Сказки для маленьких. Часть 2 - от «О» до «Я» - Коллектив авторов - Страница 394

ПИЛОТ ОЗИ

Жила-была Железная Бочка. Она стояла в саду под крышей летней кухни и - вы не поверите - все чего-то ждала. Может быть, веселого летнего дождя, чтобы он освежил ее жаркие бока. Может быть, настырного козленка, который часто приходил к ней, разгонялся и пытался повалить. Бочка от его ударов притворно охала, и тогда он ее бодал еще сильнее. Скоро у "победителя" гудела голова, и он убегал жаловаться маме. Иногда к Бочке подкрадывались соседские мальчишки. Они заглядывали внутрь и пугали ее звонкими голосами: "Прос-нись! У-у-у!". Обычно на ее боках они что-то чертили мелом и почти всегда обводили железное клеймо с надписью: "Пилот Ози".

Железная Бочка была одинока и поэтому любила и озорных мальчишек, и настырного козленка, и голубое небо.

Вернее, звездное: она смотрела вверх и мечтала улететь. Недаром же кто-то на ее боку вывел эти непонятные слова: "Пилот Ози".

Наверное, Железная Бочка простояла бы лет сто или двести, но вот однажды в темном небе показался летающий объект, из него выпала маленькая звездочка и упала в Железную Бочку. Видел-бы маленький козленок или соседские мальчишки, что произошло с их железной подружкой. Кто бы мог такого ожидать - она превратилась в девушку-пилота! Девушка была кругленькой и комбинезон в некоторых местах был как бы надутый, в руках она держала рацию, и кто-то охрипшим голосом кричал ей: "Ози, проснись!".

Оказывается, до того как попасть на Землю, Ози летала со своими друзьями от одной планеты к другой, помогая местным жителям бороться с космическими пиратами, у которых главным был Кирх. Он превращал непокорных в пауков, скорпионов, лягушек, бабочек, а иногда в трухлявые пни, деревья и камни. Как-то раз Кирх взял в плен трех пилотов - друзей Ози. Злодей держал их в темнице и готовился жестоко расправиться с ними. Ози сообщили, что Кирх мог бы отпустить пленников при одном условии: она должна явиться к подлому пирату и покориться его воле. Девушке были очень

дороги ее друзья-пилоты... Кирх долго-долго хохотал над ее наивным поступком. Дело в том, что друзья Ози уже были на свободе, они сумели выбраться из плена. Тогда Кирх предложил Ози принять его сторону в борьбе с непокорными. Девушка, конечно, не могла на это пойти, и Кирх превратил ее в Железную Бочку, которую отправили с Зеленой Звезды на Землю и бросили где-то в центральной части России. Ози казалось, что она все еще спит, хотя прилетевшие друзья радостно обнимали ее, рассказывали, как они долго ее искали, как долго боролись с Кирхом и победили. Один из пилотов спросил Ози: "Как жилось тебе здесь? Никто тебя не обижал?". Ози улыбнулась, как бы что-то вспоминая, и сказала: "Это прекрасная планета, и ее обитатели такие добрые!".

Евгений Грачёв

Сказочка про Воронушку – черную головушку и желтую Канарейку

Присказка Баю-баю-баю...

Один глазок у Алёнушки (дочь писателя. – Ред.) спит, другой – смотрит; одно ушко у Аленушки спит, другое – слушает.

Спи, Аленушка, спи, красавица, а папа будет рассказывать сказки. Кажется, все тут: и сибирский кот Васька, и лохматый деревенский пес Постойко, и серая Мышка-норушка, и Сверчок за печкой, и пестрый Скворец в клетке, и забияка Петух.

Спи, Аленушка, сейчас сказка начинается. Вон уже в окно смотрит высокий месяц; вон косой заяц проковылял на своих валенках; волчьи глаза засветились желтыми огоньками; медведь Мишка сосет свою лапу. Подлетел к самому окну старый Воробей, стучит носом о стекло и спрашивает: скоро ли? Все тут, все в сборе, и все ждут Аленушкиной сказки.

Один глазок у Аленушки спит, другой – смотрит; одно ушко у Аленушки спит, другое – слушает. Баю-баю-баю...

Сидит Ворона на березе и хлопает носом по сучку: хлоп-хлоп. Вычистила нос, оглянулась кругом да как каркнет:

– Карр... карр!..

