Сердце воина - Монк Карин - Страница 39

— Неужели? — насмешливо отозвался Энгус. — Сдается мне, сынок, ты будешь кусать локти, когда за вас примется сам Черный Волк.

— Ваш Черный Волк — всего лишь пьяная развалина! — завопил второй пленник. — Даже клан Макфейнов отверг его за то, что он напился и не пришел на помощь, когда убивали женщин и детей…

— Клянусь Всевышним, я не желаю слушать такую подлую ложь — разозлился Дугалд, силясь приподнять меч. — Откажись от своих слов, иначе я вырежу твой поганый язык.

— Что здесь происходит? — спросил от дверей Брайс.

— Эта грязная жаба оскорбляет Макфейна, — Дугалд кипел от негодования.

Брайс нахмурился.

— Давайте послушаем, что они еще наболтают, прежде чем их бросят на долгие годы в подземную темницу.

Враги, испугавшись, умолкли. Ариэлла знала, что угроза Брайса пустая, но все же ей было приятно, что она произвела впечатление.

— Я спешу на помощь к своим, — спохватилась девушка. — Поосторожнее здесь.

— Не волнуйся за нас, дочка, — сказал Энгус ей вдогонку. — Мы с Дугалдом воюем уже… — Он замялся и запустил пальцы в седую бороду. — А вообще-то мы воевали прежде, Дугалд?

Дугалд оперся на меч, припоминая.

— Помнится, в молодости у нас с тобой была распря из-за Бесси. Не знаю только, можно ли это засчитывать.

— Можно, — успокоил его Энгус. — Тем более что я тогда вышел победителем.

— С чего ты взял? — удивился Дугалд. — Ведь это я на ней женился…

Ариэлла улыбнулась и бросилась дальше.

На гребне стены мужчины и женщины Маккендриков противостояли воинам Родерика, не позволяя им взобраться на стену. Того, кто все же поднимался сюда, встречали меч, меткая стрела, а на худой конец ловкий пинок, сбрасывавший его вниз. Ариэлла отыскала глазами Макфейна, возглавлявшего оборону задней стены. Сейчас он сражался с великаном под стать ему. Малькольм поражал своей мрачной, неистовой яростью. Однако противник, сильный и ловкий, лихо отражал все удары. Ариэлла вложила стрелу в лук, но мужчины перемещались по стене так стремительно, что она опасалась выстрелить и попасть в Макфейна. Уголком глаза девушка увидела спешащего на выручку Гэвина.

В следующее мгновение через парапетную стенку перелез белокурый воин и приставил меч к горлу Гэвина.

— Бросай оружие, храбрый Гэвин! — приказал Родерик.

Гэвин выпустил меч.

— Жалкий червяк! — прохрипел он.

— Гэвин! — взвизгнула Элизабет. Родерик удивленно уставился на нее:

— Что с тобой, Элизабет? Я очень огорчусь, узнав, что ты неравнодушна к этому старому рубаке. Как печально! — Родерик загораживался Гэвином, как щитом. — Довольно, Грегор! — обратился он к сопернику Макфейна. — Теперь он мой.

Гигант оскалился, выставив напоказ гнилые зубы, и опустил меч. Малькольм, едва сдерживая ярость, смотрел на бывшего соратника.

— Приветствую тебя, Малькольм! — обратился к нему Родерик. — Признаюсь, ты выглядишь лучше, чем я ожидал. Однако странно: неужели ты так и не понял, что уже не способен никого защитить?

— Чего ты хочешь, Родерик? — спокойно осведомился Малькольм.

— Того же, что и каждый настоящий мужчина. — Родерик пожал плечами. — Мне нужен замок, который я назову своим. Красивая женщина, согревающая мою постель. Я хочу повелевать людьми. Вот и все мои желания. — Он перевел взгляд на Ариэллу: — Рад тебя приветствовать, моя красавица! Ты очаровательна как всегда. Не смею упрекать тебя и за то, что ты укоротила волосы: тебе это идет.

Ариэлла по-прежнему целилась в Родерика, но не могла выстрелить, так как он прикрывался Гэвином.

— Сдавайся, Родерик! — проговорил Малькольм. — Ты лишился половины своих людей: одни ранены, другие захвачены в плен. А ведь Маккендрики только начали обороняться. У тебя нет ни малейшей надежды захватить этот замок.

— Возможно, — согласился Родерик. — Наверное, сегодня это не удастся. А ты опусти лук, милая, — обратился он к Ариэлле, — иначе мне придется перерезать глотку бедняге Гэвину.

Ариэлла нехотя подчинилась.

