Башни заката - Модезитт Лиланд Экстон - Страница 54

Как и Джастин, я облачился в позаимствованную на время пастушью одежду – куртку, шаровары и сапоги, в носки которых пришлось натолкать немного шерсти.

По словам Серого мага, то, что он собирался делать, представляло собой магию гармонии в чистом виде. «Но гармонично – еще не значит приятно, – добавил он. – Поэтому после такой работы я имею обыкновение большую часть года заниматься тем, что мне угодно».

Я проследовал за ним к загону, где находилось более ста черномордых животных. У ворот Джастину приветливо улыбнулась сухопарая загорелая женщина в чистой кожаной одежде серого цвета, с коротко остриженными густыми, совершенно седыми волосами. Позади нее стоял рослый, неряшливо одетый лысеющий мужчина с пастушьим посохом в руках.

– Джастин…

– Мерелла…

Тут мне на глаза попался рассредоточенный под навесом за спиной женщины отряд арбалетчиков. Глянув в другом направлении, я увидел еще нескольких вооруженных солдат и невольно постарался оказаться поближе к Джастину.

– Кто этот паренек? – спросила женщина.

– Мой новый помощник. Звать Леррисом. Он ничего не понимает в овцах, но знает толк в гармонии. Леррис, это Мерелла, герцогиня Монтгренская.

Герцогиня ухмыльнулась:

– Парнишка явно не ожидал меня здесь увидеть, а ты никогда их не предупреждаешь, чародей.

– Так оно вернее, – откликнулся Джастин, пожав плечами.

– Рад познакомиться с… – я замялся, поскольку до сей поры ни одной герцогини не видел и понятия не имел, как к ним положено обращаться.

– Рада тебя видеть, Леррис, – с улыбкой промолвила Мерелла, но тут же заговорила деловито и серьезно:

– Наше поголовье пострадало из-за дождей и по милости герцога. Мы доставили сюда наименее пострадавших.

– Сделаю, что смогу, – промолвил Джастин и обернулся ко мне. – Сейчас овцы из приплода нынешнего года пройдут по огороженному проходу из загона в загон. С виду они здоровы, но мы должны проверить, так ли это на самом деле. Если что-нибудь почувствуешь…

– Сказать тебе?

Джастин кивнул и повернулся к герцогине:

– У Лерриса хорошо развитое чувство гармонии, что, надеюсь, позволит мне сберечь свою энергию и использовать ее для исцеления.

– Делай как знаешь, лишь бы был результат, – промолвила герцогиня нейтральным тоном, но чуточку жестче, чем раньше.

Джастин кивнул пастуху:

– Запускай для начала одну.

Первая из черномордых кучерявых овец с блеянием двинулась по узкому проходу из одного загона в другой.

Я попытался вчувствоваться в состояние овцы, что оказалось не так уж сложно. Ощущение хаоса отсутствовало, более того, животное представляло собой упорядоченное целое

– Мне кажется, с ней все хорошо, – сказал я, повернувшись к Джастину. – Никакого хаоса. Есть легкое ощущение гармонии… может быть, здоровья…

Он кивнул:

– А можешь ты хотя бы немного усилить эту гармонию?

– Как это делается?

– Я покажу. Постарайся все прочувствовать.

Я постарался и уяснил для себя следующее. То, что он сделал с овцой, отчасти напоминало процесс упорядочивания структуры древесных волокон, с тем, чтобы они ложились в естественном направлении. Конечно, процесс был иным, но мне как несостоявшемуся столяру проще было принимать его так.

– Давай следующую!

Со второй овцой мне удалось проделать то, что сделал Серый маг с первой, хотя и не без некоторой помощи с его стороны, ну а когда пришел черед пятой, я уже мог работать совершенно самостоятельно. Джастин стоял в сторонке и наблюдал, пока по проходу не побежала, кажется, двенадцатая «пациентка» – крупная и резвая с виду.

Как только животное поравнялось со мной, мой желудок чуть не вывернуло наружу. Мне почудилось, что под шерстью овца светится или даже горит бело-кровавым пламенем.

– Джастин… ЭТА!

Мне показалось, будто даже Серый маг на мгновение побледнел. Однако он лишь кивнул пастуху и сказал:

– Эту – в белый загон.

– Хаос? – спросила герцогиня. Я забыл о ее присутствии, а она, оказывается, осталась и наблюдала за процедурой.

Джастин кивнул, а порченое хаосом животное отправили в особый загон.

