Золотая планета. Тетралогия (СИ) - Кусков Сергей - Страница 187

Шлюзовая створка открылась, мы вошли в темное помещение, освещенное лишь дежурным светом. Внутри было еще более неуютно, чем в машине – откуда-то взялось давящее чувство, будто что-то хотело расплющить меня по полу и стенам. Вновь открылась створка, на сей раз небольшая и сбоку, наподобие комнаты проверки в Восточных воротах. Понятно, тут то же самое, меня будут проверять на жучки. А почему сюда, а не туда? Дворец большой, эти ворота ближе?

Я вошел. Люк сзади беззвучно встал на место. Ощущение глухой давящей массы стало невыносимым. И когда я чуть не зашелся в приступе клаустрофобии, наконец, загорелся яркий свет.

Моему взору открылось небольшое помещение с голыми металлическими стенами, стоящий в углу стол, заставленный с электронными приборами непонятного назначения, пульт контроля, наподобие игровых сетевых станций с эффектом полного погружения, а также кресло, похожее на те, что стоят в кабинетах у врачей-стоматологов, только снабженное ремнями и захватами. Жуткое кресло стояло в центре комнаты, за ним виднелся столик поменьше и на нем лежали самого отвратного вида медицинские инструменты, среди которых я узнал скальпели, зажимы и ножницы.

– Садись, указал рукой на кресло направляющий.

Мне стало плохо. Тошнота от плохой дороги сменилась другой тошнотой, более сильной, волна страха подкатила к горлу, и я почувствовал, как кровь бьет в виски.

– Не бойся, это не для тебя! – усмехнулся второй ИГэшник, что шел сзади, проследив за моим взглядом. Первый же прошел к станции и лег в нее, надев шлем и закутавшись в коконе виртуальной реальности.

– А для кого? – выдавил я, пытаясь не стучать зубами.

– Первый раз у нас? Не бойся, это только на вид страшно. – Второй гвардеец рассмеялся. – Ничего с тобой не случится, проверим на жучки и все.

– А это? – я указал на инструменты.

– А это, брат… Где только жучки не прячутся!

Мой собеседник был расслаблен, а перед тем, как броситься на кого-то так не расслабляются. Или когда ждут нападения сами. Меня воспринимали, как «своего», человека, связанного с дворцовой охраной и не ждали подвоха. Возможно, он слишком хорошо владел собой, все-таки работник спецслужбы, но своей интуиции я доверял, а та говорила, что бояться мне нечего.

Я сел. Гвардеец тут же нацепил на меня множество проводов и датчиков, на одежду, лоб, запястья, щиколотки – везде, куда достал. Даже в волосы какую-то ерунду вставил. Никаких ощущений не последовало, как и комментариев. Его напарник сзади задвигал руками, что-то делая в виртуале, затем произнес несколько непонятных слов, которые я не запомнил, после чего скомандовал:

– Выключи браслет.

Я повиновался.

– И навигатор.

– Еще активная электроника с собой есть? – спросил второй.

– Нет, – раздалось сзади.

Вот даже у них как? Классно!

Навигатор, старый, не подарок Бэль, красовался на мне последние два дня больше для галочки – я почти не пользовался им. За две недели как-то отвык, полагаясь на глаза и уши, а не козырьки с виртуалом, зеркала и камеры. Прибор пыхтел на мне в режиме ожидания, и не включенный, и не выключенный, и, догадываясь, что работники платы и отвертки сейчас сделают, я потянулся к дуге и перекрутил колесико в сторону полного выключения.

– Все, теперь можно.

Это не мне, это напарнику.

Свет над нами мигнул. Больше я ничего не почувствовал.

– Больше ничего нет, – раздался голос сзади.

– Свободен, парень! – обрадовал рядом стоящий. Он быстро снял с меня все провода и приборы, и через какую-то минуту я уже стоял на ногах.

– Что, и всё? Больше ничего не надо?

– Да, гуляй. Ты чист, как младенец. Пока чист… – поправился он и снова рассмеялся.

– А это было… Это электромагнитная пушка была, да?

