Сбывшееся предсказание - Фолкнер Колин - Страница 10

Следующие два часа Элайз, сидя рядом с Зейном, слушала шутливую семейную болтовню.

Она редко бывала так ошеломлена. Шум. Неразбериха. То и дело звонил телефон. Лаяла собака.

Плакали младенцы. Дети выбегали из задней двери, кружились вокруг дома, вбегали в переднюю дверь и снова носились по веранде. Зять Зейна соорудил в конце веранды скульптуру из пустых пивных банок. Дети сбивали их яблоками, которые брали на кухонном столе.

Элайз была и потрясена, и очарована. Все с такой теплотой относились друг к другу. Никаких разногласий. Презрительного пожатия плечами.

Никто не грозил вычеркнуть родственника из завещания или ликвидировать имущественный фонд. Никаких разбитых бокалов из-под мартини на выложенном итальянской плиткой полу.

Наконец, когда Элайз не могла больше съесть ни кусочка, она вытерла руки льняной салфеткой и пошла размять ноги на лужайке за домом. Зейн зачем-то вошел в дом. На заднем дворе Элайз понаблюдала, как близнецы качались на старой шине. Они напялили на головы пиратские шляпы, которые кто-то сделал им из газеты. Она перевела взгляд на дедушку Китона, который сидел под яблоней. Зейн спустил его кресло с веранды - как он сказал, "дедушке нравится запах яблоневых листьев".

Элайз посмотрела на веранду, но не увидела Зейна. Тогда она неуверенно подошла к старому Китону.

- Здравствуйте. - Немного странно разговаривать с человеком, не представляя, понимает он тебя или нет. Зейн сказал, что никто этого не знает. - Меня зовут Элайз. Я... - она посмотрела в сторону дома, - я подруга Зейна.

К ее удивлению, старик перевел затуманенные голубые глаза на нее. Конечно, нельзя быть уверенной, но, похоже, он слушал.

Элайз улыбнулась и присела возле кресла-каталки. Любопытно, что кто-то с большой заботой одевает старика. На нем была яркая рубашка для гольфа, шорты цвета хаки и зеленая ковбойская шляпа.

- У вас здесь уютно. - Она посмотрела вверх на ветки дерева и представила, что это значит вырасти на этой ферме. Из разговоров за столом она поняла, что Зейн и его сестра в детстве жили здесь с отцом и дедушкой с бабушкой. Она пыталась представить, что это значит, быть Зейном и Меган и жить в окружении родных людей, которые принимают их такими, какие они есть.

- У вас очень хороший внук, - проговорила она. - Замечательная семья. - Она обвела взглядом двор. - Прекрасный дом.

Старик молча изучал ее лицо. Элайз чувствовала: он хочет, чтобы она продолжала говорить.

Что ему сказать?

- Вчера Зейн пригласил меня покататься на лодке, и мы объехали бухту. Он вам не говорил?

Он показал мне землю, которая когда-то принадлежала вашей семье. Вы там выросли. - Она сомневалась, понимает ли ее старик. - Зейн просил меня узнать, не собираются ли нынешние владельцы выставить ее на продажу. Вам это будет приятно, правда? Вернуть отцовскую землю после стольких лет?

Он ничего не ответил.

- Я только хотела поздороваться. - Элайз сжала губы и встала. На шаг отошла и вдруг почувствовала, как что-то коснулось ее руки. Сначала ей показалось, что это листок. Сухой, холодный.

Озадаченная, она обернулась и увидела сморщенную руку старика Китона в своей руке. Элайз подняла глаза к морщинистому лицу. Он улыбался ей белозубой улыбкой.

Она улыбнулась в ответ, чувствуя такую нежность, какую даже не подозревала в себе.

Все еще улыбаясь, Элайз вошла в дом через переднюю дверь. Она решила пойти в ванную, чтобы смыть запах раков с рук. Обойдя холл, Элайз остановилась недалеко от дверей в кабинет Зейна у подножья лестницы. Ее взгляд задержался на семейных фотографиях, развешанных на стене.

Она нашла старые школьные снимки мальчика, наверное Зейна, и услышала его голос. Он с кем-то разговаривал в кухне. С сестрой?

- Послушай, я не собираюсь совать нос в твои дела, - говорил женский голос.

Определенно это Меган. Женщина, которая сидит дома с детьми. В длинной цветастой юбке.