По мере того как я осваивал работу, овцы менялись все чаще, пока не пошли сплошным потоком. К тому времени я вчувствовался в них до самых потрохов, сам насквозь провонял овчиной, разве что не начал блеять.

Казалось, это будет продолжаться вечно, однако в конце концов первый загон опустел. Я поднял голову и, чувствуя себя ошалевшим, огляделся. Оказалось, что герцогиня незаметно ушла.

– Пойдем со мной, – сказал Джастин. В его шевелюре вроде бы добавилось серебряных волосков, но это могло мне просто привидеться. Со слезящимися глазами, мучимый рвотными позывами и бурчанием в пустом животе, я поплелся за ним.

Как оказалось – к следующему здоровенному загону, полному овец!

Мы снова взялись за дело. Минута проходила за минутой, овца шла за овцой. С каждым животным, меченым хаосом, которое приходилось отгонять в сторону, Джастин выглядел все мрачнее.

К полудню глаза мои туманились от усталости, а в белом загоне теснилось около сотни забракованных овец.

– Передохни, Леррис, – промолвил наконец Джастин. – Нас покормят, а потом мы закончим здесь и отправимся к южному стаду.

– Так это еще не все? – ужаснулся я.

Маг улыбнулся, наполовину лукаво, наполовину угрюмо:

– Это – только самое начало. Два дня мы провозимся здесь, а потом еще два – на выпасах под Вергреном. Причем там гостиницы не будет – придется довольствоваться матрасом в палатке.

Я прислонился к сколоченной из реек изгороди загона, а Джастин направился к загону. Пастухи снова стали подводить к нему овец. Серый маг касался рукой каждого животного. По окончании процедуры примерно две трети животных вернулись к основному стаду. Остальные остались за белым забором.

Медленным, размеренным шагом Серый маг направился ко мне. Солнце поблескивало в его волосах, и теперь-то уж точно было видно, что они стали наполовину седыми.

– Откуда столько хаоса? – спросил я.

– Почем мне знать? – ответил он, устраиваясь на низкой изгороди.

– В последние два дня ты был погружен в себя, смотрел в какие-то дали, ведомые одним магам, и мало на что обращал внимания. Я не знаю толком тебя и ничего не смыслю в магии, но, похоже, это занятие – больше, чем простая работа.

– Ты прав, – отозвался он, покачав головой. – Природа стремится к равновесию, а Отшельничий на сей раз зашел слишком далеко… надеюсь, – последнее слово Джастин еле слышно пробормотал себе под нос.

Я нахмурился:

– Ты НАДЕЕШЬСЯ, что Отшельничий зашел слишком далеко?

– Не в том смысле. Я надеюсь, что это вопрос естественного баланса, а не нечто похуже. Ладно, – он оторвался от забора и зашагал к дальним строениям, – пойдем поедим. Там, в овине, накрывают на стол.

Обед состоял из горячего супа, холодной баранины, сыра, черного хлеба, клюквенного джема и неограниченного количества горячего сидра. Сытная еда помогла мне справиться с усталостью, но едва я начал ощущать себя человеком, как мы потопали к следующему стаду, чтобы начать все сызнова.

Второй день прошел точно так же, как и первый, а третий – как второй, с той лишь разницей, что время до полудня ушло у нас на дорогу к новому месту. Каждый день ненадолго появлялась герцогиня, и вид у нее был такой же пасмурный, как и у Джастина. Четвертый день сложился не так уж плохо, хотя вернуться в гостиницу нам удалось, лишь когда стемнело.

– Возьми в своей комнате смену одежды и приходи ко мне, – сказал Джастин.

– Зачем?

– Вымоешься как следует.

В маленькой клетушке за кухней мне и впрямь удалось вымыться горячей водой с мылом. Оставив там позаимствованные пастушьи наряды и переодевшись в свое, мы вернулись в комнаты. Оказалось, что моя кровать застелена чистой простыней, одежда вычищена щеткой, а сапоги так просто сияют. А на постели лежит маленький кошелек с пятью золотыми.

По моему разумению, эти деньги достались мне недаром. К тому времени, когда мы сели ужинать, столовая уже опустела, огонь в камине горел неярко. Подавал нам сам трактирщик. Телятина была удивительно нежной, соус – пряным и сочным, а золотистое вино – прекрасным, как осень. Пожалуй, мне впервые довелось получить удовольствие от спиртного. Ни Джастин, ни я не открывали рта, пока не покончили с основным блюдом и не взялись за сладкое.