Декларация независимости или чувства без названия (ЛП, фанфик Сумерки) - "Kharizzmatik" - Страница 321

– Сыр Начо, – сказал он, усмехаясь. Я в замешательстве посмотрела на него. – Начо, отвали. Не твой? Сыр не твой, когда это он успел стать твоим?

Когда до меня дошел смысл, я рассмеялась так громко, что почти захрюкала от смеха. Я подняла руку, чтобы прикрыть рот, но немного не подрассчитала и чуть не выронила при этом упаковку с колой.

– Ого, – крикнул Джейкоб, быстро наклоняясь вниз и схватив ее прежде, чем она окончательно выпадет у меня из рук. Он забрал ее у меня, ухмыляясь. – Так тебе понравилось?

Я кивнула. – Да. Хотя и немного вульгарно, – сказала я.

Он принялся смеяться, тряся головой над моей попыткой отшутиться, и я хихикнула.

– Она не только красивая, у нее к тому же отличное чувство юмора. Мне нравятся такие девушки, – сказал он, вполне ожидаемо превратив все в комплимент.

Я покраснела.

– Спасибо, – поблагодарила я. – Вижу, ты нарядился, – пробубнила, не зная, что сказать. Он посмотрел на себя и кивнул.

– Ну да, это же выпускной. Я принарядился, – сказал он, пожимая плечами.

Я удивленно раскрыла глаза.

– Ты собираешься на танцы? – спросила я. Он кивнул. – Но ты же учишься не в этой школе.

Я помнила слова Эдварда о том, что в резервации есть своя школа. Он вопросительно поднял брови.

– Верно, но ты тоже, учитывая, что выглядишь, как королева бала, ты так готовилась явно не для того, чтобы пойти в магазин, – сказал он.

Я оглядела себя и залилась краской, поняв, наконец, почему все в магазине уставились на меня, когда я вошла.

– Я иду со своим парнем, – пробормотала я.

Он трагически вздохнул.

– Ну да, у меня тоже скоро свидание, – сказал он, передернув плечами.

– Правда? – с любопытством спросила я.

Он ухмыльнулся и кивнул.

– Ага, правда. И не удивляйся так сильно. Может, я и не так красив, как Каллен, может, и не настолько очарователен, но и на мою долю найдется немало прекрасных дам, – сказал он. – Кстати, о Каллене…

– Даже не начинай, – тут же сказала я, не давая ему продолжить.

Он замолк, поднимая руки в защищающемся жесте.

– Эй, я не собирался быть злым. Все, что я хотел сказать, что удивлен тем, что он разрешил выйти тебе на люди одной, – произнес он, пожимая плечами.

Я пристально посмотрела на него.

– Почему это? Я могу ходить по магазинам одна, – нерешительно сказала я.

Он уставился на меня, вопросительно подняв бровь.

– Правда? – серьезно спросил он, отчего я занервничала. – В самом деле?

Я кивнула – Конечно же, могу, – ответила я, с подозрением глядя на него.

Сердце в груди начало бешено колотиться. Он не мог знать правду, Эдвард предупредил бы меня, если бы кто-то еще знал обо мне и то, откуда я появилась. Но то, как Джейкоб смотрел на меня, и то, как он об этом спросил, заставило меня сомневаться.

– Приятно узнать, – бесстрастно сказал он. – Раз уж ты можешь сама ходить по магазинам и вообще куда захочешь, то тебе стоит найти время и побывать в резервации.

Услышав, что он приглашает меня посетить резервацию, я слегка прищурила глаза.

– Почему ты мной так интересуешься? – спросила я.

Он пожал плечами.

– Ты кажешься милой девушкой, и думаю, мы могли бы стать друзьями. Нет ничего плохого в том, чтобы просто дружить, верно? – спросил он.

– Ты хочешь подружиться со мной, потому что хочешь узнать меня получше или же ты хочешь подружиться со мной, потому что знаешь, что это расстроит Эдварда? – задала я свой вопрос. – Ты ведь меня совсем не знаешь, и я не могу понять, зачем тебе это нужно, кроме того, что ты знаешь, что, подружись мы, Эдварда это ужасно разозлит. Я ничего не могу с этим поделать, но мне кажется, ты хочешь использовать меня, потому что обижен на него и жаждешь отомстить, а я не могу дружить с теми, кто намеревается причинить Эдварду вред.

Я выпалила свои слова на одном дыхании, даже не понимая толком, что именно говорю, до тех пор, пока все не сказала и между нами не повисла гнетущая тишина. Он некоторое время смотрел на меня.

– Я не настолько ограниченный человек, – произнес он в конце концов.

Я вздохнула и покачала головой.

