Сказания древнего народа - Кукуллу Амалдан - Страница 9

– Ну и силища у этого полоумного! – сказал один из разбойников.

А атаман вытаращил глаза, смотрит вниз на Рустама и не знает, что делать дальше.

А Рустам тем временем подобрал кусок белой глины и крупными буквами написал на скале: «Разум – лучшее лекарство! Доверьтесь разуму, и вы излечитесь!»

Не поняли разбойники, что предлагает им богатырь.

Атаман подумал и приказал подать коня.

– Поскачу вниз и узнаю, чего он хочет! – крикнул атаман и, вскочив на коня, поскакал вниз.

Когда он подъехал к Рустаму и сошел с коня, Рустам положил руку на спину скакуна. Спина у жеребца согнулась, еще чуть-чуть и она могла бы сломаться.

Как увидел это атаман, затрясся, на миг лишился голоса, стоит с широко открытыми глазами.

Смекнул Рустам, что перед ним атаман, и говорит:

– Лучше делать добро, чем зло!

Промолчал атаман. А Рустам опять ему:

– Сколько в шайке мужчин?

– Сорок! – рассерженно ответил тот.

– Женить всех надо, – сурово проговорил Рустам и приказал атаману, чтобы тот велел своей шайке спускаться вниз.

Атаману поневоле пришлось покориться. Свистнул он три раза, махнул рукой, и разбойники мигом прискакали на своих скакунах и стали как вкопанные перед атаманом. Стоят и ничего толком понять не могут. Да и сам атаман не знает, как быть, что делать. Вроде не спит, а все как во сне. «Как же так, – думает он, – я, храбрый атаман, испугался какого-то полоумного?!» Почувствовал он прилив сил, глаза его налились злобой и с криком «Гей-гей!» бросился он на Рустама. Бросились на Рустама и остальные разбойники. Они подобно летучим мышам вцепились в него, решив повалить и задушить. Но не тут-то было! Повел Рустам одним плечом – двадцать разбойников с шумом покатились по земле и остались лежать. Повел Рустам другим плечом – и остальные разбойники разлетелись как мухи. Подошел Рустам к атаману, поднял его одним пальцем, поставил на ноги и говорит:

– Ну как, атаман, сдаешься или обнажим кинжалы?

– Сдаюсь! Сдаюсь! – закричал в страхе атаман и стал просить пощады. – Требуй, чего хочешь, только не убивай нас, богатырь, не убивай!

И вот тут-то Рустам сказал:

– Ладно! Не стану убивать! Но требую, чтобы все вы женились и навсегда бросили разбой!

Вскоре в сорока дворах степного города забили барабаны и заиграла веселая музыка. Все плясали, пили вина, ели вкусные кушанья и воздавали хвалу силе и справедливости Рустама. Только Рустам не придавал этим лестным словам никакого значения. Все это время он думал об одном: о чем должен поведать путнику тот рисунок, который довелось ему увидеть на скале у горной дороги? Может быть, кому-то нужна его помощь?!

Всему приходит конец. Пришел конец и радостным свадебным дням. Поселили почтенные старцы степного города Рустама в царский дворец и ушли по своим домам.

Спустя несколько дней Рустам услышал, как кто-то стучится в дворцовые ворота.

– Входите! Ворота открыты! – с балкона крикнул Рустам.

Когда ворота открылись, он увидел внизу почтенных старцев города и пригласил их войти к нему.

– Мы не переступим твоего порога, если ты, Рустам, сын Зола, не дашь нам своего согласия стать нашим царем, – сказали почтенные старцы города.

Приложил Рустам к груди руку, поклонился пришедшим в знак глубокой признательности и сказал:

– Пусть царем будет тот, у кого есть желание. А у меня в жизни другая цель.

– А чем отблагодарить тебя, богатырь, за твое доброе дело? – спросили Рустама почтенные старцы.

И тогда Рустам сказал:

– У меня к вам, почтенные, будет одна просьба.

– Да быть нам всем твоей жертвой, говори, – попросили присутствующие.

И Рустам сказал:

– Постройте мне на вершине той самой горы, где были разбойники, крепость. А от жеребца атамана-разбойника и лучшей кобылы степняков выведите жеребенка и тоже поместите в крепости.

Не прошло и сорока дней, как крепость была сооружена. Ее высокие каменные стены и башни были украшены всевозможным диковинным орнаментом. Не прошло и года, как в крепость привели и жеребенка, которого Рустам назвал Рахшаром, что значит – дорога радости, и стал его выхаживать.

