Последний танцор - Моран Дэниел - Страница 163

Подъем давался нелегко. Хотя сервомеханизмы медбота были рассчитаны на поднятие значительно большей тяжести, чем его собственный вес, расположенная под неудобным углом точка опоры не позволяла ускорить процесс. Как только его нижние конечности оказались на уровне подоконника, он начал выворачиваться, одновременно вытягивая их вперед, пока все шесть не закрепились по краям толстого деревянного бруса шириной около фута.

— Хороший мальчик, — чуть слышно произнес пациент.

Робот переключил внимание на аэрокар, который то относило от окна на несколько сантиметров, то вновь подталкивало к ней. Рассчитав периодичность колебаний, он разжал клешни, дождался очередного минимума амплитуды и резко подался всем корпусом в пустоту, вытянув до предела передние манипуляторы. Корпус машины от толчка качнулся вниз, и две нижние опоры робота соскользнули с подоконника. Но мощные турбины такси быстро восстановили равновесие, и медботу удалось зафиксировать на боковой дверце сначала основную, а затем и вспомогательные клешни. Выждав несколько секунд, чтобы убедиться в прочности захвата, робот отцепил центральную «руку», изогнул ее за спину и галантно предложил:

— Держитесь за мой манипулятор, пациент, и я перетащу вас в салон.

Каллия завороженно наблюдала за каждым этапом операции, испытывая что-то вроде благоговейного трепета. Слова медбота вывели ее из ступора. Она наклонилась вперед, вытянула правую руку и ухватилась за клешню. Эластичные металлопластиковые «пальцы» цепко сомкнулись вокруг ее кисти и медленно, сантиметр за сантиметром, потащили через импровизированный мостик. Переползая через подоконник, Каллия оперлась на него левой рукой. Движение тут же прекратилось, и медбот строгим голосом сделал ей замечание:

— Вы не должны пользоваться этой рукой, пациент. Ей необходим полный покой в течение сорока восьми часов.

Реакция робота показалась ей настолько дикой и неуместной в данной ситуации, что девушка чуть не расхохоталась. Но делать было нечего, и руку пришлось убрать. Перетягивание возобновилось.

Порывы ветра хлестали ей в лицо. Аэрокар, как назло, опять повело вниз, когда к весу робота присоединилась дополнительная нагрузка в виде ее собственного тела. Чтобы компенсировать баланс, Ральф увеличил тягу, и ветер сразу усилился. Каллия зажмурилась и вдруг начала все быстрее и быстрее соскальзывать куда-то вниз. Вскрикнув от страха и неожиданности, она поспешно открыла глаза и увидела прямо под собой широкое переднее сиденье. Медбот разжал клешню, и она рухнула лицом вниз в спасительный салон, успев, правда, в последнее мгновение выставить перед собой здоровую руку, что позволило ей смягчить толчок и избежать новых травм. С трудом извернувшись из неудобного положения, девушка уселась и первым делом застегнула ремни безопасности. Потом повернулась к медботу, горизонтально растянутому между окном и машиной...

И в этот момент аэрокар, натужно взревев двигателями, оторвался от стены небоскреба и помчался прочь, набирая скорость. Робот повис на дверце, отчаянно цепляясь за ее край, но его так сильно раскачивало, что обе вспомогательные клешни уже соскочили, да и последняя грозила разжаться в любую секунду. Движимая неодолимым порывом, Каллия протянула левую руку и в самое последнее мгновение успела схватить медбота за центральный манипулятор.

— Прекратите! — рявкнул Ральф. — Это всего лишь безмозглый автомат. Отпустите сейчас же!

Робот весил никак не меньше взрослого человека. Что-то хрустнуло, и плечо девушки пронзило острой болью.

Медбот впервые оказался так высоко над землей. С нескрываемым интересом обозревая окрестности, он посмотрел вверх и тут же вздрогнул от зазвеневшего в голове тревожного сигнала.

— Бросьте меня, пациент! — закричал он, усилив до предела громкость своей акустической системы. — Вы не должны напрягать эту руку. Бросьте немедленно!

До крови закусив губу и не обращая внимания на боль и рвущиеся связки, Каллия рывком перевалила робота через борт. Автомат плюхнулся ей на колени. Слава богу, что она не чувствовала своих ног, иначе наверняка потеряла бы сознание.

