Истории мудрого странника - Кукуллу Амалдан - Страница 23

Я освободил девушку, поднял ее, и – о чудо! – глазам моим предстала красавица, какой я еще в жизни никогда не видел. Я спросил ее: «За что же он так жестоко обошелся с тобой?»

Она упала передо мной на колени, стала целовать мне ноги и упрашивать:

– О, юноша, спаси меня от этого злодея.

Я сказал, что она спасена, что злодей этот лежит мертвый, и вновь попросил ее рассказать: кто она и за что так жестоко обошелся с ней этот палач?

– О, юноша! – сказала она. – Знай, я дочь падишаха Востока, и имя моего отца Фарадж, а меня зовут Десте-Гуль. Везир моего отца влюбился в меня и стал всюду преследовать. Я отвергла его и предупредила, что, если он не оставит меня, я расскажу обо всем отцу. Везир испугался моих угроз и ночью, связав меня, похитил. Привез сюда в лес, спустил в это дупло и насильно стал требовать моего согласия выйти за него замуж. Ровно год, как не ведомо никому томлюсь я здесь, в дупле. Каждый вечер он приходил, чтобы добиться моего согласия выйти за него замуж. Но я отвечала ему: «Нет». И он всякий раз избивал меня до тех пор, пока я не теряла сознание... О, мой спаситель, прикажи мне умереть, я ради тебя умру! – воскликнула тогда девушка и расплакалась.

Я сказал, что такая красавица должна жить и своей красотой тешить друга своего.

– Быть мне твоей жертвой, мой спаситель, – сказала она.

Я посадил ее позади себя и пришпорил своего скакуна. Через некоторое время мы подъехали к одной крепости, окруженной толстыми стенами. Это было падишахство ее отца. Безмерно обрадовался отец тому, что наконец-то дочь нашлась. Приказал он стелить мне под ноги дорогие ковры, жечь в честь меня плошки, накрыть стол угощениями и лишь потом сказал:

– За то, что ты спас мою дочь от этого злодея, я отдаю ее замуж за тебя. Ты достоин ее любви, добрый человек!

Тогда я спросил:

– Пожелает ли она сама быть моей женой?

Десте-Гуль пала передо мной на колени и произнесла:

– Да, я согласна! Другой мне во веки не нужен!

Назначили день свадьбы, и стали мы жить и веселиться в кейфе. Так мы жили год, а ребенка у нас в этот год не было. Не родился у нас ребенок и на второй год, и на третий год... А все из-за проклятого везира, который ее изувечил.

Но я никогда не попрекнул ее за это. Да и виновата ли была она в том, что какой-то злодей избивал ее розгами? Она чувствовала все это и очень любила меня.

Но в один из дней гонец вручил мне послание, где писалось:

«Мне, младшему брату покойного везира, стало известно, что мой старший брат был убит тобой, а поэтому я должен отомстить: убить тебя. Жду тебя такого-то числа в такое-то время в таком-то месте. Кровь за кровь! Смерть за смерть! И подпись: Младший брат везира».

Ничего не оставалось делать, отправился я в назначенный день и час биться с ним. «Или я, или он», – сказал я тогда сам себе. Рассказал обо всем жене, а она поцеловала меня и говорит:

– Худо кумек эшму! – и надела мне на палец свое обручальное кольцо. – На счастье... Когда тебе будет трудно, ты посмотри на кольцо и вспомни меня. Знай, что я жду тебя и верю в твою победу... И еще знай, что без тебя не будет и меня. Если любишь меня – одержишь победу.

Сел я на своего скакуна и поехал. Прибыл я в такое-то место и вижу: сидит на коне здоровенный юноша и дожидается меня.

– О, негодяй! – закричал он на меня. – Как будем биться?

Я ответил ему так:

– Любое искусство борьбы доступно богатырю одинаково.

– Значит, так! – и брат покойного везира поднял щит и, обнажив меч, с быстротой сокола ринулся на меня. Когда наши кони сошлись, завязался бой. Долго бились, но так никто из нас не мог одержать победу. Тогда мы стали колоться пиками, и опять ничего не получилось. Тогда стали стрелять друг в друга из луков и опять ничего. Стали накидывать арканы... Как только мы не бились, никто из нас не мог победить. Мы так устали, что впору было упасть на землю и умереть. Дошло дело до рукопашной, как только я не старался, но побороть, придавить противника к земле так и не мог. Он был ловким, изворотливым, сильным. Но случилось так, что он схватил меня, пригнул к земле и говорит:

– Вот и смерть твоя пришла. Привяжу тебя к хвосту коня и по колючкам протащу, а потом мертвым в город повезу. Пусть все видят, как брат отомстил за брата. Пусть все видят, какое ты ничтожество... Пусть все знают, как ты подло убил моего брата...

