Топот шахматных лошадок (сборник) - Крапивин Владислав Петрович - Страница 61

— Как видишь, не в заморских… — рассеянно откликнулся Костя.

— Но собираешься куда-то, да? — («Вот пристала к человеку, идиотка!»).

— Что? — встряхнулся Костя. — Нет… Не знаю. Не с кем ехать. Отец весь в своих делах…

Белка открыла рот и сразу хлопнула губами. Но он успел заметить ее чуть не вылетевший вопрос: «А мама?»

И тогда он сказал про маму…

Он сказал это всего одной фразой: «Мама погибла зимой на Суматре, в том цунами». Но почему-то ему стало легче, будто выплакался.

А Белка сидела, как насквозь виноватая. Пробормотала:

— Я ведь не знала… Ты извини…

— За что? — усмехнулся Костя Рытвин. Не обидно, а даже ласково как-то. — Не грусти, Белка, все в норме…

В этих слова ей почудилась взрослая снисходительность. И непонятно было, о чем говорить дальше. Костя поставил вазу с мороженым на стол, нарочито зевнул. И тогда Белка — просто чтобы не молчать — показала подбородком на Костину ногу:

— Смотри, ты капнул.

На загорелой коже повыше колена белел похожий на крохотную ромашку след. Костя нагнул голову, тронул «ромашку» пальцем. Глянул из-под упавших волос.

— Это не мороженое, это еще давно. Капля кипятка…

Белка опять поежилась. И шепнула:

— Жуть какая. Больно было?

Костя ответил сразу:

— В первый миг и правда жуть. А потом будто отключка такая… Даже вот это было уже не так больно… — Он вывернул левую руку. От локтевого сгиба до запястья тянулся светлый ожоговый шрам…

Фаянсовый чайник

Его взяли в раздевалке школьного спортзала. Ловко так и без всяких там хитрых уловок. В дверь зала кто-то сказал: «Костя Рытвин, к тебе тут пришли, выгляни на минутку…» Он взглядом спросил позволения у преподавателя, шагнул за порог. Тут же к лицу прижали что-то влажное и пахучее… и всё исчезло.

Как такое могло случиться в элитной гимназии, набитой электронными датчиками и охраной? Скорее всего купили кого-то… Потом Костя узнал, что его вынесли в картонной коробке, вместе с другими коробками и прочим строительным мусором, оставшимся от ремонта…

Пришел в себя Костя с тяжелой головой и комом тошноты в желудке. Ему совали под нос вату, пропитанную резкой вонью. Костя дернулся. Оказалось, что он привязан к стулу. Икры и щиколотки были примотаны чем-то липким к ножкам, туловище — к спинке. Плечи и руки остались свободными. Он был такой, каким его выхватили с урока: в синих атласных трусиках, в белой маечке с черной витиеватой надписью: Гимназія №2. В этой школе любили старинные традиции…

Костя с трудом повел глазами. Комната была, видимо, подвальная. Тусклые окошки высоко над полом, поломанная мебель по углам, серый бетон стен. Перед Костей оказались двое: девица — вроде тех, кого печатают на журнальных обложках, и молодой мужчина. Он лицом, фигурой и движениями был похож на тренера, только одет не по-спортивному, а в темный костюм с галстуком. Двигая торчащей, как у черепа, челюстью мужчина проговорил:

— Очнулся, Рытвин? — Голос бы какой-то механический. Стриженные ежиком волосы поблескивали под горевшей у потолка лампочкой.

Костя изо всех сил нагнулся, его стошнило, забрызгало ноги. «Тренер» брезгливо шагнул назад.

— Перестань блевать, Рытвин и слушай. Чем скорее кончим, тем лучше…

— Дайте попить, — сказал Костя.

Девица кокетливо пропела:

— Мистер Икс! Мистер И-и-икс! Мальчик просит водички!

Дальше начался маскарад. Или кино! Из-за косого громоздкого шкафа (видимо, за ним была дверь) появился длинный человек в таком же, как у «Тренера», костюме и в глухой черной маске — наверно, из капронового чулка. Он изгибался на ходу. В длинных пальцах он держал фаянсовую кружку с мирным таким рисуночком — желтый утенок с красными лапами. Протянул кружку Косте. Руки «Мистера Икса» двигались мягко и волнообразно, словно водоросли. Костя взял кружку, прижался губами. Вода была с запахом ржавчины и хлорки — видимо прямо из-под крана, без фильтров. Ладно, теперь-то не все ли равно! Он выпил до дна.

