Прощаю себе. В 2 тт. Том 2 - Лууле Виилма - Страница 106

Изнутри живот выстилает брюшина. Она как бы следит за тем, чтобы человеческая деятельность не выходила за определенные рамки. Когда начинают защищать среду своего обитания, брюшина приходит в состояние напряжения. Когда возникает протест, т. е. пассивная злоба, уже возникает несильная боль. Когда появляется желание нападать из самозащиты, то это уже выход за пределы собственной территории, что аналогичным образом отражается и на брюшине. В нашем случае, к счастью, женщина защищала себя и ребенка, но не нападала на мать.

Спустя три недели женщина позвонила опять. На этот раз ей было совсем плохо. У нее поднялась температура, а это означает внезапное отчаяние. Что же произошло теперь?

Женщина рассказала, как решилась проблема с родителями. Ее душа успокоилась. Но когда она пошла в женскую консультацию для очередного осмотра, от душевного покоя не осталось и следа. Помимо обычных анализов, у нее взяли кровь для генетического исследования. Человеку сведущему понятие генетического исследования кое о чем говорит, но несведущему не говорит ни о чем. В данном случае женщина, имеющая высшее образование, оказалась несведущей, и ей следовало бы поподробнее объяснить суть исследования. На вопрос: «Почему это понадобилось именно теперь?» — ей ответили резко, словно речь шла о само собой разумеющемся: «Никто не желает детей-уродов». Если к своему делу подходят так, словно все само собой разумеется, то «эго» данного человека действует без учета другого человека.

«Эго» пациента и «эго» врача столкнулись друг с другом. «Эго» пациента – это знание, что он имеет право получать касающуюся его информацию. «Эго» врача – это знание, что пациент должен подчиняться распоряжениям. Ведь ему не желают ничего плохого. А поскольку он и так ничего не смыслит, то обойдется без долгих объяснений. Среди врачей мало таких, кто способен просто, сжато и понятно донести до пациента сложную медицинскую информацию. С другой стороны, простая, сжатая информация пациентами не воспринимается. Этому мешает их жалость к себе. Пациент, жалеющий себя, требует, чтобы врач занимался исключительно им одним – самозабвенно и не считаясь со временем. Об этом говорится подробнее в главе про жалость к себе.

В идеале генные исследования должны бы относиться к области предупреждающей медицины. Логика женщины со стрессами тут же подсказала ей, что раз это затевается при беременности с таким большим сроком, значит, подозревают неладное. Она не понимала, что продолжает бояться духовного прессинга, и потому подсознательно опасалась каждого, от кого хоть сколько-нибудь зависела. Подсознание знает, что любая проблема оставляет некий отпечаток. Хоть женщина и освободила проблемы осознанно, но подсознание знало, что это еще не все. В итоге ей пришлось помариноваться в собственном соку в течение трех недель, пока не узнала, что анализ хороший.

От спада напряжения стрессы исторгаются наружу. Когда чувство вины нагнетается до обвинения других, человек задним числом всегда упивается своей прозорливостью: «Так я и знал. Почему мне не верили? Почему меня не спросили? Почему меня считают посторонним? Почему меня поставили в такое положение?» Спад напряжения непременно рождает у отчаявшегося человека вопрос-обвинение: «Почему я должен был страдать понапрасну?» А противоположную ситуацию – когда в ходе обследования выявилась бы болезнь – человек воспринимать отказывается. В последнем случае, я уверена, эта женщина вздохнула бы с облегчением: «Слава Богу, что сделали анализ. Теперь, пока еще не поздно, можно будет что-то сделать ради блага ребенка!» Но ее воображение отказывается представить подобную картину.

В чрезвычайно напряженной ситуации следует духовно высвободить из себя всю ситуацию как целостную энергию, которая состоит из очень многих энергий, тогда не придется страдать. Всегда обнаруживается нечто такое, чего не знает даже самый компетентный в своей области человек и из-за чего он вынужден обращаться к другим. Особенно это касается врачебной помощи. Если Вы верите, что Вам желают добра, то подобного сводящего с ума напряжения не возникает.