Лежу я под ним и нет сил дальше сопротивляться. «Ну, – думаю, -все, смерть пришла». Но тут вдруг я увидел у себя на руке кольцо, которое надела мне жена, вспомнил ее наставления, ее лицо и почувствовал в теле своем прилив силы.

«Нет, – сказал я тогда себе. – Я люблю ее. Она меня тоже. И я должен ради нашей любви победить врага своего, чего бы мне это не стоило!»

И тут я собрался с силами, изловчился, схватил противника за пояс, крикнул во весь голос, да так, что в небе замерли птицы, и сбросив его с себя, поднял над головой и, крикнув сильнее прежнего, ударил о землю. Так я победил своего сильного противника... Нет, это не я победил. Это любовь победила врага. После этого случая мы с женой еще крепче полюбили друг друга. Минуты не могли пробыть друг без друга.

Но случилось так, что жена вдруг заболела и слегла в постель. Каких только ловловиго я не приглашал, какие только не тратил деньги. Только бы вылечили они мою любимую. Я знал, что без нее у меня не будет больше жизни. Но никто помочь мне не мог. Все говорили, что она неизлечима и скоро умрет.

Перенес я ее в другую комнату, чтобы спокойней ей там было, приставил к ней сорок слуг и семь самых лучших лекарей, да и сам целыми сутками сидел у ее постели. О еде, о сне и покое позабыл. А она кровью кашляет, да в жар ее бросает.

– Умираю! Ой-й, умираю!.. Убейте меня! Умираю, – кричала она в бреду.

А я обнимаю ее, плачу и говорю:

– Нет, ты не должна умереть. Что я буду делать без тебя?..

Не оставляй меня одного. Я люблю тебя.

Так она болела целый год.

Но в один из дней, когда ей немного стало лучше, она говорит мне:

– Вот я умру. Обещаешь мне никогда не жениться на другой и никогда не иметь дело с другими женщинами?

Я ей говорю:

– Да, обещаю! – а сам плачу.

А она мне опять:

– Я не верю твоим словам... Если ты сказал правду, то сходи к резнику и пусть он лишит тебя способности иметь дело с женщиной... Если ты это сделаешь, то я смогу спокойно умереть.

Я ей стал возражать, говорить, что я и без этого сдержу свое слово.

А она:

– Нет! Я не верю... Сходи к резнику.

На другой день ей опять стало плохо, и она в бреду и слезах вновь потребовала, чтобы я сходил к резнику.

Ничего не оставалось делать, и я решил ради нашей любви сходить к резнику и сделать все так, как хотела жена. Лишил он меня возможности впредь иметь дело с женщиной. Поболел я немного и вскоре явился к больной жене и сказал:

– Я сделал все так, как ты хотела... Теперь ты веришь, что я люблю тебя и что говорил правду?

Она ответила:

– Да, верю. Теперь могу спокойно умереть.

Но случилось так, что она с каждым днем стала чувствовать себя лучше и лучше. А вскоре встала с постели и стала ходить по комнате. Я был так рад, что места себе не находил: дни и ночи проводил рядом с ней, всякие небылицы ей рассказывал – только бы было ей хорошо. Даже овсунечи приглашать стал, чтобы ей сказки рассказывали и тем забавляли ее. Вскоре она поправилась, похорошела, обрела прежнюю красоту.

Но однажды она мне сказала:

– Я люблю тебя, но ты как мужчина для меня непригоден... Мне нужен мужчина. Я так больше жить не могу.

Выслушал я жену, опечалился и сказал:

– Ведь я лишил себя этих возможностей из-за любви и верности к тебе. Ты же сама требовала этого.

– Да, но я женщина и мне нужен мужчина, – сказала она мне.

Через несколько дней я случайно застал ее в объятиях моего везира. О, как это было жутко! Я так и застыл на месте, слова сказать не мог. Но когда пришел в себя, сильно разгневался и ударил ее по щеке. Первый раз в жизни. Она заплакала и ушла в другую комнату.