Декларация независимости или чувства без названия (ЛП, фанфик Сумерки) - "Kharizzmatik" - Страница 176

– Я собираюсь отвести ее в Ред Робин (ресторан быстрого питания, претендующего тем не менее на высокое звание, их девиз гласит: «Бургеры-деликатесы»), потому что хочу чего-нибудь очень нездорового и не собираюсь выживать все оставшееся время этого шопинга без чертова стакана крепкого напитка. Или двух. Может быть, трех, – сказал я. Бен засмеялся, Анжела шутливо закатила глаза, а Изабелла посмотрела на меня с удивлением.

– Есть девушка или нет девушки, я вижу, что ты все тот же Каллен, – сказала Анжела. Я пожал плечами и усмехнулся.

– Всегда, – ответил я. – Однако сначала мне нужно отнести эти сумки в машину, поскольку они охеренно тяжелые. – Бен кивнул и приподнял сумки, которые были у него в руках, как бы подтверждая ту же хрень. Могу поклясться, это дерьмо мы делали только ради девочек.

Изабелла улыбнулась. – Мне нужно воспользоваться дамской комнатой, – тихо сказала она, глядя на меня. Я улыбнулся и кивнул, открыв рот и собираясь сказать ей «пошли «, как вмешалась Анжела:

– Я могу показать ей, где находятся туалеты, пока вы, ребята, пойдете и избавитесь от сумок, – сказала она. Я неуверенно взглянул на Изабеллу сверху вниз, и на миг она, казалось, замерла, а потом кивнула, приклеив на лицо улыбку. Я не мог сказать, согласилась ли она просто потому, что чувствовала, что должна, или же она на самом деле не парилась из-за этого. Анжела улыбнулась и протянула Бену сумку, которую держала в руке, а я развернул Изабеллу, чтобы она посмотрела на меня.

– Малыш, ты могла сказать «нет», – прошептал я, наклоняясь и быстро целуя ее в губы. Она покраснела.

– Все нормально, в этом есть смысл, – прошептала она. Я улыбнулся.

– Хорошо. Не волнуйся, Анжела милая, – сказал я. Она улыбнулась и кивнула.

– Хорошо. Просто, э-м-м… поскорее возвращайся, ладно? – спросила она, глядя на меня из-под бровей. Я кивнул.

– Я всего на несколько минут, а потом мы что-нибудь съедим, – ответил я. Она улыбнулась, почти с облегчением, и я наклонился, чтобы снова нежно поцеловать ее, стараясь приободрить. Она, наконец, оторвалась от меня, и повернулась к Анжеле, которая улыбнулась ей. Она бросила на меня последний взгляд и передала мне сумку с обувью, а потом ушла.

Христос, она лишь пошла в гребаную дамскую комнату, и я увижу ее уже через пять минут, но смотреть на то, как она уходит от меня, было чертовски трудно. Бен подошел и, смеясь, похлопал меня по спине.

– Каллен, мать его, влюбился, кто бы мог подумать, – весело сказал он. Я замахнулся и ударил его по руке, усмехнувшись.

– Да уж, но ты придержи это дерьмо при себе, потому что мы пытаемся сохранить это в тайне, – сказал я. – Я не совсем уверен, как мой отец воспримет это, поскольку мы, черт побери, вместе живем.

Он кивнул. – Ты же знаешь, что я ничего не скажу. Однако раз уж разговор зашел о твоем отце, я столкнулся с ним вчера в Форксе, и он расспрашивал меня о тебе.

Мои глаза чуть сузились, и я взглянул на Бена. – Что он хотел узнать?

Бен пожал плечами. – Он спросил лишь, не заметил ли я, что ты кажешься счастливым в последнее время. Он также хотел знать, не брал ли ты у меня какое-нибудь жесткое дерьмо в последнее время. Я сказал ему, что не берешь у меня никакого дерьма уже в течение двух месяцев, и что ты вроде немного успокоился, но не считая этого, ты все тот же Каллен.

Я кивнул. – Да уж, я должен завязать с этим дерьмом. В последний раз из-за него у меня было адское кровотечение из носа, – сказал я. Бен кивнул.

– Вот почему сам я никогда не прикасаюсь к нему, – сказал он. Я закатил глаза.

– Но ты, мать твою, продаешь мне его, – сказал я. Он засмеялся.

