Лунный ад (Сборник) - Кэмпбелл Джон Вуд - Страница 142

Возле широкого болота орды крошечных рептилий, недавно вылупившихся из яиц, затеяли свои детские игры. Детеныши с шумом бегали и пищали, по-своему радуясь жизни. Они жадно поглощали медлительных, неуклюжих насекомых и мелкую растительность. Иногда разгорались небольшие потасовки, в которых маленькие рептилии бились, царапались и катались по мягкой, теплой земле. При приближении своих более крупных собратьев они бросались врассыпную, прячась в густой траве, а их писк терялся в общем шуме леса. Вдруг крупное насекомое мощными жвалами схватило детеныша и помчалось прочь, держа его, извивающегося, в своих железных тисках. Никто из маленьких рептилий, похоже, не заметил и не придал значения этому событию.

Недалеко от этого естественного инкубатора морозавр бросился в океан, чтобы спастись от большого плотоядного чудища, и поплыл вдоль берега. Его преследователь боялся соленой воды, однако настойчиво продолжал двигаться за ним по земле.

Вдруг преследуемая рептилия издала ужасающий крик; гигантская акула разорвала ее длинный хвост на части, одна из которых осталась в глубокой пасти акулы, а остальное ушло под воду, где тотчас расплылось огромное красное пятно. Неистово работая ластами, морозавр упал на бок, вытянув над водой длинную шею, и громко закричал. С кровавым обрубком хвоста он не мог добраться до земли, а если бы и сумел, там его с нетерпением поджидал голодный хищник.

Хотя морозавр никогда не плавал в опасных водах океана, инстинктивно предпочитая мелкие водоемы внутренней части острова, его крохотный мозг решил, что лучше рискнуть и спрятаться в океане, чем найти верную смерть в челюстях хищной рептилии. Однако теперь, ценой своей жизни он понял, почему всегда остерегался большой воды.

Умирающая рептилия барахталась в воде, а стаи хищных рыб осаждали ее тело, отрывая огромные куски мяса. Разочарованному хищнику на берегу ничего не оставалось, как удовольствоваться мертвой рыбой, и отправиться на поиски более доступной добычи.

А за проволочным ограждением чужаки продолжали свою работу. Толстые столбы, врытые в глубокие ямы, поддерживали легкую металлическую платформу, на которой возле большой электронной пушки стоял часовой. Вверху сооружался каркас второй платформы. В двух металлических бараках находились все припасы. Был возведен и третий барак. Зрелище освещалось тремя электрическими прожекторами.

Высокое, круглое строение, разделенное на множество комнаток, послужит жилищем остающейся маленькой колонии. Три землеройные машины вырыли в земле глубокие ямы, и несколько марсиан с маленькими контейнерами в руках приступили к химическому тестированию почвы.

Поблизости группа разумных чужаков срезала мелкую растительность и анализировала ее всевозможными приборами. Работа спорилась. Насекомые и даже мелкие рептилии не могли избегнуть их внимания. Тщательно исследовав внешний вид незнакомых существ, марсиане препарировали их к немалому возмущению изворачивающихся тварей.

Работа шла методично, и каждый марсианин точно знал, что должен делать. Чужеземная группа работала без устали, стараясь приспособить эту планету для своих нужд — и эти планы шли вразрез с планами Природы.

Неземные существа с удивлением почувствовали, как завибрировала земля, и эта вибрация исходила не от приборов. Толчки усилились; их причиной, по-видимому, было какое-то новое существо, приближающееся к ним.

Хотя чужаки продолжали работать, они гораздо чаще поднимали головы, а вооруженные охранники еще больше насторожились. Их трехпалые руки покоились на тепловых излучателях, чтобы моментально среагировать на опасность.

Из-за ближайших деревьев появилась змеевидная голова на тонкой шее. Лесные гиганты зашатались, и массивное тело выбралось наружу. На горе плоти ярко сверкали отблески электрических огней. Крошечные глазки на нелепо маленькой голове, находящейся на высоте примерно двадцати пяти футов над землей, неотрывно смотрели на пришельцев из другого мира.

