Новые приключения Шерлока Холмса (сборник) - Эшли Майк - Страница 122

Казалось, Абергавенни секунду колебался, прежде чем ответить, но тут же лицо его осветилось широкой улыбкой.

– Ваша легендарная наблюдательность и тут вам не изменила, мистер Холмс! Да, это мой последний роман, который на этой неделе я собираюсь передать в руки моего литературного агента.

– Замечательно! – вскричал я. – Будучи одним из усерднейших ваших читателей, я был весьма огорчен, что после публикации “Погреба палача” я уже сколько времени лишен возможности насладиться вашими творениями. Сознаюсь, все это время я надеялся, что следующее ваше сочинение также продолжит рассказ о приключениях этого вашего любимого героя Алека Солсбери.

Писатель улыбнулся, но покачал головой:

– Нет, боюсь, что Алек Солсбери уже поднадоел моим читателям, почему мне и захотелось попробовать нечто новое. Вы из вежливости не хотите признать, что последний мой роман показался вам не столь увлекательным, как предыдущие, а вот критики были не столь щепетильны в своих оценках. Я потому и молчал так долго, что пытался создать нечто такое, от чего бы пришли в восторг как критики, так и публика. Трудно оценивать собственную работу, но думаю, я могу обещать, что моим “Скелетом обвиняющим” я никого не разочарую.

– Счастлив слышать об этом, – сказал я и, не удержавшись, кинул жадный взгляд туда, где были разложены рукописные листы. – Позвольте уверить вас, что, если вы сочтете возможным, дабы утолить мою жажду прочесть ваш новый роман, ознакомить меня с ним заблаговременно, я буду вечным вашим должником.

Рассмеявшись несколько нервическим смехом, он сказал:

– Ну, как и большинство авторов, я человек довольно суеверный, и не в моих обычаях показывать работу третьей стороне до тех пор, пока окончательный вариант ее не будет готов к публикации. Но я ценю ваши любезные слова – ведь лесть и комплименты не оставляют меня равнодушным, особенно когда они исходят от лиц вашей профессии. Я с радостью предоставлю вам для прочтения первую главу романа на срок, скажем, в двадцать четыре часа, если вам так уж не терпится.

– С вашей стороны это в высшей степени великодушно, – сказал я, и он, собрав воедино десяток страниц, передал их мне.

– Только приятно иметь читателем такого известного ценителя. Жду с нетерпением и затаив дыхание вашего вердикта. Ну а пока, джентльмены, чему обязан вашим посещением?

Когда Холмс принялся излагать последовательность событий, приведших нас во Дворец правосудия, с лица Хью Абергавенни сошла улыбка.

Слушая его, он покачивал головой, а услышав о происшествии на мосту Блэкфрайерс, пробормотал: “О нет!” Когда же Холмс поведал ему о нашей краткой встрече с Джоном в конторе на Эссекс-стрит, Хью, по-видимому, пришел в сильное волнение.

– Этого я и боялся, – заметил он. – Его душевное здоровье подорвано, и состояние вызывает опасения.

– Не могло ли сыграть тут роль, – заметил я, – пристрастие вашего брата к алкоголю?

– Вы очень проницательны, доктор Ватсон. Я и раньше подозревал, что только личная скромность мешает вам в полной мере проявить талант детектива. – Хью на секунду потупился. – Джон всегда питал слабость к спиртному, и алкоголь мог совершенно менять его природу, превращая его в сумасброда, то агрессивного, то, напротив, подавленного беспросветным мраком и унынием. Ужасающие выходки, которые он позволял себе в пьяном виде, и стали причиной сначала нашего отчуждения, а затем и разрыва, который я в последнее время так старался преодолеть. До меня доходили благоприятные отзывы, позволяя мне надеяться, что, приняв партнерство в солидной юридической конторе, он изменился и встал на правильный путь. Грустно, что мой оптимизм оказался преждевременным. – Он покачал головой. – Уверяю вас, джентльмены, что в любой другой день я с готовностью воспользовался бы случаем провести несколько часов с вами и, может быть, даже побудил бы вас рассказать мне что-нибудь из еще не записанных случаев, встретившихся вам в вашей практике. Кто знает? Возможно, я сумел бы облечь их в форму романа. Но теперь меня призывают иные неотложные дела. Я должен попытаться разыскать Джона, пусть даже это сопряжено с хождением по самым гнусным лондонским притонам, и попробовать вразумить его. В конце концов, нашей покойной матери я обещал именно это. Когда я что-нибудь узнаю о нем, я сообщу это Максвеллу Доулингу и, конечно, вам, как нашим доброжелателям. Возможно, уже завтра я смогу посетить вас на Бейкер-стрит и спросить совета у столь знаменитых консультантов уже лично для меня.

