Война гармонии - Модезитт Лиланд Экстон - Страница 95

– Ты кажется, чем-то недоволен, Джастин, – заметила Кларис.

– Нет, нет, – ответил молодой человек, постаравшись взять себя в руки.

– Не мог бы ты рассказать о своем пребывании в Наклосе? – доброжелательно спросила Дженна.

– Из Бугров мы выбирались пешком. Они там верхом не ездят. Правда, лошади перевозят для них поклажу, но друиды говорят, что на сей счет у них с животными договоренность.

– И ты пошел пешком прямиком в Дил? Пересек на своих двоих половину Кандара – и это после того, как едва выжил в Каменных Буграх? – продолжал впиваться вопросами советник.

– Рилтар... – снова попыталась остановить его Дженна, но Рилтар уже почти кричал:

– За кого ты нас принимаешь, если думаешь, будто мы купимся на подобные байки?

– Рилтар, мы собрались чтобы послушать инженера, а не тебя. Выслушай историю до конца, а потом уже высказывай свое мнение.

– Дженна, – попыталась урезонить рыжеволосую советницу Кларис.

Джастин снова глубоко вздохнул:

– Во-первых, некоторое время после того, как меня нашли, я отлеживался, а когда мы двинулись в путь, то по первости проходили всего по несколько кай в день. Я попал в городок под названием Рибатта, который стоит на реке, поэтому в Дил отправился не пешком, а на лодке. Конечно, чтобы прийти в себя после Бугров, мне потребовалось время...

– Что ты можешь рассказать о жителях Наклоса?

– Они привержены какой-то своей версии Предания, но в чем она состоит – мне так и не объяснили. Главная особенность их уклада – почтение ко всему живому, к людям, и к животным, и к растениям. Друиды стараются не причинять вреда живым существам и... по-видимому, живут очень долго.

Пока звучали эти слова, скептическое выражение на лице Рилтара становилось все более и более заметным. Наконец Кларис подняла руку:

– Рилтар, как я понимаю, ты находишь ответы этого молодого человека неудовлетворительными?

– Само собой. Как можно верить подобным небылицам?

– Но я не ощущаю никакого хаоса. А ты?

– Это определять не нам. Тут нужен специалист.

– Так вот почему ты заранее пригласил Турмина? – спросила Дженна.

Рилтар покраснел.

– Джастин, – доброжелательно, но твердо заговорила Кларис, – учитывая последние события, и особенно то, что случилось с его племянником, ты должен понять озабоченность советника Рилтара. Нельзя исключить возможность того, что ты, может быть ненамеренно, оказался каким-то образом связан с Фэрхэвеном.

– Я прекрасно понимаю озабоченность достойного советника, – отозвался Джастин. – Сдается мне, вы хотите, чтобы почтеннейший Турмин проверил степень моей... гармонизированности. Не возражаю, с этим у меня проблем не возникнет.

«А вот у Турмина могут и возникнуть», – подумал он, поджав губы.

– Я так вижу, тебя это забавляет, – буркнул Рилтар, подав знак караульной у двери.

– А почему бы и нет? – откликнулся Джастин. – Уверен, Турмин не обнаружит во мне никаких признаков одержимости хаосом. В противном случае друиды никогда не допустили бы меня в глубь Наклоса.

Губы Рилтара скривились. Он хотел отпустить какую-то колкость, но тут в комнату вошел Турмин.

Джастин встал и поклонился Черному магу. Остальные последовали его примеру.

– Рилтар, изложи суть дела, – предложила Кларис.

– Присутствующий здесь Джастин, по всей видимости, провел около полугода в Наклосе и вернулся лишь недавно. Я, похоже, единственный из всех, усомнился в том, что он именно таков, каким кажется.

– Это естественно, учитывая твои... особые обстоятельства, – отозвался Турмин. Он был человеком независимым и непредвзятым и говорил то, что думал. Маг повернулся к Джастину: – Почтеннейший, ты не возражаешь против проверки?

– Ни в малейшей степени, – ответил Джастин, заметив, как угрюмо переглянулись Кларис и Рилтар.

Улыбнувшись, Турмин потянулся к молодому человеку чувствами. Джастин ощутил ауру, но не столь сильную, как черный туман, окружавший Дайалу, не говоря уж о древнем ангеле.