– Ну, а кто первый продал его мне? – спросил он. Я усмехнулся, покачав головой, потому что, думаю, так или иначе это была моя гребаная вина, что я свел Бена со своим отцом и впутал в это дерьмо. Мы направились в сторону центра, чтобы на стоянке избавиться от пакетов. Я нашел Вольво и открыл багажник, поставил сумки внутрь и закрыл его. Бен припарковался через два ряда от нас и встретился со мной возле моей машины, после чего мы снова направились внутрь.

Декларация независимости ИЛИ Чувства без названия. Глава 35. Продолжение.

Мы пошли на другой конец торгового центра, где находился ресторанный дворик, и как только приблизился, я сразу же увидел ее. Она улыбалась и выглядела искренне счастливой, как обычная гребаная девочка-подросток. Анжела что-то сказала ей, и она посмотрела наверх, ее глаза встретились с моими и сразу же засияли, а ее лицо озарилось. Да, было нетрудно увидеть, что она меня, черт возьми, любила. Я усмехнулся и подошел к ней, заключив в свои объятия. – Mi sei mancata (я скучал по тебе), – пробормотал я. Она улыбнулась и обняла меня в ответ. – Ты готова к приему пищи, tesoro? – Она немного отклонилась назад и кивнула. Мы попрощались с Беном и Анжелой и направились к Ред Робин, где нам сказали, что придется подождать по меньшей мере 45 минут, но после того, как я потребовал поговорить с менеджером и сунул ему немного денег, нас тут же сопроводили к столику.

Мы заказали несколько больших бургеров, и было забавно наблюдать за тем, как старательно она их ест. Также я взял Ядерный холодный чай (рецепт коктейля «Ядерный холодный чай»: смешиваются по 1 унции водки, черного рома Bacardi и джина, с 2 унциями дыневого ликера и с добавлением сока лимона\лайма (по вкусу); подается в стакане Коллинз со льдом), потому что не солгал, когда заявил, что мне потребуется изрядная доза алкоголя, чтобы перенести еще пару часов шопинга. В итоге я заказал два, зная, что это дерьмо уже выветрится, когда мне придет время садиться за руль, как неожиданно для меня Изабелла отпила немного коктейля. Она сделала чертовски смешную рожицу, и я громко засмеялся, наверняка потревожив придурков, которые сидели рядом с нами, но мне было насрать.

– Так вы с Анжелой поладили? – спросил я. Она улыбнулась и кивнула.

– Да, она на самом деле милая. Она спросила у меня, откуда я знаю вашу семью и как так вышло, что я живу с вами, но я не знала, как на него ответить, так что просто сказала ей, что наши семьи давно знакомы, – сказала она. Я кивнул.

– Это сработает. Думаю, что так оно и есть, – сказал я, пожав плечами. Она кивнула. – Ты знаешь, вы бы могли стать подругами. Ты признала, что тебе бы хотелось подружиться с кем-то, и в твоем окружении мог бы появиться кто-то, кто не знает… ну, ты понимаешь … – сказал я, не желая произносить эту хрень напрямую. Она вздохнула и покачала головой.

– Она хороший человек, но это было бы несправедливо, – сказала она. Я посмотрел на нее в замешательстве, и она грустно улыбнулась. – Ну какая из меня получится подруга, если я буду лгать ей о себе? Я, конечно же, не смогу сказать ей правду, и было бы неправильно вводить ее в заблуждение и предложить дружбу, учитывая все эти обстоятельства. Это несправедливо по отношению к ней, а я не хочу быть таким человеком.

Некоторое время я таращился на нее, слегка ошеломленный тем, какой, черт возьми, самоотверженной она была, но не смог придумать достойных аргументов, чтобы попытаться изменить ее решение и не выглядеть при этом полным мудаком. Что я должен был сказать? «Брось, Белла, мы все лжем, и это не имеет значения»? Поэтому я просто сидел и молчал в тряпочку.

После того, как поели, мы двинулись обратно через торговый центр. Мы дошли до Виктория Сикрет, и я остановился перед магазином, ухмыляясь. Изабелла разглядывала его неуверенно, и ее глаза в ужасе распахнулись, когда она увидела в витрине манекены в нижнем белье. Я усмехнулся и потащил ее внутрь, благодарный за то, что она не сильно сопротивлялась.

– Люди на самом деле носят эти вещи? – спросила она тихо через секунду. Я пожал плечами.

– Некоторые девушки носят. Бьюсь об заклад, ты будешь сексуальна как дьявол в одной из этих одежек, – сказал я, проводя рукой по шикарному черному комплекту с прозрачными кружевами и подвязками, болтающимися вдоль него. Ее глаза в шоке расширились еще сильнее и она уставилась на меня.