– Всегда будем рады это сделать, – сказал я с самым теплым и искренним чувством. – А к тому времени я уже успею прочитать вашу рукопись. Вы были очень любезны, дав мне возможность сделать это до выхода книги.

Всю обратную дорогу Холмс был очень тих, а вернувшись домой, он с головой ушел в размышления. Я чувствовал, что он озабочен событиями этого дня, но не решался беспокоить его расспросами или пустыми разговорами. Покончив с корреспонденцией, я решил развлечься чтением первой главы романа Хью Абергавенни, которую и прочитал за считаные минуты.

– Богом клянусь, Холмс, это замечательное произведение! – Я был в таком восхищении от прочитанного, что не смог удержаться и все-таки потревожил его в его задумчивости. – Мне просто не терпится продолжить чтение. Это описание визита героя на склад в Ист-Энде и того, что он там обнаружил… Но нет – не буду портить вам впечатление, рассказывая что-то заранее! Сами прочтете!

Открыв глаза, Холмс лениво обронил:

– Боюсь, что не принадлежу к числу преданных поклонников таланта Хью Абергавенни. Его ранние книги написаны довольно живо, но по сравнению с Коллинзом или даже Конвеем они кажутся мне чтивом, где в жертву занимательности принесена правда характеров. А случайности и совпадения, на которых строятся сюжеты последних его романов, вообще исключают всякое правдоподобие. Что же касается его главного героя, то рядом с этим Алеком Солсбери и Лекок [78] выглядит первоклассным сыщиком!

– Не беспокойтесь, – несколько обиженно возразил я, – как нам и обещано, Солсбери в этом романе не появится. И не позволяйте предубеждению заранее заставить вас отвергнуть эту книгу еще до прочтения.

– Вам надо было бы самому избрать карьеру юриста. Вы так красноречиво умеете убеждать. Ладно, уговорили. Дайте-ка мне эту главу!

Прочтя первые страницы книги, Холмс вновь погрузился в дремоту, прежде чем я успел спросить его мнение. Внезапно он резко выпрямился.

– Я был глупцом, Ватсон! Живо, нам надо срочно ехать к младшему Абергавенни!

– Но, ради бога, Холмс, чем мы ему поможем, если этого не в силах сделать брат?

Скульптурные черты Холмса исказило страдание.

– Мы должны приложить все усилия, чтобы предотвратить чудовищное преступление! Хотя, боюсь, уже поздно.

– Не понимаю, – сказал я. – О чем вы говорите? О каком преступлении?

– Об убийстве, – сказал Холмс, – убийстве Джона Абергавенни.

Мы кликнули кэб и приказали вознице везти нас к портняжной мастерской на Лэмс-Кондуит-стрит. Подъехав к дому, я увидел зевак, толпящихся у входа в мастерскую. Когда мы вылезли из экипажа, в дверях показались две знакомые фигуры.

– Как я и боялся, – пробормотал себе под нос Холмс, – нас перехитрили.

– Мистер Холмс! – Инспектор Скотленд-Ярда кинулся к нам: – У вас уши не горели? Мы только что как раз говорили о вас!

Он указал на стоявшего поблизости Максвелла Доулинга. Осунувшееся лицо поверенного было мертвенно-бледным.

– Что с Джоном Абергавенни? – спросил мой друг.

– Четверть часа назад его отвезли в больницу. Он в коме.

– Значит, он жив? – В глазах Шерлока Холмса вспыхнула искорка надежды.

– Но прогноз самый неутешительный, – сказал Лестрейд. – По-видимому, выйдя из конторы, он пошел домой и хлебнул большую дозу хлоргидрата. На буфетной полке осталась полупустая склянка.

Холмс понурил плечи. Так же сник и я. Обоим нам было известно это сильнодействующее успокоительное, которое нередко держат под прилавком кабатчики, чтобы усмирять разбушевавшихся клиентов, капнув им в спиртное одну-две капли снадобья, и тем предотвращать драки. Драчунов хлоргидрат успокаивает, но в больших дозах он вызывает летальный исход.