Призванные исцелять. Африканские шаманы-целители - Кемпбелл Сьюзен - Страница 41

За прошедшие годы я подготовил много целителей. И по сей день я уделяю основное внимание обучению, но теперь я сосредоточился на повышении квалификации традиционных целителей в области первой помощи. Мы обмениваемся информацией, мы учимся другу друга и у профессиональных медиков. Сейчас открываются большие возможности. Существуют добрые отношения и примеры сотрудничества между традиционной и западной системами здравоохранения. Это сотрудничество со временем будет становиться еще более прочным и плодотворным.

Когда вы видите, как традиционные целители надевают на себя определенные облачения, ожерелья, бусы, растения, они следуют обычаям своих кланов. Они почитают и слушаются своих предков, которые руководят ими. Мы не проводим различий между духами и предками. Например, Иисус для меня — это совсем как мой король, король Мсвати, здесь, в Свазиленде. Иисус — это король христиан. В Англии есть королева-мать. Не все люди согласны с ней, но если она входит в комнату, они оказывают ей уважение. Они кланяются ей, преклоняют перед ней колени — она их предок. Эти люди тоже следуют обычаям своего клана, своей культуры. Люди имеют право на свои собственные убеждения. Одержимым может быть человек с любыми убеждениями и с любой верой. Он должен служить своей вере, может стать священником или монахиней, если это призвание очень сильно. Если вы попытаетесь отнять у них веру, они могут даже умереть. Я могу уважать чужие убеждения, если они не вступают в противоречие с обычаями моего клана. Мы можем жить в мире.

Очерк 7. Доктор Мнтсхали — выпускник колледжа, призванный предками

Доктор Мнстхали — целитель, пользующийся широкой известностью во всем южноафриканском регионе, специалист по лечению рака. В свои семьдесят семь лет он часто ездит в Ботсвану, ЮАР и другие страны региона, чтобы помогать пациентам, которые сами не могут приехать к нему. Летом 1994 года доктор Мнстхали впервые посетил США, где встречался с гомеопатами, врачами и учеными. Дома, в Свазиленде, у доктора обширная практика. Он активно участвует в жизни общины и отвечал за реализацию крупного проекта водоснабжения во время последней засухи. В настоящее время он добивается улучшения сельских дорог в своем районе, а также выступает инициатором создания общинной клиники, где под одной крышей смогут работать традиционные целители и государственный медицинский персонал. Как и его коллеги, о которых рассказывалось в этой книге, доктор отличается невероятной энергией и абсолютной преданностью своей целительской деятельности. Окружающие считают благословением, что предки решили поселить его рядом с ними.

— Я был образованным парнем. Мне и в голову не приходило, что я стану целителем, хотя моя бабушка — Гого на сисвати — была целительницей, причем одной из лучших. Сангома или иньянга способны узнать все, просто взглянув на вас. Они напрямую общаются с предками. Им открыто прошлое и будущее. Моя бабушка была такой и вдобавок умела исцелять болезни.

Когда бабушка была жива, она не учила меня целительству. Она просто брала меня с собой, отправляясь собирать травы, и говорила: «возьми то, возьми это» или «сделай то, сделай это». В детстве моей обязанностью было помогать бабушке, но она ничему меня не учила. Если ты растешь в усадьбе в окружении всех этих вещей, они тебя нисколько не интересуют. Целительство — это нечто такое, что делает один определенный человек, это не для всех. Будучи ребенком, ты не знаешь, как она умудрилась приобрести свои целительские способности. Целителей уважают все, и я был просто счастлив делать что-либо для Гого. Иногда бабушка дает тебе кусок хлеба, иногда покупает тебе что-то для школы. Тебя интересуют эти вещи, но не целительство. Нас не беспокоило, что делают старшие. Нам не было до этого дела. Со стороны ребенка было неуважением даже спрашивать старших о чем-либо. Иногда, по вечерам, Гого рассказывала нам истории. Это было единственное время, когда мы, дети, могли задавать Гого вопросы, вроде: «Почему когда-то животные и растения говорили с нами, а теперь не говорят?» Вот что интересовало нас.