«Мистер Икс» мягко вынул кружку из Костиных пальцев. «Тренер» заговорил опять:

— Ну, хватит церемоний, Рытвин. Ты, надеюсь, понял, что с тобой случилось?

Костя кивнул. Конечно, он понял, Слышал про такое и читал. И думал не раз, что когда-нибудь это может случиться и с ним. Но думал, правда, без страха, не всерьез: охрана-то не зря деньги получает… И вот оказалось — зря. Ну, что же…

— Не будем тянуть волынку, — продолжал «Тренер» бесцветным своим голосом. — Мы не в кино и не в детективной книжке…

«Как раз будто в кино», — снова подумал Костя, глянув на «Мистера Икса». Тот, словно прячась от взгляда мальчишки, мягко слинял за шкаф. А «Тренер» говорил, как динамик диспетчера:

— …Пока ты приходил в себя, папочке мы все сообщили и назвали сумму. Папочка поторговался и уступил…

— Долго торговался? — вдруг выскочило у Кости.

— Не очень, — хладнокровно отозвался «Тренер». — Как раз пока ты отходил от наркоза… — Теперь ему нужно только одно: ты должен подтвердить, что гостишь у нас…

— Спасибо за гостеприимство, — сказал Костя.

— Пожалуйста, — кивнул «Тренер» (а девица хихикнула). — Сейчас мы свяжемся с господином Рытвиным по телефону, и ты подтвердишь, что шутить с тобой не собираются. И попросишь папу поторопиться…

«Тренер» протянул руку, девица дала ему мобильник.

— Андрей Андреевич? — учтиво (хотя по-прежнему механически) — выговорил «Тренер». — Ваш сын на связи. Общайтесь… — И протянул телефон Косте.

Голос отца показался Косте на удивление спокойным:

— Это ты, Константин?

— Я… — сказал Костя хрипловато.

— Как ты там? Где?

Ну и вопрос!

— Не знаю, где, адрес не сказали… — Костя проглотил тошноту.

— Как с тобой обращаются?

— Нормально обращаются. К стулу вот привязали. Стул ничего, удобный. Холодно только, я ведь почти голый, прямо из спортзала…

Было и правда зябко, он только сейчас это ощутил, вздрогнул.

— Костя, это скоро кончится, я делаю все возможное, — уверенным тоном сообщил отец. — Ты держись. Будь мужчиной.

Злость резанула Костю неожиданно и сильно.

— А как это быть мужчиной? Мне, наверно, не дадут!..

— Держись, — опять сказал отец.

— Папа, а много они запросили?

— Это не твое дело! — Отец, кажется, сорвался, занервничал. — Потерпи! Скажи этим… что я не опоздаю.

Тягучая спокойная тоска обволокла Костю. Вместе с тошнотой и зябкостью она образовала кокон, в котором он обессилел и стал равнодушен.

— Папа, ты не торопись… Если ты заплатишь, они деньги загребут, а меня все равно убьют.

То, что его убьют, Костя понял, когда увидел «Мистера Икса». Запрыгали мысли, сложившиеся в такое вот соображение: «Он в маске. Не хочет, чтобы я его видел? Нет, он не от меня прячется, а от них. Наверно, из другой шайки или заказчик какой-то. А они-то без масок. Значит, не боятся, что когда-нибудь я опознаю их. Значит, не отпустят…»

Страшно было? Да, наверно. Но страх жил отдельно, как бы за внешней оболочкой кокона, которая окружала Костю. Внутри же было ощущение, похожее на вопрос: «А если и не убьют — что потом?» А по границе сознания проходила зеленая, с бурлящим гребнем стена воды — то дальнее и давнее цунами…

И хотелось потерять сознание. А что дальше будет — наплевать…

«Тренер» взял у него мобильник.

— Андрей Андреевич, вы убедились, что это ваш сын? Не обращайте внимания на его фантазии, убивать его мы не будем… если вы не станете тормозить дело. А если станете, тогда увы… Но он умрет не сразу, а после некоторых ощущений. И чтобы вы поняли, что мы не шутим, вы сейчас послушаете, как мальчик верещит… — «Тренер» протянул назад руку, и вновь появился «Мистер Икс». На этот раз он держал большой фаянсовый чайник — все с тем же милым утенком, что и на кружке. Из-под крышки чайника вскакивали клочки пара.

— Дайте мне! — подскочила к «Мистеру Иксу» девица, она часто дышала. Тот волнообразным движением отстранил ее, плавно шагнул к распахнувшему глаза Косте, медленно наклонил носик. На ногу упала капля.