Золотая планета. Тетралогия (СИ) - Кусков Сергей - Страница 137

– И что? Ну, садился я в машину, стоимостью двадцать миллионов? Что теперь, презирать меня? О, а давайте будем игнорировать Шимановского, его же теперь на роскошных тачках подвозят! В буржуи выбился, скотина! Нехрен, не станем больше с ним дружить и разговаривать! У нас классовое родство, мы тут все бедные голожопые, а этот хмырь… Предатель он! Предал наши общие голозадые интересы, что сел в чужую дорогую машину! Так, Хуан Карлос?

Конструктор виновато опустил голову вниз.

– Нет. Извини.

Какое-то время мы ели молча. Наконец, он не вытерпел:

– Хуанито, ты после того боя изменился. Ты… Другим стал!

– Да? – я удивился. – И с чего ты так решил?

Он задумался.

– Даже не после боя. После него ты был нормальный. Ты изменился после визита королевы.

Я и сам чувствовал нечто подобное. Только датировал это событие субботой, встречей с Бэль и Королевской галереей, а не визитом ее величества.

– И что?

– Да ничего, мать твою! – вспылил он. – Она потягала тебя за щечку, приласкала, и ты тут же взбеленился! Крутым себя почувствовал! Пропадаешь где-то, ничего не рассказываешь, с аристократками встречаешься, на хороших тачках разъезжаешь!

– Это не моя тачка, – заметил я.

– Ну и что? – он пожал плечами. – Я на такой вряд ли когда-нибудь проедусь. Вообще! В жизни!

Хуанито, что с тобой? Что происходит? С кем ты связался? Я тебя знаю, это все не просто так. Это конкуренты семьи твоей Бэль? Они тебя шантажируют? Тебе нужна помощь?

На его лице я прочел тревогу и решимость помочь. Да, он трусоват, не без этого, драться вместе со мной против банды противников не выйдет, но в глубине души он человек порядочный. А помочь он может, только не кулаками. Ведь информация – это оружие, а у него есть какие-то собственные каналы, практически кладези информации, самой различной направленности.

– Ты умеешь хранить тайны? – вздохнул я после долгого молчания.

Хуан Карлос думал долго, даже забыл на время о вилке и обеде. Наконец, кивнул.

– Мне предложили работу. Хорошую работу, но сложную. Зато с обалденными перспективами в будущем.

– Кто?

– Одна очень серьезная контора. Не скажу какая, ты и так догадаешься.

– Что за работа?

– Подопытный кролик.

Пауза.

– Ты серьезно?

– Абсолютно.

– И что же будут испытывать?

– Методики. Физического и психического воздействия, воспитания. Создание универсального солдата с уникальными способностями.

– Ни … себе! – выдохнул Хуан Карлос. – И кто?

– Какая разница? – усмехнулся я. – По-моему, вариантов не много.

Он согласно кивнул.

– Это точно.

Затем все-таки уточнил:

– Ее высочество? А что за это пообещали?

Я лишь многозначительно улыбнулся в ответ. С Хуана Карлоса довольно.

* * *

«Эсперансу» видели довольно многие, не только Хуан Карлос с ребятами. И как я в нее садился в том числе. Если бы я был одним из богатеньких, это не произвело бы эффекта: «Эсперанса» – ну и «Эсперанса». Но нищий чудак Шимановский, да еще обласканный лично королевой…

Кампос смотрел откровенно косо, и совсем не так, как вчера. Было видно, он нашел линию поведения со мной, успокоился, но чего-то ждал. Но меня не трогает – и ладно, на остальное мне было плевать. Эмма тоже крутилась вокруг, порывалась что-то спросить, но я ее каждый раз отшивал, мягко, но настойчиво, и она не решилась.

На последней паре Кампос вдруг отпросился, прямо посреди занятия. Я заподозрил неладное, но не нервничал – сейчас эта скотина ничего мне не сделает, даже пытаться не будет. Побоится. Меня больше волновал вопрос, приедет ли сегодня Катарина? Какие еще тесты им нужны? Когда и сколько раз я им понадоблюсь? И главное, нужен ли корпус мне самому?

Да, я выслушал дона Алехандро, и последую его совету. Буду слушать лишь свое сердце, а не слухи и чужие мнения. У меня почти две недели для этого. Но пока проблема стояла в том, что сердце молчало. Мозг же мой не видел особых стимулов идти в подопытные кролики.

Да, там круто. В конце обучения. Но само обучение станет адом: если я не вложился на вчерашних несложных в общем дорожках НИ В ОДИН норматив?..

А ведь те нормативы сдать можно. Занимавшиеся рядом девочки сдавали, пусть и не на самые лучшие результаты. Они двигались… Невероятно ловко, невероятно быстро! Если бы не видел вживую, и точно не знал бы, что это не роботы, в жизни бы не поверил!

Меня ждет бяка, много-много бяки. Затем смертоносный Полигон, где придется убивать, чтобы выжить. И только после этого я получу свою шоколадку.

С другой стороны, у меня грант. Я доучусь, меня больше не тронут. А затем будет универ, хорошая должность и карьера. Да, я стану серьезным, но не самым высокооплачиваемым менеджером или специалистом, но меня однозначно никто не будет бить, пытать, вытягивать из тела все соки, и главное, ни я никого не убью, ни меня никто не убьет, ни целенаправленно, ни случайно.

Вчера Катарина вновь ничего не сказала. В полном молчании отвезла домой, на сей раз на строгой казенной машине, без понтов. У меня сложилось стойкое ощущение, что она меня постоянно оценивает, даже, когда везет домой и мы молчим. Чего меня оценивать, вот он я, на виду! Встретит ли меня сегодня не знал, а потому пошел к метро, но один и оторвавшись от всех, выскочив сразу после звонка.

Ждала. На том же самом месте, на той же машине. Стояла с поднятым люком.

Я молча влез. Она бегло бросила:

– Пристегнись, нас ждут приключения.

И приблизила виртуальное изображение заднего вида на портативном визоре панели. Я разглядел длинную фигуру Эммы, внимательно смотрящую нам вслед.

– Ты ей нравишься, – бесстрастно заметила сеньора. Просто констатировала факт, не окрашивая его в эмоциональные цвета. – Она удивлена, а еще ревнует.

– Это ее сложности! – вспыхнул вдруг я. Достали они все. Особенно эта – какое ей дело до моей личной жизни?

Сеньора в ответ довольно улыбнулась, но как бы мельком, промежду прочим. Вот стерва, она просто меня испытывает! Раздражает и следит за реакцией!

Я пристегнулся и подобрался. А еще обратил внимание, что съемка ведется не от машины, а со стороны и чуть сверху. Будто она установила камеру на противоположной стороне улицы, причем прямо над тротуаром, метрах в четырех от него. Круто! Летающий дроид!

Дроиды запрещены и используются только специальными службами планеты. Ну, наверняка еще и аристократами – эти у короны что хочешь выторгуют.

– Скажи, что ты знаешь о Кампосе? – спросила сеньора, закрывая и герметизируя люки.

– Ну… – И что ей отвечать? Вот так, в двух словах? – …Мы не дружим.

Она едко усмехнулась.

– Я видела, как вы «не дружите». Вся планета видела. Особенно «не дружите» в школьном фонтане. Меня интересует, почему вы «не дружите».

Я ответил привычной фразой:

– Социальное неравенство.

– В школе больше сотни титуляров, – парировала она. – Но так сильно «не дружит» он только с тобой. Почему?

– Потому, что я даю сдачи. Сопротивляюсь. Мне плевать на него и порядки, что он устраивает.