Нежданный отец - Поттер Карен - Страница 14

«Стыдись, Дженни Эймс. Это и есть настоящий Мэтт, не какой-то похититель детей, а человек, которого любая особа, не такая застенчивая, как Дженни, будет просто счастлива видеть рядом с собой».

— Твой обед уже в пути, — сообщил Мэтт, прерывая ее мысли. — Есть в твоем списке пожеланий еще что-нибудь?

— Да. Я думаю, тебе следует организовать какую-нибудь детскую службу в дневное время, когда твои сотрудники на работе. Если родители не будут беспокоиться о своих детях в течение дня, это также повысит эффективность работы.

— Звучит очень дорого.

Дженни улыбнулась. Бедный Мэтт. Бедный бумажник Мэтта.

— Нет, если ты хочешь добиться хороших результатов.

— И ты все это просчитала?

— Может быть. Когда речь заходит о женщинах и детях, мой мозг работает очень быстро.

Несколько секунд она наблюдала, как он тоже что-то обдумывал.

— Я ничего не обещаю, хорошо?

— Хорошо, — согласилась Дженни, но по его глазам она поняла, что дело сделано.

Посещение «Дома надежды» оказалось полезным. Раньше она могла только догадываться, что у Мэтта есть сострадание. Теперь она знала это наверняка.

Чувство выполненного долга приятно грело ее изнутри.

— Что ты собираешься делать, когда Алексис родится? — Небрежность, с которой он произнес эту фразу, встревожила ее.

— Я буду работать на дому первые шесть недель, — сообщила Дженни осторожно. — Потом буду брать переносную кроватку с собой в офис.

Он снял крышку с бутылки содовой и предложил ей напиток. Она отказалась.

— А если тебе придется ходить на совещания?

— Я найму сиделку. Некоторые из бабушек, проживающих по соседству, уже предложили мне свою помощь.

— А как насчет того, чтобы иногда оставлять ее здесь?

— Нет.

Мэтт нахмурился. Дженни поняла, что он готовится к словесной схватке.

— Ты когда-нибудь думала, что я тоже захочу внести свой вклад в заботу о ней?

— Нет.

— Почему?

Дженни решила, что справедливее всего не прятаться за слова, а сказать правду.

— Я думала, ты к тому времени уйдешь.

— Подумай еще раз, Дженни, — он начал разворачивать свой сэндвич, кроша его в руках, дрожащих от гнева. — Чем быстрее ты поймешь, что я не собираюсь бросать вас, тем лучше.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

— Не надо так смотреть на меня. — Сэндвич, который ей заказал Мэтт, она съела за минуту.

— Как так? Не секрет, что я считаю тебя очень красивой.

Она фыркнула. Звук получился грубым и несколько ироничным. Что с ней происходит?

Мэтт заявил, что не исчезнет из их жизни. Ее мнение о нем начало меняться, она не могла этого отрицать. Но сама мысль, что он может забирать Лекси даже на короткий промежуток времени, пугала ее. Взволнованная, она вскочила на ноги.

— А как ты смотрел на нее! — произнесла она со злостью.

— О чем ты, черт подери, говоришь?

— О Кристал. На вечеринке. Она так и льнула к тебе, и тебе это нравилось!

— К вашему сведению, мисс Мнительность, — сказал Мэтт с явным сарказмом, — я сказал ей в тот момент, чтобы она исчезла.

— Но она еще хочет тебя, это очевидно.

— Но я не хочу ее.

— Она сказала...

— Ага, вот мы и подходим к сути. Что конкретно сказала тебе Кристал?

— Она сказала, что ты стремишься к ней, как бабочка к огню.

Мэтт сжал губы.

— Продолжай.

— Она сказала, что рано или поздно ты найдешь доказательства того, что ребенок твой.

— И?..

Неожиданно весь гнев ее улетучился.

— Прости. Мне не следовало ничего говорить тебе.

— Что она сказала?

Дженни закрыла глаза, чтобы удержать слезы.

— Что ты заберешь у меня Лекси, — прошептала она.

Мэтт встал и подошел к ней. Взяв за подбородок, он повернул ее лицом к себе.

— Посмотри на меня.

Когда она открыла глаза, слезы, которые она так старалась сдержать, хлынули по щекам.

— Ты поэтому убегала от меня и старалась меня запугать?

