Лунный ад (Сборник) - Кэмпбелл Джон Вуд - Страница 114

За все это время оба ученых оставались неподвижными, у каждого на лице читались все усиливающиеся ужас и удивление. Когда я закончил, Сариг Ом попытался что-то сказать, но слова застряли у него в горле. Он оцепенел от страха, а Бор Акон продолжал неотрывно смотреть мне в лицо.

Вдруг меня осенила мысль.

— Кстати, — воскликнул я, — я уже говорил, что вы тоже являетесь частью моих планов. Я не рассказал подробности, но сейчас скажу. Я не совсем уверен, что растения поведут себя именно так, как мне хочется. Может случиться, что мои усилия пропадут даром. Чтобы не допустить досадного промаха, я решил проверить поведение растений на вас!

Оба ученых остолбенели. Из уст Бора Акона вырывался вопль за воплем. Я грубо заткнул ему рот рукой, пригрозив вставить кляп, если он опять заверещит. Когда я отнял руку, он, рыдая, что-то жалобно забормотал. Страх затмил ему разум.

Сариг Ом был сделан из более крепкого теста. Он проклинал меня именем всех известных богов и обзывал всеми неприличными словами, которые приходили ему на ум.

Пока продолжалась его тирада, я поднял его и понес, кричащего и брыкающегося, к стеклянному боксу. Посадив его на пол возле двери, я снова направил тепло на стекло. Я сжег половину растений, открыл дверь и бросил туда Сарига. Затем поспешно запер дверь и направил тепло вокруг ее края, чтобы уничтожить любую пыльцу, которая могла попасть наружу.

Затем стал наблюдать за человеком в боксе. Сариг, сидевший в луже слизи, изо всех сил старался разорвать свои путы. Вдруг, когда одно из растений лопнуло над ним, он сделал невероятное усилие, и веревки разорвались.

Пыльца медленно оседала на него. Когда она коснулась его кожи, пустив корни в его поры и плоть, высасывая жизнь из его живого тела, из уст ученого вырвался пронзительный крик.

Затем из всех частей тела Сарига Ома проклюнулись странной формы ростки. Ученый в сумасшедшей, неистовой спешке вырывал их из себя, оставляя на их месте отвратительные, кровавые раны. Но он боролся не более мгновения; несколько растений, достигших зрелости, лопнули одновременно, окутав его плотной пеленой пыльцы.

Казалось, он распухал у меня на глазах. Распухал… и погибал! Тело оставалось в таком состоянии еще мгновение, затем сплющилось и исчезло в слизи и растениях на полу.

На секунду моя решимость уничтожить это общество пошатнулось, но только на секунду. Хотя оружие, которым я владел, как и смерть, которую оно несло, были ужасны, возмездие выглядело не слишком суровым для дураков, правящих Котаром. Они заслуживали полного уничтожения, а я лишь пользовался подручными средствами.

Я повернулся к Бору Акону. Прежде он рыдал и трясся, как перепуганный ребенок. Теперь он без сознания лежал на полу. Зрелище смерти Сарига Ома было невыносимо для его слабой психики; ученый упал в обморок.

Я бы пощадил Бора, чтобы его потом уничтожили его же собратья, но он был в курсе моих планов. А так как он слишком много знал, его следовало убрать.

Я снова сжег растения; затем бросил находящегося без сознания ученого в камеру. В конце концов, ему повезло больше, чем другим, ведь его смерть была безболезненной; он так и не пришел в сознание.

Я уничтожил все доказательства неожиданного посещения двух магистров. Если исчезновение ученых мужей будут расследовать, меня ни в чем не обвинят. Любое вмешательство стало бы роковым для моих планов.

Но никакого расследования не последовало; по всей вероятности, Сариг и Бор держали свой визит в секрете, чтобы не вызвать неудовольствие Совета. Ради безопасности подождав примерно сталло, я продолжил осуществлять свою программу. Следовало приготовиться к защите, добыть прибор для очистки воздуха и запастись чем-нибудь съестным.

