Русь. Китай. Англия. Датировка Рождества Христова и Первого Вселенского Собора - Фоменко Анатолий Тимофеевич - Страница 77

На это ответим следующее. Нет, Афанасий Никитин передвигался не так уж медленно. В самом деле, описание своего пути он начинает от современного Ормузского пролива в Персии и идет через Индию в Южный Китай около пяти месяцев морем. Посмотрите на карту. Вполне нормальная скорость передвижения. А затем он и говорит, что от Чины до Китая — шесть месяцев пути. Но такой большой срок достаточен, чтобы добраться до Руси. А до Северного Китая Афанасий Никитин при его скорости передвижения смог бы дойти из Южного Китая месяца за полтора-два. Но не шесть же.

Кстати, если считать, что он шесть месяцев добирался из Южного Китая в Северный, то где же он встретил по пути море, по которому ему пришлось плыть четыре дня? В Китае нет никаких внутренних морей! А по дороге на Русь он мог пересекать, например, Каспийское море. Или Аральское море. Или Балхаш. Скорее всего, какое-то из них он и имел в виду.

Даже если считать союз «а» (во фразе «а морем четыре дня») за «или», то все равно в современном Китае не удается найти такого морского пути, между конечными пунктами которого пришлось бы добираться сушей шесть месяцев.

Между прочим, Афанасий Никитин упоминает о некоем государстве кайтаков на берегу Каспийского моря. Не тот ли это Китай, через который собирался возвращаться домой Афанасий Никитин?

Дело в том, что, подробно описывая свой обратный путь до Руси, Афанасий Никитин заканчивает рассказ Китаем. Следовательно, он предполагает, что любой его читатель знает, как добраться до Средней Руси из Китая, и лишних слов не тратит. Отсюда следует, что Китай — часть Средней Руси или соседняя с ней область. Но уж во всяком случае, не отделенная многими тысячами километров далекая сказочная страна.

Двуязычие на Руси XV века

Вообще «Хождение за три моря» Афанасия Никитина поднимает много интересных вопросов.

В основном он пишет по-русски. Но время от времени использует тюркский. Причем переходы с одного языка на другой выглядят абсолютно гладко — в середине предложения он может незаметно перейти на тюркский, потом снова на русский. Складывается впечатление, что автор двуязычен. Свободно владеет как русским, так и тюркским. Но куда более интересно следующее. Из того, что он ведет повествование на двух языках, вытекает, что и читатели его также были двуязычными, свободно владели как русским, так и тюркским.

Но для нас ничего удивительного в этом нет. Так и должно быть в Великой = «Монгольской» империи, где государственным языком был русский. Поэтому и книга написана в основном по-русски. Но широко употреблялся и тюркский язык. И, видимо, все или почти все этот язык знали.

Здесь вспоминается весьма интересная книга Олжаса Сулейменова «Аз и Я», где автор обнаружил много тюркизмов в знаменитом русском «Слове о полку Игореве». И опять-таки тюркизмы появляются в «Слове» вполне гладко и естественно, указывая на то, что и автор «Слова», и его читатели были двуязычными. Собственно, это и утверждает Сулейменов: «Двуязычный читатель XII века иначе понимал содержание сна Святослава, чем моноязычный читатель XVIII-гo и последующих».

Сулейменов, по-видимому, верно подмечает границу исчезновения двуязычия на Руси — XVII век. Вероятно, пришедшие к власти Романовы постарались истребить двуязычие, поскольку при них была пущена в ход теория о «противостоянии Руси и Орды». И потому они, естественно, объявили тюркский язык «плохим», то есть языком «захватчиков», «иноземцев» и т. п. А своих подданных татар объявили потомками «плохих завоевателей».

Итогом такого искусственного противопоставления двух народов, живших в одной и той же стране и испокон веков сообща действовавших на исторической сцене, было то, что у русского народа отняли его прежнюю историю, очернив ее и передав «плохим татарам» в виде «истории Орды».

А у русских стали воспитывать чувство ущербности и неполноценности, «объясняя» им, будто они были завоеваны дикими кочевниками и много-много лет находились под их страшным игом. И в результате, дескать, русские сильно отстали в культурном развитии от просвещенных, развитых и демократических стран Западной Европы.