Мы обсудили все до мелочей, и женщина сказала, что почувствовала тошноту. «Прекрасно!  – сказала я. – Вытошните теперь все свое отвращение, тогда и желчному пузырю станет легче». Нежелание женщины жить по-старому достигло критического предела. Проведя весь вечер над унитазом, она не переставала удивляться тому, что только из нее не выходило. Помимо прочего, вышло невероятно много воздуха. В процессе самоочищения ей вспомнилось, что, когда она жила в родительском доме, ее рвало минимум раз в месяц. Она сказала: «Впервые в жизни я наслаждалась процессом рвоты, так как самочувствие становилось все лучше и лучше. Я была счастлива от того, что меня стошнило».

Духовный прессинг, который мы притягиваем к себе страхом, может довести человека до состояния как духовного, так и физического тупика. При состоянии чисто духовного тупика голова становится чугунной, и в ней не рождается ни единой спасительной мысли. Состояние физического тупика, возникающее как следствие духовного, вызывает аппендицит. Когда родители, находящиеся в плохих взаимоотношениях, требуют от ребенка, чтобы тот делал то, что они оба ему велят, и ребенок, который, невзирая ни на что, любит их обоих и желает угодить как матери, так и отцу, то у ребенка возникает аппендицит. На операционном столе ребенок примиряет родителей. Надолго ли, это уже вопрос иной.

С удалением либо разрушением червеобразного отростка вследствие многолетнего воспаления тупиковые состояния скапливаются в слепой кишке, которая находится:

1) в правой нижней части серединной области брюшной полости;

2) в нижнем конце восходящей ободочной кишки;3) под местом перехода тонкой кишки в восходящую ободочную, т. е. толстую кишку.

Слепая кишка является своего рода отстойником. Чем больше число тупиковых ситуаций, тем выше уровень отложений и тем больше заполняется вся толстая кишка. У иного человека толстая кишка настолько переполнена тупиковыми состояниями, пережитыми еще в детстве из-за родителей, что ее опорожнение вызывает тупиковые состояния у других. У людей, наседающих на других по принципу «если ты мне не друг, значит, ты мне враг», непременно поражается толстая кишка.

Чем человек коварнее в своей лицемерной дружбе, тем меньше он допускает возражений и тем больше другому приходится всякое-разное от него проглатывать. Себе не впрок, но и обратно не выплюнешь. Так люди и наполняются. Так разрастается Ваше собственное крохотное коварство, маскируемое под дружбу, к которому Вы иногда прибегали, чтобы обвести других вокруг пальца, и Вас будут использовать до тех пор, пока:

1) чаша терпения не наполнится и Вы не воспротивитесь, из-за чего вашей ложной дружбе придет конец;2) Вы не сделаетесь таким же приятным неприятным другом, коллегой, супругом, родителем, от которого люди бегут, а если попадают к Вам в руки, то страдают. В любом случае толстая кишка у Вас заболевает.

Кто с лихвой настрадался в детстве, тот не желает уготавливать другим тех же страданий. Человек может испытывать столь острый протест против родительских понятий и способов решения проблем, что он кодирует в себе приказ: «Лучше умереть, чем поступать так же, как они!» И умирает, и действительно не делает. Вместо того чтобы поставить в тупиковое состояние других, он все копит в себе и может стать по отношению к себе настолько жестоким и сверхтребовательным, что зарабатывает язвенный колит. Из-за болезни он неоднократно окажется на операционном столе, где раз за разом ему будут удалять очередной участок толстой кишки, если он не откажется от своего принципа.

Жестокость вызывает язвы любого рода. Жестокость возникает от подавления печали. Печаль, в свою очередь, – от нежелания быть беспомощным и свою беспомощность обнаруживать. Дети, выросшие в конфликтных семьях, любой ценой стремятся доказать, что они не беспомощны, что сами управятся в жизни. Доказать всегда пытаются то, чего нет.