Странники зазеркалья - Юнязова Ольга Петровна - Страница 47

Оксана посмотрела на часы. Ого! В размышлениях время пролетело незаметно. «Начнём с кольца», – решила Оксана и набрала номер.

– Привет, – сказала она, когда Зарина взяла трубку. – Ты спросила у бабушки, что означает кольцо яг?

– А чего спрашивать, я тебе и сама скажу, – засмеялась Зарина. – Я сразу-то не сообразила, а потом до меня дошло.

– И что это?

– Никакого отношения к кольцу это не имеет. Кольцо по-цыгански – «вирига» или «ангрустя». Это если имеется в виду перстень, кольцо на палец. А если имеется в виду круг, то «варко». А кольцо – это… ну? Догадаешься сама?

– Как я догадаюсь?

– Оно созвучно с русским «колоть». Колкое.

– Нож? Иголка?

– Какая иголка?! Острие! Кольцо яг – острие огня.

– Острие свечи! – воскликнула Оксана.

– Ай, молодец! Догадалась, – снова расхохоталась Зарина. – Бабушка просто хотела напомнить, что ты должна искать ответы в том состоянии, которое называешь «острие свечи».

– Почему же она мне это по-русски не сказала?

– Не знаю. Может, случайно, а может, специально.

– Может быть, – задумчиво произнесла Оксана, и в её голове ещё не созрел ответ, но уже возник образ. Она записала его десятым номером в таблицу и задала Зарине следующий вопрос: – Слушай, а что ты такого Бобу наговорила, что он по самую макушку загруженный приехал?

– Ой! Как же я тебе наш длинный разговор передам в двух словах? Мы разговаривали о жизни и смерти, о разных других философских вещах. Я попыталась ему объяснить, что мир не ограничивается вещами, которые можно увидеть и потрогать, что есть вещи запредельные. В общем, ты всё это знаешь, истина-то не нова. Но для каждого новичка надо подобрать именно те слова, которые способны не просто утонуть, но ещё и раствориться в его душе. Вот их-то я и искала так долго.

– Красиво говоришь, – улыбнулась Оксана.

– Ну так! Цыганка я тебе или кто? Загруженный, говоришь, приехал? Это хорошо. А как там девочки ваши?

– Пока плохо. Сейчас начну взбираться на то самое «острие»…

– Ааа… давай. Удачи!

Оксана отключила телефон, и тут же он зазвонил снова. Отобразился номер Александра.

– Алё.

– Оксана! – Александр был явно возбуждён. – Мне тут Митяй знаешь что сказал?!

– Саша! Ты опять пьяный?

– Да ты что?! Ну так, полбутылки пива. Это я просто обалдел от услышанного, а ты всё занята и занята.

– И что он тебе сказал?

– У Марии этой, которая разбилась, на плече была татуировка.

– И?

– Угадай, что на ней было изображено!

– О боже, опять угадай! Нашли гадалку. Ну, говори!

– Тринадцатилучевая звезда и в центре спираль. Ты можешь это как-то объяснить?

– Легко! – Она задумалась лишь на пару секунд.

– Правда? – опешил Александр.

– Ты мне сначала объясни, как Митяй узнал, что она именно тринадцатилучевая? Он что, пересчитывал лучи?

– Ты пересчитывал лучи? – спросил Александр. – Нет? А откуда тогда узнал?

Митяй смеясь что-то ответил, Оксана не расслышала.

– Ой, точно! – немного разочарованно сказал Александр. – У неё просто звезда со спиралью в центре была. Сколько лучей, он не говорил. Это я уже сам додумал.

– Но скорее всего она была именно тринадцатилучевая, – сказала Оксана.

– Почему?

– Потому что скорее всего эту татушку ей сделал Рихард. Не сам, конечно, но с его рисунка.

– А где он мог видеть эту звезду?

– Ты просто не в курсе. У Рихарда есть ключ. На нём точно такая же звезда, как на шкатулке. Он утверждает, что шкатулка раньше принадлежала его прабабке, но та была вынуждена сдать её то ли в ломбард, то ли в комиссионку, где бабушка Галины её и купила.

– Ерунда какая-то! – возмутился Александр. – Ты сама-то в это веришь?

– А какие у меня основания не верить?

– Зачем покупать антикварную вещь в комиссионке и покрывать её краской?

– Об этом я уже думала. И Галине говорила. Но она стоит на своём: бабушка просто была чудачкой и любила антиквариат.

– Ладно. С этим потом разберёмся. Но почему Рихард заставил её сделать эту наколку?