Бронтозавр приблизился, чтобы «познакомиться» с этими существами. Приборчик на голове у марсианина зажужжал, затем замолчал, когда повернули выключатель.

— Никакого разума, — просвистел марсианин.

По этому сигналу десятки тепловых излучателей мгновенно пришли в действие. Яркие красные огоньки ужалили сорокотонную рептилию. На поверхности ее тела появились черные следы ожогов. Гневно зашипев, рептилия все-таки подошла к проволочному барьеру.

Охранник на металлической платформе громко свистнул и опустил прозрачное забрало шлема. Группа марсиан внизу проделала то же самое. Не успели они закончить, как заработала пушка, так как тепловые лучи, похоже, не возымели на атакующую рептилию должного действия, а жизненно важное проволочное заграждение находилось под угрозой, марсианам пришлось прибегнуть к последнему, самому страшному оружию.

С душераздирающим ревом, от которого буквально содрогнулся близлежащий лес, а сотни его обитателей приникли к земле, невидимый поток электронов, вырвавшийся из дула пушки, поразил огромного бронтозавра. Рептилия остановилась, как вкопанная, открыла рот, чтобы завыть от боли, но из ее гигантской пасти не вырвалось ни единого звука. Ее тело начало медленно зеленеть. Затем ужасный динозавр превратился в массу копошащихся зеленых червей!

При этой метаморфозе грохот электронной пушки прекратился, и внезапно наступившая тишина показалась оглушающей. Но затем шум рептилий снова начал заполнять влажный воздух.

Мягкий удар оземь, и зеленые массы посыпались на проволоку, а большое яркое пламя осветило окружающий лес. Накаленная проволока убивала червей и превращала их в угли.

Электронная пушка, испускавшая поток свободных электронов, вызывала в организмах сильные молекулярные метаморфозы, а при правильном применении даже могла формировать из облученного организма новые модификации. Если же увеличить мощность пушки, можно было воздействовать и на неорганические соединения.

Под весом упавших червей проволока порвалась, и возникла опасность короткого замыкания. Ремонт проволоки начался немедленно.

— И для этого нам пришлось столько пролететь! — с неприязнью просвистел один из работников. Обрывком провода ему повредило руку, и сейчас из глубокой раны сочилась голубая жидкость.

На Марсе воздух был таким разреженным, что его жителям приходилось громко и пронзительно свистеть, чтобы услышать друг друга. Постепенно их органы слуха адаптировались к высоким тонам и поэтому не воспринимали часть земных звуков.

— И все же это лучшее, что мы могли найти! — присвистнул один из работников, на мгновение остановивший свою землеройную машину. — На самом деле, мы не предполагали, что этот мир окажется для нас настолько приемлемым; здесь даже есть животные, хотя растительность несъедобна. Смерть нам здесь не грозит, и молодежь вырастет счастливой на новой родине. Разве это не лучше, чем медленная смерть на Марсе?

— Да, это, конечно, лучше, и намного! — весело присвистнул тот, кто ремонтировал разорванную проволоку. — Создадим на этой планете первую колонию, а вскоре здесь окажется вся наша раса. Разве для этого не стоит как следует постараться?

Охранник, перезаряжавший тепловой излучатель, решил направить дискуссию в новое русло.

— Интересно, а как дела у разведчиков, засланных на две другие планеты?

Так как все были заняты работой, никто не удостоил его ответом. Притаившиеся невдалеке рептилии своим громким ревом делали ночь поистине ужасной. Правда, многие марсиане ничего не слышали, так как оглохли при выстреле электронной пушки. Однако это не слишком им мешало, потому что большинство умело определять чье-либо приближение по колебаниям почвы.

И вот колебания почвы снова возвестили о приближении какого-то чудища, и марсиане напряглись. На опушке леса появился динозавр поменьше. Передатчик мыслей выдал информацию о том, что непрошеный гость также не обладает разумом.

Морозавр пристально разглядывал чужаков; для него они были лишь крошечными букашками, которые при его приближении должны почтительно замереть. Он смотрел на странный, круглый космический корабль. Возможно, это какое-то яйцо? Возможно, оно вкусное?