Вредитель Витька Черенок - Добряков Владимир Андреевич - Страница 56

А как бы он теперь понадобился! На Генкино имя пришло письмо от капитана футбольной команды «Черные стрелы». Ленька вызывал игроков «Дружбы» помериться силами с его командой.

День поединка Генка должен был выбрать сам.

Письмо заканчивалось так:

Это письмо Митюшка принес на стадион часов в двенадцать. Достаточно времени, чтобы хорошенько все обдумать. Принимать или не принимать вызов «Черных стрел», — об этом не спорили. Принимать! Ведь их отказ Ленька расценил бы как трусость. А вот о том, когда встречаться, стоило подумать.

— Как поправится Костя, тогда и сыграем, — предложил Петька. — А то и правда продуем.

— Ты всегда всего боишься, — сказал Эдик. Но тут же взглянул на Костю. — Через неделю сможешь играть?

Костя, наступавший пока только на пятку, попробовал встать на полную ступню. Сморщился.

— Не знаю… Болит.

Конечно, замена Косте найдется. Но не легко будет удержать Леньку ослабленной обороной. Да и остальные нападающие в его команде — сильные игроки. Ребята из «Дружбы» ходили смотреть на них. Выиграть у «Черных стрел» будет совсем не просто.

— Но смотрите, как уверен в победе! — глядя в письмо, сказал Генка. — «Вам же все ровно когда праигрывать!» — выделяя голосом ошибки, прочитал он.

— Психическая атака, — сказал Эдик. — Главное, техники у них нет. Мы же видели: опять почти все на Леньку пасуют. Царь и бог! Я считаю: нечего затягивать.

Генка с минуту молчал. Ему, капитану команды, не полагалось говорить необдуманных вещей. Наконец он сказал, пожевав губами:

— А чего, в общем, бояться? Играть мы стали лучше — водить научились, немножко комбинировать. И не бегаем без толку, как ненормальные. Ведь верно?

Чего спрашивать! Каждому ясно, что их игру не сравнить с прежней. Вот теперь и выяснится, чего стоят их тренировки, не напрасно ли покупали одинаковые желтые майки.

— Матч предлагаю назначить на воскресенье, — сказал капитан команды.

— Правильно! — поддержал Эдик. — Остается четыре дня. Поднажмем на тренировки и — в бой!

В бой так в бой! Бодрость Эдика вселяла уверенность.

Митюшке, пришедшему в 18.00 на стадион, был вручен ответ, подписанный всеми членами команды «Дружба».

Матч

Одно объявление висело на зеленной лавке, второе — на станции у газетного киоска, третье — на заборе одной из дач на улице Андрея Репина. Объявления были написаны на больших листах, яркими буквами.

В них сообщалось о футбольном матче, когда и где он состоится и кто с кем встречается. А в конце стояло: «Судит встречу Д. Деревянко».

Данку смущала эта приписка. Ни фамилий капитанов команд не указано, ни игроков, а ее фамилия — пожалуйста!

Это Костя удружил. Когда ему, не занятому в тренировках, поручали написать объявления, то о судье и речи не было. Обрадовался! Данка до того рассердилась, увидев на зеленной лавке объявление, что готова была сорвать его. И досталось Косте! Спасибо Эдику — вступился.

— Никакого культа Костя не развел. Правильно написал. Кто главное лицо на футбольном матче? Судья. Матч судить — ого, какая ответственность! Сама знаешь, из кого болельщики грозятся сварить мыло.

Это, называется, успокоил! Она и без того волнуется, все думает, как бы не подвести ребят, а он такое говорит!

А тут еще пришло письмо с Камчатки. Отец сообщал, что в отпуск приехать никак не сможет. Это не явилось новостью — отец и раньше намекал на такую возможность. Но все же они с мамой надеялись на скорую встречу. И вот… Однако больше всего Данку угнетало молчание Белова. Почему не отвечает? Почти месяц прошел с того дня, когда она послала ему письмо. Неужели не захотел написать? Неужели Костя все-таки оказался прав и Белов сильно изменился? Оставалась одна надежда, что у него отпуск, он где-то отдыхает.

