Сердце воина - Монк Карин - Страница 18

— То, что я сегодня увидел, убеждает меня: никому не удастся превратить твоих соплеменников в воинов. — Малькольм обреченно махнул рукой. — Даже самому Черному Волку в его звездный час.

— Да, у Маккендриков нет склонности воевать, — согласился Роб. — Но ведь и ты не всегда вел в бой только самых сильных, тех, кого легко обучить?

— Конечно, поначалу многим не хватало силенок, но среди Макфейнов не было ни одного, кто опасался бы поставить или заработать синяк-другой.

Роб нахмурился:

— Значит, эту трудность тебе придется преодолеть. Как обучают людей, боящихся пораниться и поранить других?

— Их вообще не обучают! — отрезал Малькольм. — Их заставляют работать: делать оружие, укреплять стены. Разве что…

Он запнулся. Возможно, способ справиться с малодушием Маккендриков все же существует. Малькольм поднялся, ощущая хмельной туман, нашел на столе бумагу и перо и начал делать какие-то наброски. Сначала на бумаге появился рисунок, потом — пометки.

— Отнеси это Дункану и Эндрю, — сказал он. — Пусть изготовят две штуки к завтрашним занятиям. Ваши плотники — мастера на все руки, у них на работу уйдут считанные часы. Вдруг это поможет возбудить у Маккендриков необходимую для сражения ярость?

Роб потянулся за листком, но внезапно замер.

— Что еще? — нетерпеливо спросил Малькольм.

— Ничего. — Мальчишка взял рисунок и открыл дверь. — Просто я увидел твои руки.

Дверь закрылась. Озадаченный Малькольм взглянул на свои руки, испещренные рубцами. Огонь оставил на коже неизгладимые следы.

Глава 5

Ариэлла вздохнула и зарылась лицом в подушку, прячась от первых проблесков утреннего света. Однако настойчивый стук окончательно рассеял ее сон, и она нехотя открыла глаза. Встав с кровати, девушка пошла к окну по холодным каменным плитам. Посреди двора дюжина мужчин, следуя указаниям Гэвина, Дункана и Эндрю, сколачивали два деревянных сооружения, похожих на эшафоты, которые она видела накануне вечером на рисунке Макфейна. Снедаемая любопытством, Ариэлла стащила с себя ночную рубашку, бросила ее на кровать и поспешно облачилась в грязное тряпье, превращавшее ее в Роба: рубаху, клетчатую юбку и стоптанные башмаки. Преодолевая отвращение, она зачерпнула в очаге горсть золы и выпачкала себе волосы, лицо, ладони и лодыжки.

Внезапно дверь ее спальни отворилась. Девушка по привычке склонила голову набок и подняла плечи, изображая неуклюжего подростка.

— Дункан не разрешает мне играть с большими куклами, — капризно сообщила Кэтрин. — Какой плохой!

— Что за большие куклы? — осведомилась Ариэлла, радуясь, что может пока не корчить из себя мальчишку.

— Вчера вечером он велел Агнес, Элизабет и Меган сшить больших кукол. Поутру я нашла их в зале на столах. Элизабет сказала, что все готово. Только они забыли, нарисовать куклам лица. Куклы получились грустные. Я принесла краску и нарисовала им рожицы вот с такими улыбками! — Девочка улыбнулась до ушей. — Смотрю — а где же у них волосы? Представляешь? — Девочка изобразила недоумение. — Пришлось рисовать волосы. Изабелла получилась брюнеткой, вроде тебя, а Флора — красавицей блондинкой, как наша Элизабет. Вышло замечательно. Но когда у них появились лица и волосы, я поняла, что они совсем голые. Моя одежда на них не налезла, поэтому я пошла за этим к Агнес. Я знаю, она не против. Наряжаю я Изабеллу в чудесную красную рубашку, как вдруг появляется Дункан и давай кричать: «Что ты наделала?» Я сказала, что оставлять кукол в зале голыми нехорошо, а он вопит: «Это тебе не куклы! Не смей трогать!» Что ты на все это скажешь?

С этими словами Кэтрин плюхнулась к ней на кровать.

— Я с ним поговорю. — Ариэлла едва не расхохоталась, заподозрив, для чего нужны эти куклы. — Но и ты хороша, Кэтрин: как можно трогать чужое?

— Они такие печальные! Лежат себе с белыми головами… Даже глядеть им было нечем.

