Ангелина – женщина медовая - Лазорева Ольга - Страница 45

– Да так, – уклончиво ответил Федор.

– Хотим забрать деда Игната, – зачем-то сообщила Ангелина. – Он на выселках живет. Да ты, верно, не знаешь его. Старенький такой. Зачем он тебе? С него и взять-то нечего! Так что ты уж отпусти нас подобру-поздорову. Не препятствуй!

– Пчелки вольны лететь туда, куда им хочется, – сказал Великий и закрыл глаза.

Федор взял Ангелину за руку и быстро пошел по тропинке, не оглядываясь.

– Улетаете, улетаете на божьих крылышках, – услышали они вслед тихий голос Великого.

– До чего странный парень! – заметил Федор, когда они отошли довольно далеко. – Но судя по тому, что ты рассказывала, его, видимо, сильно контузило в Чечне. Вот голова и не совсем в порядке. Но на вид совершенно безобидный. Даже странно, что он смог создать секту, что люди потянулись сюда.

– Он еще и сказки пишет, – сообщила Ангелина. – У меня даже книжечка есть изданная.

– Надо же! – улыбнулся Федор. – Хотя я не удивляюсь. Это вполне в его духе. Но зачем ты сказала про Игната? Мне кажется, зря!

– Сама не знаю, – ответила она. – Но Великий мне кажется таким ясным, что как-то неудобно что-либо скрывать от него.

Они прошли по тропинке, уводящей от холма, но, по всей видимости, свернули не в ту сторону. По расчетам Ангелины, давно должны были выйти к выселкам, но все еще шли по лесу.

– Ну что, Иван Сусанин, – усмехнулся Федор, увидев впереди высохшие камыши, – кажется, мы снова вышли к воде.

– Да, не туда повернули на развилке, где были две сросшиеся сосны. Я еще подумала, что нужно брать влево, – пробормотала Ангелина. – Давай уж лучше вернемся туда же. А то, боюсь, окончательно заплутаем.

Они развернулись, не доходя до камышей, и начали возвращаться по той же тропе.

– Столько времени потеряли, – заметила она. – А ведь обязательно нужно сегодня вернуться на ту сторону.

– Да не волнуйся ты! – улыбнулся Федор. – Ну не вернемся сегодня, уедем завтра утром! Ничего страшного!

Ангелина глянула на его спокойное лицо и тоже улыбнулась.

Примерно минут через сорок они все-таки добрались до выселок. Увидев среди деревьев знакомые сарайчики, Ангелина показала на них.

– Вижу, вижу, – закивал Федор, не сбавляя шага. – Вот и пришли! А ты боялась!

Они подошли к крайнему сараю. Дверь была закрыта, возле нее лежала огромная лохматая собака. Увидев их, подняла голову и зевнула.

– Ураган! – позвала Ангелина.

И собака тут же забила кончиком хвоста, но и не подумала встать. Они пошли дальше.

Семья беженцев по-прежнему жила тут, правда, хозяев видно не было. Только их сынишка сидел на обрубке бревна и играл самодельной лодочкой из сосновой коры. Ангелина не стала останавливаться и поспешила дальше.

– А вон и сарайчик Натальи, – сказала она.

– Ну-ну! – усмехнулся Федор, обозревая ветхое строение. – То-то она решила продать квартиру и построить нормальный дом. Да в такой развалюшке зиму не выдержать ни за что! А это что за лачуга? Еще хуже!

– Так это и есть дом Игната, – сказала Ангелина и устремилась к нему. – Ох, что-то дверь закрыта. Не помер ли наш дед?

Она подбежала и без стука распахнула дверь. Игнат сидел на топчане и ел вареную картофелину, посыпая ее крупной серой солью. Увидев Ангелину и выглядывающего из-за ее плеча Федора, он выронил картофелину и заморгал.

– Матерь Божия! – воскликнул он. – Да никак ангел мой возвернулся! Вот счастье-то! И Натальюшка с тобой?

– Здравствуй, Игнат! – обрадованно проговорила Ангелина, обнимая его и целуя. – Нет, Наталья осталась в городе по семейным делам. А вот я приехала за тобой. Это мой друг Федор.

Федор подошел и крепко пожал его дрожащую руку.

– Очень приятно! Очень! – заулыбался Игнат. – Так что же это? За мной? И куда я?

– Собирайся, дедушка, и скорее, – деловито ответил Федор. – Хотим уже сегодня переправиться на ту сторону.

– Дак я это, налегке, – не задумываясь, ответил Игнат и явно обрадовался. – У меня и хозяйства нет никакого вообще. Только вот кошка твоя Ромашка со мной все. Кис, кис, – позвал он ее.