Маг слегка нахмурился, потом кивнул, а спустя несколько мгновений обернулся к столу членов Совета и сказал:

– Прошу прощения, советники, но степень фундаментальной гармонизированности этого молодого человека выше, чем у кого бы то ни было на Отшельничьем. Среднему Белому магу стало бы крепко не по себе от одного лишь его присутствия.

– А это не может быть каким-либо трюком? – допытывался Рилтар.

– Советник, я еще раз прошу прощения, но ты гораздо ближе к Белым, чем он. Кроме того, мне ничего не известно об уловках, позволяющих имитировать гармонию при помощи хаоса, и я сильно сомневаюсь в том, что такое возможно.

– Спасибо, Турмин, – промолвила Кларис. – От имени Совета благодарю тебя за помощь.

– Я всегда к вашим услугам, советники, – с поклоном отозвался маг, после чего повернулся к Джастину, кивнул ему и неожиданно подмигнул.

Дженна, чтобы скрыть улыбку, прикрыла рот ладонью.

– У нас есть еще несколько вопросов, – сказала Кларис, когда дверь за Турмином затворилась. – Как по-твоему, будут ли наклосцы сражаться с Белыми?

– Насколько мне известно, они не сражались ни с кем с незапамятных времен, – ответил Джастин. – Сами они не выступят против Фэрхэвена, поскольку у них попросту нет армии, а в том, чтобы Белые предприняли вторжение в Наклос, я сильно сомневаюсь. По тамошнему лесу могут пройти лишь сами друиды, знающие тайные тропы, да и Каменные Бугры не в силах преодолеть никакая армия. Кроме того, в Наклосе нет богатств, ради которых Белым стоило бы затевать поход.

– Но друиды не могут не замечать усиления хаоса. Каково их мнение по этому поводу?

Прежде чем ответить, Джастин отпил воды. Он начал уставать от этого бесконечного допроса.

– Друиды верят, что в конечном счете положение будет исправлено силой Равновесия...

Советники продолжали задавать вопросы. Джастин давал ответы – правдивые и по возможности полные, но все равно они вводили Совет в заблуждение. Здесь, на Отшельничьем, попросту не могли уразуметь, что избыток гармонии представляет собой не меньшую угрозу, чем избыток хаоса.

104

Сдвинувшись в седле, Джастин утер лоб. Хотя даже в разгар лета здесь было далеко не так жарко, как в Каменных Буграх поздней осенью. Страшно даже подумать о том, что творится в Буграх летом. Стоило ему вспомнить о Буграх, как в сознании всплыл образ Дайалы. Может быть, стоило бы написать ей письмо? Но как его переслать? Да и можно ли выразить словами то, что он чувствует?

«О Дайала... Тоскую по тебе...»

Пушистое белое облачко на миг заслонило солнце, и по дороге пробежала легкая тень.

Джастин так и не понял, действительно ли получил ответный, исполненный тепла и нежности, импульс или же просто ощутил то, что надеялся ощутить.

Алтара безмолвствовала с тех пор, как они выехали из конюшни при Черном Чертоге. Перед путниками расстилались овечьи выпасы, разделенные низкими оградами, сложенными из темного камня и поросшие сочной и густой травой.

Навстречу, направляясь к Краю Земли, катила крестьянская подвода, нагруженная аккуратно сложенными корзинами с картофелем.

– Магистра... Магистр... Добрый день! – приветствовала всадников правившая повозкой женщина.

Когда подвода уже удалилась на значительное расстояние, Алтара устремила на спутника пристальный взор зеленых глаз и, присмотревшись, промолвила:

– Не то чтобы это бросалось в глаза, но ты изменился.

– Мне кажется, любой хоть чуток да изменится, попади он в такие переделки.

– Так-то оно так, но с тобой произошло что-то более существенное, юный Джастин. Впрочем, ты уже не столь юн, – некоторое время Алтара молча смотрела на юг, вдоль Великого тракта, а потом продолжила: – Не больно-то ты понравился советнику Рилтару.

– Есть в нем что-то... – Джастин растерянно погладил конскую шею.

– Уж не хочешь ли ты сказать, что один из членов нашего могущественного и премудрого Совета может не в полной мере соответствовать гармоническому идеалу?