– С чего ты взял, что он заставил? Может, она сама увидела и захотела. Да чего мы гадаем? Рихард-то, слава богу, жив. Позвони ему и спроси.

– Лучше ты. Я с ним как-то… не то чтобы не дружу, но…

– Саша! Вот заодно и отношения наладишь! У меня есть о чём подумать! Всё, давай.Она выключила телефон и перевела взгляд на экран ноутбука. Пункт десятый гласил: Острые ногти-кольца на пальцах!!!

Отгадки

Александр набрал номер Рихарда.

– Слушаю вас.

– Привет, Рихард. Это Александр Ведьмин.

– О! Привет! Что-то случилось?

– Почему ты так решил?

– Не знаю. Просто, что могло заставить тебя мне позвонить?

– Оксана заставила, – усмехнулся Александр.

– Неужели решили поздравить с Новым годом?

– Ага. Поздравляю. Но вообще-то да. Случилось. У Кузнецовых дочь при смерти.

– Да ты что?! Что с ней? Я могу чем-то помочь?

– Вряд ли. Я по другому вопросу звоню. Помнишь сестру Боба?

– Мадлен… конечно.

– У неё на плече была татуировка в виде звезды.

– Откуда ты знаешь?

– Я ещё много чего знаю. Готов поделиться информацией в обмен на кое-какие сведения.

– Я так понимаю, это не по телефону?

– Желательно бы.

– Хорошо. Сегодня приеду в Трёшку.

– Я в городе. Так что если свободен, давай встретимся прямо сейчас.

– Не то чтобы совсем свободен… Но скоро освобожусь. Куда подъехать?

– Давай лучше мы подъедем.

– Вы с Оксаной?

– Нет. Я с товарищем, который рассказал мне про звезду со спиралью.

– Тогда давай через час в «Космосе». Заодно и пообедаем.

– Договорились.

– До «Космоса» минут десять ехать, – сказал Митяй и открыл ещё бутылку.

– Тогда давай пока с пивом завяжем, – предложил Александр. – А то у меня после контузии на алкоголь реакция совершенно непредсказуемая. А ты за рулём.

– Ладно. – Митяй отодвинул бутылку. – Но ты давай рассказывай. Мы же тогда решили, что тебя всё… Даже не знаю, с чего мы так решили. Ты только вышел, и на улице выстрелы, крики. Потом и нас нашли. И мы, как телки, пошли стадом, куда велено.

– А что вам оставалось? Все же безоружные были. Много раненых.

– Оно, конечно так, – кивнул Митяй. – А потом на нас… даже и не знаю, считать ли это счастливой случайностью, обвалился дом. Я заметил, что стена падает. Всё так быстро произошло. Думать было некогда, а инстинкт сработал. Я кинулся в сторону, одного сшиб, автомат выхватил, и… – Митяй нервно сглотнул.

– Не ты его, так он бы тебя, – сказал Александр.

– Так-то оно так. Но раньше я как-то жил с этим, а последние годы он всё чаще и чаще вспоминаться начал. Может, потому что я старею, а он так и остался пацаном. Не знаю. И перед глазами его взгляд. Ресницы чёрные, загнутые, как у девки. – Митяй махнул рукой и потянулся к бутылке. Александр остановил его руку.

– А остальные как?

– Кто-то успел отпрыгнуть, кто-то в лепёшку. И духи и наши.

– Чёрт! – Александр схватился за голову.

– Да ладно, сержант! Ты бы всё равно ничем не помог. Кому суждено было, тот выбрался. А кому не суждено… Снайперы знаешь какую сволочную схему придумали? Стреляли по ногам. Один падает, к нему другие бросаются на помощь, и их аккуратно рядом кладут. А раненого не добивают. Ползи, типа, свободен. Видимо, в расчёте, что эта же наживка ещё раз сработает. Так вот, я полз на брюхе и орал: «Не подходите ко мне. Пошли на…!» – Его хриплый смех перешёл в стон.

– А потом? – спросил Александр.

– А потом сознание потерял. Очнулся где-то в подвале. Феникс меня всё-таки вытащил. Перевязал… Отлежались… Так мы с ним вдвоём и выбрались, чудом. – Митяй тяжело вздохнул. – Ну, а ты как?

– А меня в танке завалило.

– В танке?! – Митяй с недоумением посмотрел на Александра.

– Я уже возвращался, когда вас вывели. Едва успел спрятаться. Понял, что против четверых с автоматами идти смысла нет. Думать не было времени. Делал, что мог. Забрался в танк, хотел вам навстречу выехать. Но не справился с управлением и со всей дури протаранил стену.