Рождение Темного - Горелкин Виталий - Страница 99

– Зови, – согласился старейшина и рассказал чародею про оплошность приятеля. – Давин случайно узнал, что золотари продают городские отходы местным крестьянам, и решил, что с этого должны идти налоги в казну. Золотари согласились отдать десятину, да еще недоимки за год. Только вот они, согласно Уложению о сборах, решили выплатить налоги не монетами, а товаром. Вонь от бочек с дерьмом стояла знатная, ратуше всем составом пришлось на седмицу взять отпуск, пока один излишне ретивый стражник не убрал все сам.

Давин тем временем открыл дверь и кликнул сына. Тоби, одетый в парадный костюм, подошел к главе клана и, прижав к груди толстенный фолиант, уважительно поклонился.

– Старейшина Глоин Торгбен, я раскрыл заговор!

В ответ на слова молодого друма раздался дружный смех мага и главы клана. Тоби, ища поддержки, посмотрел на отца. Тот одобряюще кивнул.

– Я узнал, что найденный нами человек по имени Вовен является демоном!

Друмы резко прекратили смеяться, и в комнате воцарилась тишина.

– Чушь, – первым воскликнул Длаин. – Такого быть не может!

– Какие у тебя доказательства? Я пока склонен больше доверять нашему магу, чем твоим словам. – Старейшина с недоверием отнесся к прозвучавшему заявлению.

– Когда я ухаживал за Вовеном, то заинтересовался его шрамами. – Тоби сбился и тут же поправился: – Не самими шрамами, а тем, как ему нанесли такие повреждения. Я опросил многих воинов, но никто не слышал о чем-либо подобном. Хотел посмотреть книгу «О наказаниях», да доступа к этому разделу библиотеки у меня нет. Когда вы меня отправили в Изумрудную столицу, то я в холле совета обратил внимание на одну картину. Там изображено схождение светлых богов в Пустоши. Времени тогда для детального осмотра было мало, да и картина висела слишком высоко, но мне удалось в нашей библиотеке найти гравюру с ее копией. Вот, смотрите сами! – С этими словами молодой друм открыл книгу и протянул ее главе.

Гномы взяли из рук Тоби старый фолиант и вместе стали внимательно изучать гравюру.

– Вот, видите, здесь Сеал[12] поймал в ловушку демона. А вот, – юноша достал из-за пазухи сложенный вчетверо листочек бумаги, – шрамы Вовена. Раны на его теле появились от барьера Сеала!

Глоин, внимательно разглядев представленные доказательства, обратился к магу:

– Длаин, что ты на это скажешь? Мы действительно выпустили на свободу Проклятие Черных гор?

– Я, конечно, не жрец, – осторожно ответил чародей, – но одно сказать могу – это не демон.

– Почему? – взвился Тоби и тут же получил от отца по голове, чтобы не повышал голос на старших.

– Демон внешне может притвориться человеком, даже овладеть его телом. Но свою энергию он спрятать не может. Да и не пропустил бы барьер чудовище, поскольку защита имеет божественное происхождение. Ее ставил сам Сеал.

– Я этого не знал, – потрясенно произнес Давин. – Думал, что барьер создали маги.

– Да, но с божественной помощью. Смертным такое сделать не по силам. Об этом знают только двое – глава клана и верховный чародей. Чем меньше посвященных, тем больше вероятности, что нам удастся сохранить секрет.

– Но зачем? – удивился Давин. – Почему из этого сделали такую тайну?