— Вы плохой пациент! — отругал ее медбот. — Очень плохой. Я вынужден доложить доктору о вашем поведении, никак не совместимом со статусом пациента.

У Каллии хватало других проблем, л полет продолжался в обоюдном молчании. Но неугомонный робот уже начал прикидывать, какую помощь он может оказать пациенту, находясь в столь неудобной и неподобающей позе. Его оптические сенсоры упирались в жесткую кожу переднего сиденья, а задние конечности свисали над бортиком. Логические цепочки ожили...

— Ральф, вы видели, что он сделал? — прошептала девушка.

— Не вижу ничего особенного, — проворчал ИР. — На то он и медбот. А вы чего ожидали?

Каллия ничего не ответила, потому что провалилась в беспамятство.

Робот снова забеспокоился. Пациент определенно нуждался в его услугах. Между сиденьем и рулевой колонкой имелось свободное пространство, но он сомневался, достанет ли манипуляторами...

— Подтяни задние ноги и обопрись ими на сиденье, — посоветовал Ральф. — Сократи их длину до миниума. Теперь медленно поднимись и упрись спиной в левый передний угол между дверцей и лобовым стеклом. Повернись лицом к пассажиру. Левым вспомогательным манипулятором расстегни на нем один из ремней безопасности. Оберни его вокруг своего основного манипулятора и снова пристегни.

«Какой умный комп» — восхитился медбот, обретя благодаря его советам, устойчивое равновесие. Наконец-то он мог приступить к выполнению своих функций. Беглый осмотр пациента сразу выявил, что тому необходимо срочно ввести обезболивающее, противовоспалительное и успокаивающее. Порывшись в аптечке, медбот выбрал соответствующие препараты и занялся ликвидацией последствий безответственного поведения доставшегося ему пациента.

Аэрокар летел на восток.

28

Дван смотрел прямо перед собой пустыми, остановившимися глазами.

В физическом отношении он выглядел нормально и стоял прямо, не прикасаясь спиной к стене, у которой его удерживали широкие пластиковые ремни, охватывающие щиколотки и запястья. Дэнис не стала тратить на них времени. Уж если такой здоровяк, как Дван, не смог их разорвать, ей и подавно не под силу. Роберт, стоя в дверях с лазерным ружьем, подобранным рядом с телом одного из убитых охранников, покачал головой и сказал:

— Он невменяем, Дэнис. Оставь его, и пойдем отсюда.

— Черта с два! — огрызнулась девушка и вскинула свой «Эскалибур-IV». Луч прошел сквозь монополимерные ремни так близко к коже, что на ней вскипели волдыри. Освободившийся пленник уронил руки и качнулся вперед. Дэнис шагнула к нему и помогла удержаться в вертикальном положении, бросив через плечо: — Он бы меня никогда не оставил.

— Зато обо мне точно бы не вспомнил, — проворчал японец себе под нос.

— Уильям! Дван!

Никакой реакции. Он самостоятельно держался на ногах, но никаких осмысленных действий не предпринимал. Дэнис несколько раз хлестко ударила его по щекам, но и этот проверенный способ ни к чему не привел.

— Моя дорогая девочка, у нас нет времени на эти глупости, — мягко сказал Роберт. — Я не шучу.

Дэнис на мгновение застыла. Она не могла бросить Дивейна, но не была уверена почему... Внезапно ее осенило. Теперь она точно знала, что от нее требуется и как это сделать. Отступив на шаг, девушка в упор взглянула в остекленевшие глаза великана и заговорила на чистейшем, без примеси акцента, шиата:

— Слушай меня, Дван из клана Джи'Тбад. Я Танцор Пламени. Дван вздрогнул, встряхнул головой и секунду спустя ответил на том же языке:

— Я слышу тебя, госпожа. И я к твоим услугам.

— Во имя твоего Посвящения я требую, чтобы ты присоединился ко мне и следовал за мной, куда бы я ни приказала. Ты Защитник, слуга живого Пламени. Готов ли ты посвятить жизнь Служению Ему?

— Готов! — прошептал Дван.

— Готов ли ты убивать ради Него?

— Да.