– Как я могу это знать? – спросила я, вопросительно поднимая бровь.

Он пожал плечами.

– Ты должна доверять мне, – ответил он.

Я холодно рассмеялась.

– Не могу, – сказала я. – Я просто не доверяю людям.

Он с любопытством посмотрел на меня. – Но ему же ты доверяешь? – произнес он с ноткой недоверия в голосе.

Я нерешительно кивнула.

– Да, – ответила я. Он закатил глаза и застонал. – Что бы ты мне не сказал, я не изменю своего мнения, поэтому не трать слова попусту. Я верю Эдварду.

Он вновь поднял руки в защищающемся жесте. – Отлично. Но это не значит, что ты не можешь доверять мне.

Я взглянула на него, удивившись мольбе, которая прозвучала в его словах. Я покачала головой.

– Я, ну…. Мне нужно идти. Эдвард ждет… колу.. так что, ну …

Я потянулась и взяла у него из рук упаковку с содовой, он нерешительно заколебался, но все же отдал мне ее. Я развернулась и пошла прочь, но тут услышала, что он зовет меня по имени.

– Изабелла? – я повернулась, чтобы взглянуть на него и он ухмыльнулся. – Ты и в самом деле великолепно выглядишь. Может, Каллен и засранец, но удачливый засранец.

Я слегка улыбнулась. – Спасибо. Хотя мне тоже с ним повезло.

Я развернулась и быстро пошла, слыша, как он застонал от моих слов и что-то пробубнил, но я не стала останавливаться и прислушиваться. Я сказала правду. Мне действительно повезло с Эдвардом.

Я подошла к кассе, стараясь не обращать внимания на странные взгляды, которые на меня бросала кассирша. Эта девушка всегда тут работала и я сразу же подумала, почему бы ей не прихорошиться и не отправиться на танцы, но тут же одернула себя, потому что нельзя вмешиваться в чужую жизнь. Я протянула ей деньги, и она отдала мне сдачу с таким видом, будто за что-то сильно на меня обижена и рассержена. Несмотря на это, я улыбнулась и поблагодарила ее, желая хорошо провести вечер, затем забрала свою содовую и вышла из магазина. Очутившись в машине, я кинула упаковку на заднее сиденье, затем завела машину и выехала с парковки.

Подъехав к дому Калленов, я удивилась – когда я выехала на подъездную аллею, то увидела перед домом сверкающую спортивную машину. Припарковалась рядом с ней и вышла, достав с заднего сиденья упаковку с содовой. Обойдя машину, я рассмотрела ее. Определенно мне не доводилось видеть ее раньше, и я понятия не имела, кому она принадлежит. Взявшись за ручку и открыв парадную дверь дома, я тут же услышала грохот, доносящийся с кухни.

– Что тебя так задержало? – раздался раздраженный голос Эдварда.

Я вздохнула и закрыла за собой дверь, даже не ответив. У него было плохое настроение, и что бы я ни сказала в ответ, это ничего не изменит. Он по-прежнему ничего не подозревал о моих встречах с Джейкобом, и, часть меня была за то, чтобы рассказать ему о них, особенно сейчас. Но меня страшила его возможная реакция и я не хотела, чтобы у него были из-за этого какие-либо проблемы или он опять оказался бы втянутым в разборки с Джейкобом. Поэтому я держала рот на замке и, возможно, хоть мне и не стоило скрывать от него что-либо, я не была уверена, как и о чем мне ему рассказать.

Я прошла через фойе и остановилась на пороге кухни, придя в восхищение от его внешнего вида. Он был одет в черный пиджак, белую рубашку, а вокруг шеи повязал голубой галстук. Волосы в идеальном беспорядке, и я могла бы поклясться, что он сделал по крайней мере, одну попытку их уложить. Он нарядился, но выглядел уверенно и был расслаблен, как обычно. Я опустила глаза и улыбнулась, увидев, что он надел подходящие к его костюму пару кроссовок Найк с голубыми, белыми и черными полосками. Это было так на него похоже.

Он развернулся, увидел меня и замер. Я видела, как его глаза медленно округлились, когда он рассмотрел меня с головы до ног, и почувствовала, как к моим щекам прилил румянец. Он еще не видел мое платье и меня в таком виде, а просто знал, что я буду в голубом и золотистом – ему сказала об этом Элис. Я подошла и положила на стол упаковку с содовой, вскрыла ее и протянула ему одну из банок. Он осторожно взял ее, не отрывая от меня глаз. Я еще немного постояла, его молчание начало меня беспокоить, а напряжение в комнате – нарастать. Я понятия не имела, о чем он думал, а выражение его лица невозможно было назвать ни плохим, ни хорошим. Он просто пожирал меня глазами.