Родерик улыбнулся:

— Так-то лучше. А теперь я сведу личные счеты с вашим увечным предводителем. Прикажи им не встревать, Малькольм, а то как бы Грегор не отрубил башку твоему Гэвину. — Он передал Гэвина своему могучему подручному, и тот сразу приставил меч к горлу пленника.

— Нет! — в ужасе вскрикнула Ариэлла. Малькольм медленно поднял меч.

— Всем стоять смирно, — хрипло распорядился он.

Родерик осклабился.

— Отлично, дружище. — Он тоже поднял меч. — Посмотрим, какой из тебя противник.

Ариэлла, замирая, наблюдала за поединком. Оба дрались с мрачным упорством. В напряженной тишине слышался звон мечей. Родерик был моложе и гибче, зато Малькольма охватила всепоглощающая ярость. Его огромный меч мелькал в воздухе как молния, прорезающая темное небо, и высекал искры из меча Родерика. Малькольм держал рукоятку обеими руками и так тяжело дышал, что все понимали, каких усилий стоит ему этот поединок. Ариэлла боялась, что Родерик будет играть с ним, пока он не лишится сил, после чего прикончит. Но Малькольм хоть и медленно, но умело и решительно оттеснял врага к парапетной стенке.

— Понятно… — прохрипел Родерик, отражая удары Малькольма. — Она не отдала его тебе.

Малькольм, приняв его слова за отвлекающий маневр, промолчал. Внезапно Родерик отскочил и вспрыгнул на парапетную стенку.

— Все, хватит на сегодня, — сказал он. — Уходим, Грегор.

Гигант выпустил Гэвина, перевалился через стенку и начал спускаться по одной из штурмовых лестниц.

— Прощай, красавица Ариэлла. — Родерик сунул меч за пояс, ухватился за веревку, перекинутую через зубец стены, и прыгнул.

Маккендрики подбежали к краю. Часть расстояния до земли Родерик пролетел, остальную преодолел, скользя по веревке. Вскочив на коня, он поднял его на дыбы и крикнул:

— Отходим!

Люди Родерика с облегчением отступили, устремившись к своим коням, и последовали за уносящимся в темноту главарем.

Маккендрики издали ликующий крик.

— Победа! — завопил Дункан и так хлопнул Эндрю по спине, что тот едва не свалился со стены.

— Боже, мы победили! — Гордон хотел обнять дочь, но та отбросила лук и поспешила к Гэвину.

— Ты цел? — спросила она задыхаясь.

Гэвин с удивлением заметил, что в ее огромных синих глазах стоят слезы, а губы дрожат.

— Что со мной сделается, Элизабет? Смертельно побледнев, девушка не отрывала от него глаз и, казалось, ждала совсем других слов, но Гэвин не знал, каких именно.

— Ничего со мной не сделается, — повторил он.

Элизабет молча кивнула и отвернулась. Через мгновение она с криком бросилась к нему на шею и разрыдалась, прижимаясь лицом к его щеке.

Гэвин растерялся, но наконец обнял ее.

— Хватит, хватит… — Он гладил девушку по волосам. — Опасность миновала. Все будет хорошо, Элизабет.

Малькольм молча наблюдал, как побежденный отряд Родерика скрывается в ночи. Его смутила легкость, с которой бывший соратник отказался от поставленной цели. Он посмотрел на Ариэллу и понял: девушка уверена, что коварный враг скоро вернется.

— Да здравствует Макфейн! — воскликнул Рамси, подняв меч над головой. — Если бы не он, мы бы ни за что не одолели этих трусливых свиней.

Все вторили ему, радостно крича:

— Макфейн, Макфейн, Макфейн! Несколько мужчин подбежали к нему и, не дав опомниться, подняли на руки и стали качать.

— Слава Черному Волку!

Люди скандировали его имя как одержимые. Малькольм, давно отвыкший от поклонения, приказал отпустить его, но слова потонули в шуме.

— Поднимем чаши в честь Черного Волка и блестящей победы, к которой он привел нас этой ночью! — крикнул Дугалд с молодым рвением.

— Макфейн, Макфейн, Макфейн!

Ариэлла смотрела на радостных соплеменников. Они донесли Малькольма до дверей замка, потом поставили на ноги и распахнули перед ним дверь. Крича, люди увлекли его в зал, где было решено восславить его воинское искусство.

Победа не оставила Ариэллу равнодушной, но она не находила в себе сил, чтобы присоединиться ко всем. Задержавшись одна на гребне стены, девушка размышляла, когда Родерик вздумает вернуться.