– Да. Скверная штука, правда? В радиусе ста метров всю электронику выжигает начисто! Вот только беда, жучки не все ей поддаются. Но твои поддались, не дрейфь!

– Да я не дрейфлю!..

Меня пробил озноб. Жучки. Сколько их на мне? Чьи они? Ну, или чьи они были?

Те, которых сожгли сейчас – однозначно подарок людей сеньора Кампоса. Когда на меня успели их нацепить – даже не представляю, может сейчас, может и раньше. Но есть еще и «дворцовые», или «ангельские». Те, благодаря которым Катарина примчалась буквально через двадцать минут после того, как меня доставили в дом Виктора Кампоса. И что скверно, вряд ли эти ребята уничтожили последние, все ж свое, родное, почти на одну контору работают…

Второй чекист открыл входную створку и вывел меня вначале в шлюзовую камеру, затем наружу. Катарина стояла в ожидающей позе, скрестив руки на груди и облокотив зад о передний капот машины. Увидев меня, она пальцем кивнула за спину, на открытый люк салона. Я понятливо последовал приказу. Следом вышел первый чекист и протянул ей листок бумаги. Та внимательно пробежала его глазами, после чего расписалась. Через несколько секунд моя мучительница уже сидела рядом, закрывая люк со своей стороны и пристегиваясь.

– Два. Всего два. И те скорее всего поставлены для проформы – несерьезные какие-то.

– Они видели тебя и не захотели рисковать, подставляться. Они знают, кто ты такая, – выложил я оперативную информацию. – Что ты – действительный офицер корпуса, а никакая не гонщица с прикрытием.

– Возможно, – неопределенно покачала она головой. – Но все равно нужно быть предельно аккуратными. Поехали, герой!

* * *

– Почему герой?

Машина ехала не спеша, по поверхности, не сбегая в подземку. Местами встречались небольшие заторы, пробки, которые мы старались объехать, но как я понял, спешить нам больше некуда, потому Катарина и не пыталась. Она все время молчала, и я не выдержал первый.

– А как тебя еще назвать? – зло усмехнулась она. – Разве не герой? Все девчонки два дня только о тебе и говорят! «Он то, он сё, он такой, сякой разэдакий!». Как вирус какой-то! «Пятнашка» тебя вообще уже заочно приняла, даже набралась наглости подойти к Мишель и попросить, чтобы зачислили тебя именно в их звено, когда зачислят! Наглые стервы!

– «Пятнашка»? – я хотел спросить: «А это возможно, что меня зачислят?», но в последний момент передумал. Несолидно. Сама скажет.

– Пятнадцатое звено. Те, кто давал позавчера перед тобой показательные выступления. А та девочка, что упала, чуть ли не замуж за тебя собралась. Лежит в лазарете и такое про тебя треплет, уши вянут! Ты у нас чуть ли не ангел небесный!

Катарина ехидно захихикала. Мне весело не было.

– И как она там?

– Нормально. Два перелома, как я и говорила, ничего сложного. Заживет, как на собаке.

– Ты не говорила. Я не слышал.

– Может быть. Но это не значит, что ситуация не была под контролем.

Молчание. Ну, вот он, момент истины, разнос за содеянное. Я внутренне напрягся, готовясь.

Точно, угадал.

– Нас там было трое, команданте добрая душа! – начала орать она, выпуская пар. – Три человека, два тренера и я, прошедшие огонь и воду! Мы разбираемся в травмах не хуже хирургов и травматологов! Я участвовала почти в сотне боевых операций, в прямом смысле боевых, как и они! И там убивали, и мы, и нас, и мои напарницы получали ранения! И мы перевязывали их, и кости по кусочкам складывали!

– Где ж это вы так повоевали, в мирное-то время? – съязвил я, хотя чувствовал, что не прав. Но молчать, когда на меня орут…

– Да куда нас только не кидали!.. – Катарина сбавила обороты. – И на Марс, и на Луну отправляли. Да и на Венере подонков хватает. Форму ДБшную на нас цепляют, и в бой. Как простые солдаты. Или армейскую. Кстати, армейская форма мне больше нравится, сидит лучше.