:

— Ответ будет таким, как вы сказали: и плохой и хороший. Только с чего начать? Столько всего произошло с вашего отъезда: беды, разрушения, хаос. Но когда это началось, я была совсем маленькой. Мне тогда было три года, и я цеплялась за юбку матери, когда погиб дом Лаэны, когда колдун Морлох начал набирать силу…

Конь резко остановился.

— Дядя Арлен умер?

— Лорд Арлен из дома Лаэтая? Да, мой господин.

Брианна заставила себя взглянуть на него, хотя сердце ее застучало, как молот. Святая Матерь, жесткий блеск его единственного глаза мог бы заморозить души храбрейших! На что же был способен другой глаз, под этой черной повязкой?

— Ладно, девушка, говори! — Голос его тоже стал ледяным. — Мой отец, принц-консорт — соправитель королевы. Ты хочешь сказать, что у него не хватило власти помочь своему брату?

— У какого человека хватит сил бороться с колдуном?

Она бросила на него настороженный взгляд. Обсуждая таких, как он, ступаешь на зыбкую почву. Однако его лицо оставалось невозмутимым.

Брианна глотнула и продолжила:

— Никто не знает почему, хотя шепчутся, что из мести Морлох уничтожил род Лаэны. Лорд Арлен и вся его семья погибли.

— Вся семья? Никого… Никого не осталось? — голос его звучал напряженно и хрипло. — Как? Как они умерли? Не молчи же. Отвечай!

На какое-то мгновение Брианна испытала необъяснимое желание утешить его. Хотя видно было, что он не примет никакого сочувствия и никогда не признается, что страдает, она почувствовала его боль. За неприступной внешностью скрывалось ранимое человеческое сердце. Это открытие ошеломило ее. Как такое может быть? Он обладал Дурным глазом и наверняка был проклят навеки. И все же она ощущала сострадание к нему, и ей казалось, она понимает его.

Она глубоко вздохнула.

— Никто не знает точно, как это произошло, мой господин. Герцога нашли растерзанным каким-то зверем, а герцогиня и все ее дети были задушены. Только одного ребенка нигде не нашли. Ходили слухи, что Морлох вызвал привидение, чтобы уничтожить всю семью. Привидения и не такое могут, а все убийства произошли ночью. Ведь ночь — это время призраков. Слуг разбудил пожар, но к тому времени было уже слишком поздно.

— Значит, мой дядя и его семья мертвы, — повторил он безучастным голосом, — и ты говоришь, что это лишь начало? Какие еще счастливые новости у тебя есть?

Брианна побледнела, но нашла в себе силы продолжать рассказ:

— Говорят, проклятием отмечена ваша кровь и она пятнает даже невинных. Королева, ваша мать, слегла и с тех пор не встает с постели. Принц-консорт тоже уже не тот. За эти годы власть почти полностью перешла к вашему брату.

Она бросила на него огорченный взгляд. Суровое, окаменевшее лицо воина ничего не выражало.

— Продолжай.

Брианна с трудом глотнула.

— Простите меня, мой господин, но ходят слухи, что принц Драган не годится в правители. Он тратит время и королевскую казну на пиры, охоты и женщин. Королевская армия уменьшилась до стражи замка, так что разбойники безнаказанно грабят страну. И… и все это время сила Морлоха растет и растет.