— Все равно, они не твои. Понравилось бы тебе, если бы кто-то решил, что твою Матильду надо обрить или перекрасить в другой цвет?

Девочка прижала к груди куколку, с которой никогда не расставалась.

— Пусть только попробуют! — воскликнула она.

— А чем Дункан хуже тебя? Он поручил женщинам сделать кукол именно такими, и это никого не касается. Поняла?

Кэтрин кивнула, огорченная, что сестра не на ее стороне.

— Вот и хорошо. — Ариэлла подсела к ней и прижала к себе.

— Долго тебе еще ходить такой уродиной? — спросила Кэтрин, морща носик.

— Пока у клана не появится новый лэрд, ни один чужак не должен знать, что я жива, иначе Родерик нагрянет снова.

— Я думала, новым лэрдом будет Макфейн.

— Раньше и я так думала. Но он для этого не годится. — Ариэлла взъерошила сестре волосы. — Отведу-ка я тебя в кухню, к Агнес на подмогу! Подожди, вечером я доскажу тебе сказку про водяного и девочку, поселившихся на дне морском.

— А он хороший, — сказала Кэтрин, коснувшись чистой ручонкой грязной ладони сестры.

— Кто, водяной?

— Черный Волк.

— Почему ты так считаешь? — спросила Ариэлла.

— Я сразу это поняла, как только он здесь появился, — ответила Кэтрин, спускаясь по лестнице. — Черный Волк такой грустный! Поэтому я и подарила ему вышивку.

— Молодец! Девочка кивнула.

— Он похвалил меня. — Кэтрин расплылась в улыбке. — Представляю, что скажет Макфейн, увидев, как хорошо я раскрасила кукол Дункана!

Малькольм в бешенстве уставился на потешные мешковатые фигуры, болтающиеся словно на виселице.

— Что еще за шутки? — взревел он.

— Кажется, малютка Кэтрин решила, что им нужны лица, — смутился Дункан. — Я подоспел вовремя, иначе она нарядила бы их в женские платья.

— А что, неплохо, — заметил Гэвин. — Очень жизнерадостный вид.

— Будем надеяться, что Маккендрики не сочтут кукол слишком жизнерадостными и не откажутся атаковать их… — Малькольм обернулся к собравшимся. — Сегодня мы начнем с нападения. Но нападать вы будете не друг на друга, как вчера, а вот на этих раскачивающихся истуканов. Вам придется действовать быстро. Каждый постарается нанести удар посильнее, а затем уступит место следующему. Оружие вам не понадобится. Чучела плотно набиты песком и тряпьем. Возможно, они окажутся тяжелее, чем вы полагаете.

Маккендрики озадаченно переглянулись. Ни речи наставника, ни он сам явно не внушали им особого доверия.

— Дункан и Эндрю, раскачивайте чучела, как только приблизится нападающий. Всем встать в шеренгу по двое. Выполняйте!

— Ты уж меня прости, юноша, но что-то я не пойму, чему это может их научить, — с сомнением пробормотал Энгус.

— Нападение на мешок с песком — вовсе не то же самое, что борьба с человеком, — поддержал его Дугалд. — Ведь мешок не даст сдачи.

— Знаю.

— Видимо, в этом и состоит замысел Макфейна, — успокоил соплеменников Элпин.

— Какой смысл в том, чтобы люди колошматили кукол? — упорствовал Энгус.

— Ваши люди боятся пораниться и поранить других, — объяснил Малькольм. — Поэтому они не способны принять бой — ни с оружием в руках, ни без него. Эти чучела безобидны и не чувствуют боли. Надеюсь, что Маккендрики постепенно избавятся от страхов и научатся атаковать решительнее. Мне хочется, чтобы они ощутили гневное бурление в крови. Когда это произойдет, мы двинемся дальше. Полагаю, Гэвин отодвинул мишени от замка и можно больше не опасаться, что на нас посыплются стрелы?

— Между прочим, у некоторых женщин оказался очень меткий глаз, — заметил Гэвин, направляя коня к воротам. — Уверен: из них получатся отменные лучницы.

— Дело только за бойницами, иначе этим лучницам не представится возможность выпускать стрелы, — отозвался Малькольм.

Маккендрики расположились так, как им было велено, и приготовились к занятиям. Первым сорвался с места Брайс. Пока он приближался, Дункан раскачал тяжелое чучело. Испугавшись летящего на него мешка с песком, Брайс вскрикнул, отпрыгнул в сторону и избежал столкновения с ухмыляющимся чудовищем.