Вывод. Одну и ту же реальную историю Орды, то есть историю средневековой Русской Великой империи, у русских отняли, а у российских тюрок, татар — исказили и очернили.

Почему Пекин называется Пекином

Начнем с того, что в русском произношении современное слово «Пекин» очень неточно отражает подлинное наименование этого города. Еще в конце XVII века его называли по-русски Пежин. Это видно, например, из отчета русского посольства Н.Г. Спафария в Китай, посланного царем Алексеем Михайловичем: «15 мая 1676 года [Спафарий] добрался до царствующего града Пежина (Пекина)».

Итак, в XVII веке Пекин называется Пежин.

По поводу названия Пежин мы должны сказать следующее. Мы уже видели, что Русь = «Монгольскую» империю делили на области, или на Орды: Белую Орду, Синюю Орду и т. д. Но была еще одна Орда. Самая восточная. И называлась она Пегая Орда. Это название находим в «Словаре русского языка XI–XVII веков» (М.: Наука. Вып. 17. 1987). Оно употреблялось на Руси в XVII веке: «Чертеж… Московскому государству… от реки Оби вверх по Оби Обдорскую и Югорскую и Сибирскую землю до Нарыма, до Пегие Орды». С.М. Соловьев также говорит, что Пегой Ордой «называли приамурские страны».

Трудно отделаться от мысли, что название города Пежин, то есть Пегин, ввиду обычного чередования звуков «г» и «ж» по правилам русского языка, происходит от русского слова Пегий. Возможно, Пежин был столицей русско-«монгольской» = великой Пегой Орды.

Нам возразят: Пекин был основан в глубочайшей древности, задолго до «монголов», упоминается в китайских летописях и т. п. Хорошо, ответим мы и зададим простой вопрос: а как назывался Пекин в этих самых «древне»-китайских летописях? Может быть, Пекин или, как его сегодня называют китайцы, — Бейджин?

Нет.

По мнению историков, он назывался скромно и просто: Ю.

Спрашивается: почему Ю — это современный Пекин?

Кстати, в донесениях Федора Байкова, главы русского посольства, отправленного в Китай в 1654 году, столица Китая — как считается, Пекин — названа не Пекин, а Канбалык.

Китай или Богдой?

В русской дипломатической переписке, по крайней мере до конца XVII века, ни о каком Китае в тех местах, где эта страна находится сегодня, и ни о каких китайцах речи не шло. Государство называлось Богдойским ханством, а его жители именовались богдойцами. Китайского императора называли богдыхан, и никак иначе, или же богдойский кан, то есть хан богдойцев (см., например, «Историю России…» С.М. Соловьева).

На амстердамской карте XVIII века (см. рис. 45) область Богдой изображена вне Китая, рядом с его северной границей, за Китайской стеной. Это обстоятельство указывает, что еще в XVII веке вокруг вопроса о местонахождении Китая существовала немалая путаница. Неясно, например, в Китай ли направлялись посольства, о которых мы упоминали. И что именно означало в то время название «Китай»?

Кто такие буддисты?

Сегодня считается, что официальной религией Китая много сотен лет является буддизм, возникший задолго до новой эры.

Но оказывается, что известный средневековый ученый Бируни, якобы в XI веке н. э., а на самом деле веке в XV, не различал буддистов и манихеев. Напомним, что манихеи — христианская секта, возникшая в Византии.

Получается, что буддизм возник в Византии. Как и некоторые «древне»-китайские летописи. А потом и буддизм, и эти летописи были занесены на территорию современного Китая. Другие «древне»-китайские летописи пришли из Руси.

Историкам, конечно, не нравится приведенное выше утверждение Бируни о тождестве буддизма и манихейства. Вот как, например, искусно подводит Гумилев неопытного читателя к «опасной цитате» из Бируни: «Манихейство не было полностью подавлено (в Китае. — Авт.), хотя для того, чтобы удержаться, оно прибегло к обману. Манихеи начали притворяться буддистами. Сначала это была сознательная мимикрия… Выдавая себя за буддистов и соблюдая соответствующий декорум, китайские манихеи постепенно слились с буддистами, и даже такие ученые, как Бируни, перестали различать их». «Манихейские божества светил в буддийском облике обнаружены на иконах Хара-Хото».