Синий краб (сборник) - Крапивин Владислав Петрович - Страница 117

Альку это, конечно, обрадовало. Он посмотрел на себя в зеркало и решил, что мама права.

Но по дороге в школу Алька встретил Валерку Солнцева. Под мышкой Валерка тащил что-то круглое, завернутое в газету, А из-под пальто у него, как и у Альки, виднелись оранжевые штаны.

— Космонавт? — упавшим голосом спросил Алька.

— Космонавт, — расплылся в улыбке добродушный Валерка — Ясное Солнышко.

Алька расстроился…

В зале, где переливалась цветными фонариками елка, было полным-полно первоклассников и второклассников. Кто в звериных масках, кто в клоунских колпаках, кто в мушкетерских плащах и шляпах. В общем, разные были костюмы. Но Алька сразу увидел еще два космонавтских шлема. И Валерка увидел. Это были Васька Клопиков из Алькиного двора и его друг второклассник Вовка Каштанов, или просто Каштан.

Васька Клопиков нарядился в зеленый с черными зубцами комбинезон. Шлем у него был из серебряной бумаги и маски для подводного плавания.

На худом, как палка, Вовке болтался голубой костюм, а на голове у него красовалась какая-то корзина из медной проволоки и целлофана.

— Привет, — сказал Каштан и кивнул корзиной. — Гляди, Клопик, пополнение.

Алька сказал:

— Зеленых костюмов у космонавтов не бывает. И синих не бывает. Их в траве не увидать, когда приземлятся. Бывают оранжевые костюмы.

— Какой ты умный! — обиделся Васька Клопик. — Мы, может, на снег приземляться будем. Тоже не увидишь, да?

— А на других планетах трава не зеленая, — сообщил Каштан. — Мне братан рассказывал. Марс, например, как раз весь оранжевый. Тебя там и не заметишь. Понятно?

Алька хотел заспорить, потому что ему было обидно: первого места теперь уж, конечно, не видать. Вон какая куча космонавтов!

Но тут появился еще один.

Правда, он был не в космическом, а в простом вельветовом костюмчике. Но зато шлем у него оказался лучше всех. Сверху серебрилась антенна с блестящим шариком на конце. По бокам мигали цветные лампочки, когда космонавт где-то на животе нажимал кнопку.

Алька с этим мальчишкой не был знаком. Только знал, что его зовут Сережик и что он учится в первом «Б». Маленький белоголовый Сережик был какой-то очень уж тихий. Он будто даже стеснялся своего замечательного шлема и не подходил к остальным космонавтам. Но Каштан сказал:

— Иди сюда…

…После концерта все вышли в коридор. Каштан снял шлем, похожий на рогатую корзину, вытер нос, достал из кармана голубых штанов двадцать копеек и скомандовал:

— Товарищи космонавты! Айда в буфет газировку пить! Приготовиться к старту!

— И мне? — тихонько спросил Сережик. Он, наверно, не знал, можно ли готовиться к старту, если на тебе один шлем, а вместо разноцветного комбинезона вельветовый костюмчик с короткими штанами. Но Каштан сказал:

— Всем приготовиться.

И еще с ними увязалась Женька, хотя она была обыкновенной снежинкой, в белом марлевом платьице с серебряными звездами.

Коридор в школе загибался, как большая буква «Г». В конце его была дверь на лестницу. Эта лестница и вела прямо к буфету.

Когда в конце коридора только одна дверь, трудно сойти с орбиты. Но там была еще вторая, с левой стороны. На ней висела табличка:

«Физический кабинет».

Алька еще ни разу не бывал в физическом кабинете. И Валерка не бывал. И Женька. Второклассники, кажется, тоже не бывали. Алька на бегу взял да и дернул дверь. Просто так. А она вдруг открылась.

И все остановились. Алька осторожно заглянул в кабинет. Там никого не было.

— Зайдем? Поглядим? — прошептал Васька Клопиков.

И они, конечно, зашли, хотя Женька пищала, что всем попадет.

— Во… фантастика!.. — прошептал Клопик:

Задняя стена вся была заставлена шкафами, и за стеклом блестели какие-то удивительные приборы со стрелками, катушки проволоки, колбы, похожие на круглые графины. Даже глаза разбегались.

Вместо парт стояли тяжелые столы. А учительский стол был длинный и широкий, как прилавок в магазине. Но прежде всего в глаза бросался сверкающий шар.