Между тем наступило воскресенье, а с ним пришли новые волнения и заботы. Как выглядит судья? Данка принялась было шить себе на рукав синюю повязку (однажды видела такую на судье), но раздумала. То был не футбольный судья. «Лучше надену просто пионерский галстук», — решила Данка. Она повязала перед зеркалом галстук, расправила его на белой блузке. Подбоченилась, посмотрела на себя. «Вид у судьи внушительный, — подумала Данка и опустила брови. — И строгий». Это ее развеселило. Она взяла свисток и, округлив щеки, подула в него.

— Уже штрафуешь? — послышался со двора голос Эдика.

Данка встретила его на пороге.

— Как нравится новый судья? — спросила она, чуть вздернув короткий нос.

— Колоссально! — Эдик замер в почтительной позе.

Они расхохотались.

— Нет, правда, Эдик, без шуток, — вздохнула Данка. — Будут меня слушаться Ленькины игроки? Может, скажут: «Подумаешь, девчонка! Чего ее слушать!»

— Пусть попробуют! Ты имеешь право сделать предупреждение. Если опять нарушит правила — удалить с поля.

Данка сделала строгое лицо и подула в свисток. Потом лукаво улыбнулась, взглянув на Эдика.

— Но не думай, что стану вам подсуживать. Если ты нарушишь правила, тоже удалю с поля.

Шутки шутками; а уже почти двенадцать. Эдик побежал домой…

К двум часам дня команда «Дружба» в полном составе собралась на стадионе. Все в желтых майках, белых трусах. А на Генке надета синяя хорошая фуфайка, на руках — братовы кожаные перчатки. Красная повязка на рукаве напоминала о его капитанском звании.

Погода выдалась нежаркая. Небо чуть хмурилось, время от времени на зеленое поле стадиона набегали тени.

— Самая футбольная погода, — сказал Генка. — Народ должен собраться. На речке сегодня делать нечего.

Капитан не ошибся: скоро со стороны поселка стали подходить ребятишки, взрослые. Костины красочные объявления не оставили жителей равнодушными.

Среди болельщиков Эдик увидел и отца с матерью и Ольгу Николаевну. На стадион их привела Данка. Эдик помахал рукой. Отец тоже помахал ему в ответ, но тут же погрозил пальцем: не подведи, дескать, центральный форвард, держись!

Тревожился Николай Петрович не напрасно. На поле показались игроки команды «Черные стрелы». На них были красные майки, и на груди каждого чернела стрела наподобие молнии. Зато сзади никаких номеров не было.

Необычная форма «Черных стрел» вызвала оживление в рядах зрителей. А ребята из команды «Дружба» даже растерялись.

— Спокойно, — сказал Эдик. — Знаем такие штучки — психическая атака! Это слабонервных пугать. У нас нервы в порядке.

— А почему номеров нет? — спросил Петька.

— К чему им номера? Все же на Леньку играют…

Над полем разнесся судейский свисток.

— Приготовиться, ребята, — сказал Генка. — Сейчас начнем. А какие они стрелы — в игре посмотрим…

Дальше все происходило как на обычном футбольном матче. Данка поставила мяч посреди поля, на выбитой в траве плешивинке, а игроки команд, по ее сигналу, выбежали двумя цепочками к центральному кругу. Капитаны команд подошли к судье, и Данка поочередно пожала руку Генке, а потом и Леньке. Тот усмехнулся, подавая свою широкую лапу, но Данка сделала вид, что не заметила этого. Перед тем как разыграть ворота, она обвела взглядом игроков и, стараясь, чтобы голос не дрожал, сказала:

— Игра должна быть корректной. Предупреждаю: за грубость буду делать замечания, а если станете продолжать свое, то имею право удалить с поля. Всем понятно? — спросила она и выразительно взглянула на Леньку.

Данка не знала: должен ли настоящий судья обращаться к игрокам с таким предостережением, но посчитала своим долгом сказать это. Пусть сразу почувствуют ее твердую руку.

Началась игра. О строгом предупреждении судьи капитан команды «Черные стрелы» помнил недолго. Как только мяч попал к нему, он рванулся вперед и, не утруждая себя хитрой обводкой игроков противника, понесся к воротам. Легко ли было худощавому, слабому Венику сдержать его натиск! Он подскочил к Леньке сбоку, но в ту же секунду удар локтя сбил его на землю.