Я безотлагательно нанял людей изготовить широкие, веерообразные паровые форсунки и закрепить их на стенах и крыше моего дома. Другие рабочие взялись опутать здание системой труб, через которые пар будет попадать в форсунки. Последняя команда построила громадный паровой котел. Кстати, вода туда поступала через подземные трубы из потока, который протекал под моим домом. Нанял я также людей и для того, чтобы заделать все щели и отверстия в здании. Я всеми возможными способами защитился от растений, которые могли на меня напасть.

Когда власти города заинтересовались моим строительством, я рассказал им, что это часть нового прибора, предназначенного для защиты от огня. Они поверили, по всей вероятности решив, что это очередной плод моего больного воображения. После этого меня оставили в покое, чему я несказанно обрадовался.

За несколько тронов, предшествовавших уничтожению человечества, я установил и запустил кислородный генератор и запасся таким количеством еды, которого бы мне при необходимости хватило до конца жизни. Я также купил достаточно топлива, чтобы мой котел работал, по крайней мере, десять маллахов.

Когда над старым миром человека в последний раз сгустилась темнота, я закончил все приготовления и впервые после своего изгнания по-настоящему отдохнул. Мой отдых не омрачали ни ненависть, ни жажда мести, ведь завтра будет достигнута конечная цель!

Глава четвертая

Шесть магистров наук имели привилегии, которыми не обладали остальные жители Котара. Одной из них было право использования Силы Сфер для вещания на любой радиоволне, на которой они захотят. То есть мы могли приказать любой вещательной станции закончить программу и освободить эфир, чтобы воспользоваться данной волной. По небрежности со стороны Совета эту привилегию у меня не отняли.

Проснувшись отдохнувшим и полным сил, я воспользовался этой привилегией, приказав Международным Новостям прекратить вещание. После того как диктор сообщил, что станция прерывает программу по приказу одного из магистров и продолжит после того, как тот закончит свое сообщение, станция замолчала.

Тогда я включил микрофон и обратился к невидимой аудитории.

— Жители Котара, — сказал я, — я, Туол Оро, изгнанный магистр науки, за несколько мгновений, которыми располагаю, пока не вмешается Совет, сообщу некоторые факты о моем изгнании, которые власти тщательно скрывали. Вам сообщили, что меня приговорили без суда? Что мне не дали возможности доказать мою гипотезу? Что только потому, что Сан Нобер не смог распознать в моих словах истины, меня назвали сумасшедшим, даже не обследовав состояние моего рассудка? Конечно, не сообщили! Все это держалось в секрете. Как только прозвонит колокол Тераи, я докажу тем, кто соберется перед моим домом, что все сказанное мною в Совете было правдой и что приговорить следует Сана Но-бера за полное отсутствие справедливости! Если этот некомпетентный человек меня слушает, я лично приглашаю его сюда. Он… — Тут раздался внезапный, резкий щелчок, в передатчике мелькнула ослепительная вспышка, и моя связь с внешним миром оборвалась.

Я услышал слова, доносящиеся из приемника в другом углу комнаты. Говорил Сан Нобер, воспользовавшийся так называемой Универсальной волной, которая работала на всех частотах, от самых низких до самой высоких, поэтому голос говорящего мог слышать любой человек на планете. Густой бас Сана дрожал от гнева.

— Туол Оро, — рычал он, — вы безумец! И за вашу глупость вы умрете! Вам позволят представить все имеющиеся доказательства в назначенное вами время, чтобы никто не мог сказать, что с вами обошлись несправедливо. А приглашение ваше я принимаю.

С чувством удовлетворения я отбросил микрофон. Сан Нобер будет здесь! Этого мне и хотелось. Ну и что, если с ним, вероятно, прибудет группа охранников, имеющих цель арестовать меня? Они не смогут мне навредить, ведь у меня в руках самое ужасное оружие в истории человечества.

Перед решительным шагом я проверил все защитные приспособления и убедился, что полностью готов к великой кульминации. Достаточно открыть клапан, и мой дом окутает облако пара! Нажатием кнопки включится кислородный генератор. Автоматическое устройство при необходимости добавит топливо в паровой котел. Насколько я понимал, для самосохранения было предусмотрено все!