С непричесанными волосами. Без макияжа. За столом она только и говорила, как нянчить новорожденного, какие накладки бывают со школьным автобусом и что нужно готовить детям на ужин. Вообще-то довольно приятная женщина, но она казалась Элайз созданием с другой планеты. Они жили в разных мирах.

- Но тебе не следовало приглашать ее сюда. Слова Меган насторожили Элайз. - Она не подходит тебе, Зейн.

Элайз затаила дыхание, прекрасно понимая, о ком говорит Меган.

Что же теперь делать? Войти в кухню и прямо посмотреть Меган в глаза? Или выйти через парадную дверь и снова войти на веранду, притворившись, что она не слышала разговор Зейна с сестрой? Или сесть в машину и отправиться домой? А еще лучше - поехать в офис и закончить кое-какую работу? И когда позже Зейн позвонит и спросит, что случилось, она не станет с ним разговаривать и бросит трубку.

- Ты ее совсем не знаешь, - прервал раздумья голос Зейна.

- Ты тоже. Но ты знаешь таких женщин, как она. Не правда ли?

- Я не хочу обсуждать маму, если ты ее имеешь в виду, - сердито запротестовал он.

Элайз услышала шум льющейся воды. Судя по звукам, он ополаскивал тарелки и ставил их в посудомоечную машину.

- А Джуди? Ты о ней тоже не хочешь говорить? - подчеркивая каждое слово, спросила Меган. - Зейн, ради Бога. Она разбила тебе сердце!

Почему ты попал в эту же ловушку снова? Тебе одного раза мало, чтобы получить урок? Существуют женщины, на которых женятся, и другие женщины, на которых не женятся. И у тебя уже нет времени на ошибки. Конечно, если ты серьезно хочешь когда-нибудь иметь семью.

Элайз услышала, как чайник звякнул на столе.

Снова полилась вода.

- Ты права. Это не твое дело, - сердито буркнул Зейн. - Это мой дом, и я могу пригласить любого, кого хочу. Чего ты выходишь из себя и все преувеличиваешь? Она всего лишь девушка, с которой я недавно познакомился. Я говорил тебе, что она агент по торговле недвижимостью и берется выяснить, что можно сделать с землей прадеда Китона.

Всего лишь агент по торговле недвижимостью? Это еще обиднее, чем слова Меган.

- Мне ты можешь не лгать. Не рассказывай мне сказки, - сердито продолжала Меган. - Я видела, как на веранде ты смотрел на нее. Будто хотел проглотить целиком.

Сердце Элайз подпрыгнуло. Его сестра считает, что Зейна влечет к ней?

Разум перескакивал с одной мысли на другую.

Кто такая Джуди? И какое она имеет отношение к матери Зейна? И что общего у этих двух женщин с ней?

В Элайз начало расти раздражение. Какое право имеет Меган судить ее?

- Меган... - начал Зейн.

- Послушай, - перебила его сестра, - я высказала, что считала нужным, и теперь пойду раскладывать мороженое. А ты делай, что хочешь.

- И буду, - фыркнул он. - А если в следующий раз мне понадобится твой совет, я сам попрошу его у тебя.

Элайз слышала, как открылась и закрылась кухонная дверь. А вода продолжала бежать в раковину. Зейн остался в кухне.

Собрав волю в кулак, она прошла через холл в кабинет и оттуда в кухню.

- Элли? - Зейн повернулся к ней и выключил воду.

Она постояла там всего лишь минуту. Ей не понравился тон Меган, когда она говорила о ней.

Как она может судить, подходит Элайз Зейну или нет? И как он мог сказать, что она всего лишь агент по торговле недвижимостью, который работает над его заказом? А их поцелуй вчера вечером ничего для него не значит?

- Ты подслушивала? - Он недоверчиво смотрел на нее.

Элайз кивнула. Отчаяние переросло в злость.

Раньше она умела постоять за себя. Она бы ушла и положила конец встречам. Когда хотела, она отлично умела становиться снежной королевой.

Это черта Монтгомери, которую она восприняла еще в ранние годы.

- Мне очень жаль, прости. - Он обошел барную стойку и приблизился к ней.

- Кто такая Джуди? - Элайз посмотрела на дверь.

Зейн скрестил руки на груди - ладони еще мокрые от мытья посуды. Прислонился к разделочному столу и внимательно изучал ее.

- Моя бывшая невеста. В прошлом году мы собирались пожениться. Четвертого июля <Четвертого июля в США отмечается национальный праздник День независимости.>. - Он надломленно засмеялся. - Но она уехала в Сингапур. Ей предложили там работу, она не могла отказаться.