Дремавший на заборе кот Васька чуть не свалился со страху и начал ворчать:

– Эк тебя взяло, черная голова... Даст же бог такое горлышко!.. Чему обрадовалась-то?

– Отстань... Некогда мне, разве не видишь? Ах, как некогда... Карр-карр-карр!.. И все-то дела да дела.

– Умаялась, бедная, – засмеялся Васька.

– Молчи, лежебока... Ты вот все бока пролежал, только и знаешь, что на солнышке греться, а я-то с утра покоя не знаю: на десяти крышах посидела, полгорода облетела, все уголки и закоулки осмотрела. А еще вот надо и на колокольню слетать, на рынке побывать, в огородах покопать... Да что я с тобой даром время теряю – некогда мне. Ах, как некогда!

Хлопнула Ворона в последний раз носом по сучку, встрепенулась и только что хотела вспорхнуть, как услышала страшный крик. Неслась стая воробьев, а впереди летела какая-то маленькая желтенькая птичка.

– Братцы, держите ее... ой, держите! – пищали воробьи.

– Что такое? Куда? – крикнула Ворона, бросаясь за воробьями.

Взмахнула Ворона крыльями раз десяток и догнала воробьиную стаю. Желтенькая птичка выбилась из последних сил и бросилась в маленький садик, где росли кусты сирени, смородины и черемухи. Она хотела спрятаться от гнавшихся за ней воробьев. Забилась желтенькая птичка под куст. а Ворона – тут как тут.

– Ты кто такая будешь! – каркнула она. Воробьи так и обсыпали куст, точно кто бросил горсть гороху.

Они озлились на желтенькую птичку и хотели ее заклевать.

– За что вы ее обижаете? – спрашивала Ворона.

– А зачем она желтая... – запищали разом все воробьи.

Ворона посмотрела на желтенькую птичку: действительно, вся желтая, – мотнула головой и проговорила:

– Ах вы, озорники... Ведь это совсем не птица!.. Разве такие птицы бывают?.. А впрочем, убирайтесь-ка... Мне надо поговорить с этим чудом. Она только притворяется птицей...

Воробьи запищали, затрещали, озлились еще больше, а делать нечего, – надо убираться. Разговоры с Вороной коротки: так хватит носищем, что и дух вон.

Разогнав воробьев, Ворона начала допытывать желтенькую птичку, которая тяжело дышала и так жалобно смотрела своими черными глазками.

– Кто ты такая будешь? – спрашивала Ворона.

– Я – Канарейка...

– Смотри, не обманывай, а то плохо будет. Кабы не я, так воробьи заклевали бы тебя...

– Право, я – Канарейка...

– Откуда ты взялась?

– А я жила в клетке... в клетке и родилась, и выросла, и жила. Мне все хотелось полетать, как другие птицы. Клетка стояла на окне, и я всё смотрела на других птичек... Так им весело было, а в клетке так тесно. Ну, девочка Аленушка принесла чашечку с водой, отворила дверку, а я и вырвалась. Летала, летала по комнате, а потом в форточку и вылетела.

– Что же ты делала в клетке?

– Я хорошо пою...

– Ну-ка, спой.

Канарейка спела. Ворона наклонила голову набок и удивилась.

– Ты это называешь пением? Ха-ха... Глупые же были твои хозяева, если кормили за такое пение. Если б уж кого кормить, так настоящую птицу, как, например, меня... Давеча каркнула, – так плут Васька чуть с забора не свалился. Вот это пение!..

– Я знаю Ваську... Самый страшный зверь. Он сколько раз подбирался к нашей клетке. Глаза зеленые, так и горят, выпустит когти...

– Ну, кому страшен, а кому и нет... Плут он большой, – это верно, а страшного ничего нет. Ну, да об этом поговорим потом... А мне все-таки не верится, что ты настоящая птица...

– Право, тетенька, я – птица, совсем птица. Все канарейки – птицы...

– Хорошо, хорошо, увидим... А вот как ты жить будешь?

– Мне не много нужно: несколько зернышек, сахару кусочек, сухарик, – вот и сыта.

– Ишь какая барыня... Ну, без сахару еще обойдешься, а зернышек как-нибудь добудешь. Вообще ты мне нравишься. Хочешь жить вместе? У меня на березе отличное гнездо...

– Благодарю. Только вот воробьи...

– Будешь со мной жить, так никто не посмеет пальцем тронуть. Не то что воробьи, а и плут Васька знает хорошо мой характер. Я не люблю шутить...