Гого позаботилась о моем обучении в начальной и средней школе. Она попрощалась со мной в Зулулэнде, когда я первый раз уезжал в сельскохозяйственный колледж в Кейптаун сразу после войны в 1945 году. Она сказала: «Слушай, возьмись за мой посох. — Она не признавала рукопожатий. — Ты уедешь, ноты вернешься обратно». Это был последний раз, когда я видел ее живой. Получив диплом сельскохозяйственного колледжа, я поступил на работу в частную компанию в Порт-Элизабет. Я повысил свою квалификацию и специализировался на сортировке пряжи для текстильной промышленности.

Жизнь в Порт-Элизабет не очень меня удовлетворяла. Я чувствовал себя не на месте. В конце концов, я оставил компанию и поступил работать мастером на соседнюю молочную ферму. Это была хорошая, современная ферма с козами и овцами. Мне досаждал один управляющий, который хотел, чтобы я говорил на африкаанс. Я знал только английский. Но он, управляющий, не понимал меня и называл меня английским крестьянином, так как я говорил по-английски. Все мое общение с ним происходило через хозяина фермы, поскольку тому нравилось, как я работаю. О, это приводило управляющего в ярость! Эта неудобство на работе было проделкой моих предков. Они старались направить меня в Свазиленд, где я должен был в конце концов последовать своему призванию стать традиционным целителем.

Все кончилось тем, что я уехал из Порт-Элизабет. Хозяин фермы никак не мог поверить, что я ухожу. Он написал мне прекрасную рекомендацию. Мне не хотелось возвращаться в Кейптаун, хотя я и знал, что там лучше и там больше рабочих мест. Я не мог понять, почему у меня появилось побуждение покинуть ЮАР, где так много возможностей найти работу. Стремление поехать в Свазиленд было таким сильным, что у меня не оставалось иного выбора, кроме как последовать ему. Перспектива получить работу в Свазиленде была весьма сомнительной. Меня много критиковали за этот выбор. Я не мог защищаться и не мог ничего объяснить. Это было сильнее меня, я просто должен был это сделать, невзирая на результат. Я письменно обратился в правительство Свазиленда и, к собственному изумлению, получил приглашение на работу. В марте 1950 года я начал работать в министерстве сельского хозяйства Свазиленда. Когда я приехал, я был сам себе начальник. Мне приходилось самому составлять свой рабочий график. Я должен был учить уже зрелых людей и фермеров. К счастью, мне уже приходилось работать с коса и зулу, и мне легко было найти общий язык со свази.

Пока я был в командировке в Пиггс Пик, моя хижина сгорела дотла. Моего первенца, маленького ребенка, спасли, но мой отец погиб. Именно после этого бабушка — Гого — начала приходить ко мне в сновидениях. Она всегда приходила ночью. Неподалеку находился один овраг, вокруг которого росло множество деревьев. Когда в своих сновидениях я подходил к деревьям, среди них особо выделялось три вида. Бабушка говорила, чтобы я отправился туда и нашел эти деревья. В сновидении я вставал и шел вместе с ней.

Мы вместе выкапывали мути. Я решил на самом деле пойти к этим деревьям днем, когда я бодрствовал. К собственному удивлению, я нашел деревья и лекарственные растения, о которых говорила бабушка. Они оказались в точности такими же, как во сне. Я собрал растения и принес их домой.

Гого вернулась в моих сновидениях на следующую ночь и снова велела мне идти с ней. Она показала мне еще одно дерево и сказала, где копать. Наутро я отправился туда — теперь я был уверен, что дерево будет именно там, где я видел его во сне. Я отыскал дерево, стал копать и нашел корни. Но Гого не объяснила, для чего предназначены эти корни и травы. Как-то утром после одного из таких ночных видений, мужчина в моей конторе подошел ко мне и пожаловался на неважное самочувствие. Я подумал о растениях, которые собрал. На следующий день я захватил их с собой на работу, приготовил для него чай и сказал: «Я сам не знаю, что это такое, но попробуйте выпить этот чай. Как знать, вдруг это вам поможет».