— Я не знала твоих планов. Мы с тобой слишком разные. При тебе я чувствую, что не могу сама распоряжаться собой. Я не хочу обидеть тебя, но думаю, не смогу дать тебе то, что ты хочешь.

— Я не собираюсь забирать у тебя ребенка, слышишь. — Мэтт положил руки ей на плечи. — Но это не значит, что я не хочу знать, мой ли он. Ты не имеешь права не подпускать меня к моей малышке.

— Я знаю и не хочу быть несправедливой. — Дженни судорожно вздохнула. — Я разрешу сделать анализы, когда Алексис родится.

— Спасибо. Он легко коснулся ее щеки подрагивающими пальцами, потом осторожно поцеловал ее. — Я знаю, что иногда меня слишком заносит, но обещаю, что никогда намеренно не обижу тебя.

— Я хочу верить тебе, но мы так плохо знаем друг друга...

— Нет ничего, что заставило бы меня бросить вас.

Она посмотрела на него, раздумывая над его странной репликой. Потом скрестила руки на груди и с нескрываемым подозрением спросила:

— Ты знаешь об Австралии, так?

Он кивнул.

— Я так и думала. Одна моя соседка рассказала о странном человеке, который расспрашивал обо мне. Это было вскоре после того, как мы встретились, и я предположила, что именно ты мог мною заинтересоваться. Знаешь, она обратилась к властям.

Мэтт застонал.

— Полиция прислала ко мне детектива поговорить о том инциденте, но я попросила их не беспокоиться. Я была очень смущена.

— Спасибо, что сохранила мой секрет.

— Какой секрет? То, что ты иногда действуешь как полный идиот?

Мэтт сухо рассмеялся.

— Что-то вроде того. — Его голос смягчился. — Тот человек в Австралии обидел тебя?

— Ты хочешь спросить, не изнасиловал ли он меня? — Дженни повернулась и медленно подошла к окну. — Нет. Он не сделал этого.

Стоя позади нее, Мэтт резко выдохнул.

— У меня были сильные ушибы на руках и груди, там, где он хватал меня. Я очень испугалась.

Она вспомнила того монстра, который не тронул ее девственность, но лишил невинности. Он вонял потом и несвежим пивом и, кажется, думал, что родители отправили ее сюда для того, чтобы развлечь его.

— Когда я закричала и начала бороться, он разорвал мою блузку и бросил меня на свою постель. — Она содрогнулась. Эти воспоминания заставляли ее чувствовать одновременно стыд и гордость. — Я вложила в удар всю силу и умудрилась сломать ему челюсть. Он отпустил меня, я убежала и спряталась в кустах. Ты не поверишь, но мой отец сначала отвез этого подонка в больницу и только потом вернулся за мной. Я подождала, пока они позвонят в полицию, и только тогда вышла.

— Молодчина.

— Но худшее было впереди. Мои родители обвинили во всем меня. Они привезли меня в аэропорт и ушли, не попрощавшись. И даже не сообщили, увижу ли я их вновь. Удивительно. Я в первый раз говорю об этом с кем-нибудь, кроме полиции и социальных работников. Моя бабушка... она вела себя так, словно ничего не случилось, словно это было недостойно обсуждения. — Дженни посмотрела Мэтту прямо в глаза и сжала зубы.

— Почему ты не рассказала мне об этом?

Она рассмеялась.

— Ты хочешь сказать, что для этого есть еще какая-то причина, кроме того, что меня это вообще-то не касается?

— Да. Я не люблю об этом говорить. «Привет, меня зовут Дженни, и на меня напали, когда мне было шестнадцать». Слишком душещипательно.

— Это не смешно, — сказал он просто.

Дженни видела, что его кулаки сжаты, а плечи напряжены. Она вздохнула.

— Я ничего не рассказала тебе, так как боялась, что ты можешь использовать это, чтобы забрать у меня ребенка. Такое бывало, когда мужчина использовал прошлое женщины, чтобы причинить ей страдания. В том, что случилось, не было моей вины. Я не сделала ничего предосудительного.

— Я никогда так и не думал.

— Меня послала к нему моя мать, — продолжала Дженни. — С каким-то фильмом о подводном плавании, который они сняли на Большом Барьерном рифе. Он затащил меня в дом, я этого не хотела.

— Я знаю, дорогая. Ты была очень молода и не могла знать об опасностях, с которыми столкнулась. Я думаю, ты очень смелая и честная.