– Раньше в этом был залог выживания клана, – ответил маг. – Когда Вторая и Третья панцирные бригады Торгбенов вместе с имперцами штурмовали крепость безумного архимага, все шло к тому, что войска там бесславно погибнут. В таких условиях наши маги вместе с чародеями людей решили вызвать демона битвы. Но что-то, несмотря на помощь жрецов Сеала, пошло не так. Из Хаоса на веками отработанный ритуал пришла совершенно другая тварь. Она сначала уничтожила крепость архимага, а потом напала на остатки имперских легионов и наших войск. Шкуру чудовища не брала сталь, а от магии оно становилось лишь сильнее. И тогда оставшиеся чародеи совершили невозможное. Они получили от жрецов Сеала камни барьера и своими жизнями запечатали Черные горы. Ключи от него остались у последнего выжившего мага. Победа над сумасшедшим архимагом далась нам дорого. Клан сильно ослаб. До сих пор мы не можем набрать воинов больше одной панцирной бригады, а из всех городов удалось сохранить только нашу жемчужину – Южный Торгбен. Да и лишь по той причине, что наши маги продолжают смотреть за барьером. Иначе город давно отдали бы на откуп другому роду, и Торгбены утратили бы статус старшего клана. Среди проводивших ритуал вызова были чародеи других кланов и маги людей, но жрецы почему-то промолчали, и совет во всем обвинил именно нас и наложил на род позорное наказание. До тех пор, пока Проклятие Черных гор не уничтожено, всем Торгбенам запрещено носить бороду. Исключение было сделано только для старейшин и магов. Да и то не по доброте душевной, а чтобы вбить клин между правителями города и простыми друмами.

– Но шрамы! – прошептал Тоби, потрясенный настоящей историей клана.

– Точно сказать не могу, а проконсультироваться не с кем. Если информация про Вовена выйдет наружу, то совет не будет разбираться – демон он или нет. Нас сразу тогда обвинят в том, что выпустили наружу Проклятие, и отберут город и Черные горы. И ходить Торгбенам до скончания веков с бритым подбородком. – Длаин промочил пересохшее горло вином и продолжил: – Барьер Сеала реагирует только на демона. Смертные могут свободно его пересекать и при этом ничего не почувствуют. Наверное, в тело Вовена попала частичка Проклятия, и, когда человек пересекал барьер, защита выжгла из него всю демоническую энергию. Отсюда и шрамы на его теле. Да, так, скорее всего, и было.

– Получается, я зря сидел сутками в библиотеке, – произнес расстроенный юноша.

– Нет, не зря. Огромное тебе спасибо. – Маг встал и отвесил опешившему Тоби небольшой поклон. – Благодаря тебе мы точно знаем, кто из беглецов является магом.

– Кто? – практически одновременно спросили Глоин и Давин.

– Вовен.

– Но кто только что утверждал обратное? – удивился старейшина.

– Я тогда не знал, что шрамы на теле человека остались после прохождения барьера Сеала. Со времен войн Хаоса освящение в храмовой колыбели стало обязательным, многие уже воспринимают это как обычный обряд и забыли настоящую причину – защита смертного от порабощения демоном. Только некоторые маги отказываются от этой процедуры, так как после обряда их дар перестает развиваться.

– Получается, что если частичка демона смогла попасть в Вовена, то у него не было защиты? – спросил Глоин городского чародея.

– Да. А полное истощение его источника – следствие того, что тварь выпила всю ману. После такого восстанавливаются только самые сильные маги, простые навсегда утрачивают дар. И скорее всего, именно Вовен причастен к уничтожению Проклятия гор.

– Понятно, – задумчиво произнес Давин. – Значит, у беглецов точно есть маг. Да еще не из простых… Поимка может усложниться…

– Кстати, тут родилась одна идея. – Впервые за все последнее время чародей улыбнулся. – А давайте покажем комиссии портал? Его исследование нам все равно не потянуть, да и придется рано или поздно раскрыть все перед советом. А сейчас артефакт их, мягко говоря, сильно заинтересует.

– Не рано ли? – усомнился глава клана. – Это может стать хорошим козырем при переговорах с Изумрудной столицей.

– Нет, – покачал головой Длаин. – Лучше сразу все рассказать и подключить к поиску беглецов остальные роды друмов. Чтобы сохранить тайну ночного серебра, совет пойдет на многое.

– А не обвинят ли они нас в халатности? – вопросительно поднял бровь Давин.

– Нет. Большая часть вины здесь ложится на совет. Так как его чародеи просмотрели портал. А нам же строго воспрещено самим туда спускаться.

– Хорошо! – согласился старейшина. – Так тому и быть. Они разом забудут про Черные горы, ухватившись за возможность восстановить утраченные знания. А там, глядишь, столичные маги смогут его активировать, и мы выйдем на след беглецов.