Шар висел на крючке под самым потолком. Солнце, которое уже пряталось за соседние дома, кинуло в окно последние лучи, и один луч ударился о шар. Он разбился о его зеркальные грани, и по всем стенам разлетелись радужные пятна.

— Ой, — пискнула Женька, — что это?

— Что-то непонятное, — пробормотал Васька Клопиков, будто все остальное здесь было ему понятно.

— Наверно, это модель солнца, — сказал Каштан.

— Значит, твой портрет, — прошептала Валерке Женька.

— Это я знаю, — тихонько сказал Сережик. — Это большие ребята старый глобус зеркальными кусочками облепили. Они потом много таких шаров наделают и в зал повесят, когда у них будет вечер.

— Нам небось не повесили… — обиделся Васька.

Красивый был шар, но Алька на него уже не глядел. У двери над старым черным шкафом висела большая бумага. На бумаге был черный круг с белыми точками и линиями. И Алька прочитал:

— «Карта звездного неба. Се-вер-ное полу-ша-рие».

— Это чтобы в космосе не заблудиться, — объяснил Васька.

А Каштан сразу предложил:

— Давайте в космический полет играть. Здесь хорошо.

— Пойдемте, а то попадет, — жалобно сказала Женька.

— Ничего не попадет. Поиграем — и в буфет.

Алька тут же заявил, что будет капитаном звездолета.

— Хитрый, — сказал Каштан. — Считать будем. По-морскому.

Он велел всем выбросить вверх кто сколько хочет пальцев. Алька разозлился и растопырил над головой всю пятерню. Каштан сосчитал все пальцы подряд. Получилось девятнадцать. Потом он стал пересчитывать космонавтов и Женьку по кругу.

— Девятнадцать, — и ткнул пальцем в Альку. — Ты — капитан.

Алька ничего не понял, но спорить, конечно, не стал.

— Я буду штурман, — решил Каштан, — а ты, Клопик, будешь мой помощник.

— Пожалуйста, — сказал Васька.

— Валерка! Ты — помощник капитана, — распорядился Алька. — А ты, Женька, будешь поварихой.

— Не буду я поварихой, — сказала Женька.

— Не спорь давай. Ты вообще не имеешь права лететь, потому что ты без скафандра.

— Подумаешь!.. — надулась Женька, но согласилась быть космической поварихой.

— А я? — робко напомнил Сережик.

Каштан подумал:

— Ты будешь второй помощник штурмана.

— Не распоряжайся, — сказал Алька. — Ведь не ты капитан. Он будет мой второй помощник, капитанский.

— Куда мы полетим? — поскорей спросил Валерка, чтобы не было ссоры. Каштан вытянул руку:

— Мы полетим к далекой звезде. Вон к той.

У потолка переливался зеркальными блестками удивительный шар.

— Это Белый Гигант, — сказал Каштан.

— Что? — удивился помощник штурмана Клопик.

— Есть такие звезды, — объяснил Каштан. — Они в тыщу раз больше Солнца. Мне Андрей, мой брат, говорил. А вокруг них летают планеты. Как Земля — вокруг Солнца. Знаете?

— Грамотные… — сказал Клопик.

— Товарищи космонавты, давайте по местам! — велел Алька.

Они сели на учительский стол и замолчали. И эта тишина в комнате с таинственными приборами стала какой-то необыкновенной. Будто все сделалось настоящим. И звездолет. И небо. И звезда. У Альки даже холодок пробежал по спине.

Алька поправил шлем и скомандовал:

— Приготовиться!

— Старт! — крикнул Каштан.

Громадная белая звезда сияла над космонавтами. Алька окинул взглядом все космическое, пространство — от окон до старого шкафа у двери. И снова увидел карту звездного неба.

— Полный назад! — закричал Алька.

— В чем дело, капитан? — удивился штурман.

— В чем дело! Без карты полетели — вот в чем дело. Залетишь куда-нибудь, потом не выберешься.

— Кошмар! — ужаснулся Клопик. — Есть полный назад! — И он загудел еще басовитее.

— Авария! — заорал вдруг Каштан. — О Землю треснемся! Прыгайте с парашютами!

Он прыгнул первый. Алька тоже хотел прыгнуть, но Каштан сказал уже с Земли:

— Ты же капитан. Капитан всегда уходит последний.

Алька смутился.