И буквально через минуту раздалось мяуканье, и Ромашка заскочила в сарайчик. Она начала громко мурлыкать и тереться о ноги Ангелины.

– Узнала, – довольно сказала та и погладила ее по выгнувшейся спине.

– А мы и кошку возьмем, если нужно! – заявил Федор и подхватил Ромашку.

Она обнюхала его лицо и вдруг начала тереться о щеку и мурлыкать.

– Дай ее сюда, – засмеялась Ангелина и посадила Ромашку за пазуху. – А и правда возьмем! Чего она тут одна будет?

– Так соседи не дадут сгинуть, – заметил Игнат, снял грязную рваную телогрейку с гвоздя и надел. Потом нахлобучил шапку-ушанку. – Тут все те же проживают, Ангелинушка! Да, только вот ухажер твой Александр вчерась еще с утреца убег! Зашел со мной проститься, сказал, что надоело ему тут. Тебя вспоминал добрыми словами.

– Ухажер? – засмеялся Федор и погрозил пальцем покрасневшей Ангелине.

– Да это дед придумывает! – ответила она. – Просто сосед наш. Значит, ушел все-таки? Ну и правильно!

– Ага, ушел, ушел! – закивал Игнат. – Да и я готов!

– Надо же! – засмеялся Федор. – И уговаривать не пришлось! Дед, ты мне нравишься! Поедем сейчас на лодке, а потом ко мне в деревню. Тебе там отлично будет.

– Я хотела в свою деревню, – сказала Ангелина, гладя Ромашку, высунувшуюся из куртки.

Игнат смотрел на них так, как будто не верил ни своим глазам, ни ушам. Его лицо сияло.

– По ходу разберемся, – заметил Федор.

– Спасибо этому дому, – важно проговорил Игнат и поклонился во все стороны, – пойдем к другому!

– И куда это вы собрались? – раздался громкий сердитый голос.

И в сарайчик вошел Микола. Его лицо было красным, он запыхался, видимо, от быстрой ходьбы.

– А мне братец мой названый пришел и говорит, – начал он, – так, мол, и так, чужие люди у источника. К деду Игнату пожаловали. Дал бог новых пчелок в наш улей. Не поспешишь, так улетят. Ну, я сразу сюда!

– Приятно познакомиться, – вежливо проговорил Федор, – но мы очень спешим. Хотим засветло до своей деревни добраться.

– А тут чем плохо? – вкрадчиво спросил Микола. – Поживите, оглядитесь. Эта женщина, я помню, уже жила тут. Ангелина, кажется?

Он вроде улыбался, но глаза смотрели холодно.

– Но я уже тут не живу, – решительно проговорила она и двинулась к выходу.

Но Микола перегородил ей дверь.

– Ты-то, может, и не живешь. А вот Игнат – пчела наша, – сказал он с легкой угрозой в голосе.

– И что? – усмехнулся Федор. – Он обязан тут жить до конца своих дней?

– А как же! Я ввел новые законы в нашем маленьком государстве. И каждая пчелка нашего улья подписывает соглашение, в котором обязуется не покидать пределы «Медуницы» без моего на то разрешения. Это во благо пчелок. А то ездят туда-сюда, с той стороны заразу всякую приносят. Так что у нас отныне строго. Дед, ты подписал соглашение?

– Да, было такое, на бланке с гербовой печатью, – кивнул Игнат и зачем-то спрятался за спину Федора.

– Подумаешь, какая-то филькина грамота! – сухо произнес Федор.

– У вас, может, и филькина, а у нас тут свои законы! – ответил Микола.

– Слышь, не пойму, куда ты клонишь? – угрожающим тоном сказал Федор и двинулся к выходу.

Но Микола стоял у двери, перегородив ее своим крупным высоким телом.

– Дай-ка пройти, а то нам некогда! – добавил он.

Ангелина с испугом смотрела на них, но не вмешивалась.

– Ты вроде мужчина не дурак, – ехидно проговорил Микола, не сдвинувшись с места, – и должен понимать, что законы нарушать негоже. Дед решил выйти из «Медуницы», про эту женщину я не говорю, так как она ушла еще до того, как все подписали соглашение, так пусть он заплатит отступного, так сказать, выкупит себя. Тогда и летит на все четыре стороны!

– Чего?! – расхохотался Федор и толкнул Миколу в плечо. – Дай пройти!

Тот не удержался и чуть не упал. Но схватился за косяки.

– Дай пройти, не то хуже будет! – разозлился Федор. – И не устраивай тут цирк! Ты пока еще в России живешь, если забыл, а не в личном царстве-государстве под названием «Медуница», где ты бог и царь. Я на тебя живо управу найду! Не на того напал!