Кто знает, сколько времени провел Рустам в этой крепости?! Но известно, что каждый день он выводил своего жеребца на прогулку и тяжестью руки испытывал его выносливость. Шли дни, и Рустам уже мог осторожно садиться на жеребца, а жеребец выдерживал тяжесть своего хозяина. А спустя еще некоторое время Рустам мог выводить скакуна на скачки: теперь же жеребец совсем перестал чувствовать тяжесть своего хозяина. А еще через некоторое время Рустам решил отправиться в путь по той горной дороге, где на одной из скал был изображен огромный страшный дэв.

Пустился Рустам в путь. Пусть он скачет на своем скакуне Рахшаре, а я расскажу о злодействах страшного дэва, которого неизвестная рука изобразила на скале.

А случилось вот что. В горах была крепость, и жил в этой крепости летающий дэв. Много зла причинял он людям вокруг себя. Бывало, проснется рано утром, взлетит высоко в небо и полетит в сторону какого-нибудь близлежащего селения. Кружится он над селением и такой ветер поднимает, что все дома рушатся и деревья с корнями вырывает. А бывало и так: полетит дэв к селению, пролетит над самой землей, схватит какую-нибудь красавицу, унесет к себе в крепость и кинет в темный зиндан. Какие только проклятия не посылали на его голову бедные люди, но все было тщетно: дэв продолжал разбойничать и причинять людям много бед.

И вот однажды утром полетел дэв в ту сторону, откуда восходит солнце, и видит: внизу на лужайке парень и девушка расстелили белую скатерть с разной снедью и пируют. А девушка неописуемой красоты. Если глаза человека увидят ее раз, то всю жизнь будут желать увидеть снова и снова. Приметил зоркий глаз дэва красавицу, и помутнел его взор от злости.

– Все вверх дном переверну, но девушку эту унесу! – решил дэв.

Спустился он пониже. Напустил на парня страшный ветер, и бедного унесло как пушинку.

А девушка пустилась в страхе бежать и звать людей на помощь. Но не тут-то было, настиг ее злой дэв, схватил в свои страшные лапы и унес к себе в крепость.

Видел все это юноша, но ничего не мог сделать. Пришел он домой в слезах и печали, упал на постель да так и остался лежать.

День лежит, два лежит, три лежит, месяц, два... Похудел, щепкой стал, а лицо как зола. Забеспокоились отец и мать. Спрашивают сына: скажи, мол, что случилось? А юноша ни слова в ответ, словно его язык мыши унесли и под семь пластов земли спрятали.

Видит мать мучения единственного сына, и глаза слезами горя наполняются, а сердце бедняжки, подобно маслу, расплавилось, перегорело. Совсем женщина голову потеряла: кружится весь день, не зная, куда пойти, что делать? Ну прямо как овца, потерявшая своего ягненка.

Пробовал и отец поговорить с сыном, узнать причину его горя. А сын в ответ только головой качает: отстаньте, мол!

Шли дни за днями, недели за неделями. А юноша по-прежнему молчит. Вроде и землей не пахнет, а мертвецом лежит. Не знает мать, как же помочь сыну, о сне позабыла, извелась вся: день ей не день, ночь не ночь. Отправилась она как-то к соседке, поведала ей обо всем, даже расплакалась. Посоветовала соседка отправиться к одному мудрецу, что жил в Багдаде.

– Расскажи ему обо всем, может быть, чем и поможет твоему горю, -сказала соседка.

На другой день взяла мать денег и отправилась в тот город, где жил мудрец. Пришла она в низенький дом, что стоял на краю города, расспросила о нужном ей человеке. Показали ей, как и где найти этого человека. А спустя некоторое время мать юноши была уже в доме бородатого мудреца. Рассказала она ему все как есть, ничего не утаила. Выслушал ее бородач и говорит:

– Дочь моя, есть лекарство от болезни для твоего сына. Ступай домой и будь спокойна душой. Не пройдет и дня, как я явлюсь в ваш город и сам дам в руки твоего сына это лекарство!

Вернулась мать домой. А сын по-прежнему лежит худой, как сухая щепка, бледный, как старая зола. Ни словом не обмолвилась мать на этот раз. Завязала она покрепче узелок своего горя и занялась делами по дому.