Сватовство по ошибке - Миллер Надин - Страница 48

Поднявшись, Мэдди принялась расхаживать по гостиной. Некоторое время она молчала, глубоко задумавшись, а потом вновь обернулась к Кэрри:

– Возможно, нам удастся победить этого тирана его же оружием, если я смогу добраться до долговых расписок графа. – Она прижала пальцы к вискам. – Интересно, где отец их хранит? Дома я уже изучила все комнаты, но не заметила ни малейших признаков какого-либо тайника. – Она вновь погрузилась в раздумья, восстанавливая в памяти интерьер дома на Блумсбери-сквер. – Отец часто сидит за письменным столом в библиотеке и работает там со своими расчетами. Возможно, в этом столе есть ящик, который запирается на ключ.

Кэролайн встревожено следила взглядом за Мэдди, вышагивающей по комнате.

– Думаю, что эти бумаги, скорее, хранятся в его конторе. Там он показывал их Трису и Гарту. Но как тебе туда проникнуть? Ни одна леди не посмеет рискнуть своей репутацией, показавшись в Биллинсгейтских доках. – Кэрри нахмурила брови. – И потом… что ты сделаешь с этими бумагами, когда найдешь их? По-моему, просто уничтожить юридические документы – это не совсем честно…

– Конечно, нечестно! А шантаж, по-твоему, это честно? – Мэдди вздохнула. – Но ты все-таки права. Зная Тристана и графа, я, пожалуй, придумаю какой-нибудь честный способ избавиться от долговых расписок. Но об этом я буду думать после того, как найду их. По крайней мере, в моих руках они станут безопасны для Гарта. – Она подошла к Кэролайн и остановилась, скрестив руки на груди. – Сначала я обыщу письменный стол отца в нашем доме. Но если бумаг там не окажется, у нас не будет выбора: нам придется посетить его контору.

– Нам? – Кэролайн удивленно моргнула. – Ты хочешь сказать: тебе и мне?

– Разумеется. Ты понадобишься мне для отвлечения. Скажем, ты сможешь упасть в обморок или вытворить еще что-то в этом роде… а я тем временем обыщу письменный стол в конторе, – пояснила Мэдди, надеясь, что не ошиблась, оценив Кэрри как отважную девушку.

– О Господи! Не знаю, смогу ли я… – Голос Кэролайн дрогнул. – Я имею в виду… что скажет мама? И потом, я никогда еще не падала в обморок. Я даже не представляю себе, как это делается! – Внезапно она умолкла, и уголки ее губ изогнулись в лукавой улыбке. – Впрочем, мама часто говорила, что, если б я не родилась дочерью графа, из меня могла бы получиться блестящая актриса!

В письменном столе дома на Блумсбери-сквер бумаг не оказалось. В сущности, Мэдди почти не надеялась найти их там, так что разочарование было не слишком горьким. Но прежде чем ей удалось посвятить Кэролайн в свои планы проникновения в контору Харкура, пришлось потратить целых три драгоценных дня на раскрой и примерку свадебного платья.

Отказаться покорно терпеть булавки и выкройки мадам Элоизы Мэдди не посмела, но проявила так мало интереса к фасонам и образцам тканей, что леди Урсула только разводила руками в отчаянии.

– Как же мне превратить тебя в модную леди, Мадлен, если ты совсем не уделяешь вникания своей внешности? Неужели ты хочешь разбить сердце своего бедного отца?

Мэдди очень хотелось ответить на это, что отец не остановился перед тем, чтобы разбить ее сердце, однако она сдержалась. Кэрри была совершенно права насчет леди Урсулы. Графиня закрывала глаза на то, что брак, затеянный Калебом Харкуром, был вовсе не идеальным решением проблем, с которыми столкнулись Рэмсдены. Поэтому Мэдди лишь кротко улыбнулась и сделала вид, будто готова уделить выбору фасона достаточное внимание.

Но, в конце концов, примерки окончились, и Мэдди приступила к осуществлению своего тайного плана. Отец предоставил экипаж в ее полное распоряжение, а кучер и грум, к счастью, оказались пожилыми моряками, чьи познания о том, как должна вести себя леди, ограничивались сведениями из жизни “ночных бабочек” Лондона. Поэтому им не пришло в голову задаться вопросом о том, насколько прилично двум молодым леди появляться в районе Биллинсгейта, где располагалась контора Калеба Харкура.

– Ты хорошо запомнила, что мы должны сделать? – спросила Мэдди, когда девушки вышли из кареты у двери конторы.

– Хорошо, – заверила ее Кэролайн. – Но надеюсь, мне не придется прождать здесь слишком долго. Иначе мое любимое платье пропитается этим рыбным запахом навсегда!

Мэдди бросила на нее укоризненный взгляд.

– Не слишком дорогая цена за счастье обоих твоих братьев.

И, не тратя времени даром, она двинулась к двери, на которой висела табличка с именем ее отца. Оживленный гул разговоров в приемной смолк, как только Мэдди появилась на пороге, сменившись изумленными вздохами. Мэдди обвела взглядом сборище людей в темных деловых костюмах, походивших на стаю черных дроздов среди ржаного поля, и щеки ее вспыхнули от смущения. Теперь у нее не оставалось сомнений, что это мужская среда и путь женщине сюда закрыт. Но Мэдди вспомнила о Тристане, сделала глубокий вдох и перешагнула через порог.

Черные дрозды бросились от нее врассыпную, и только какой-то чудной старик, протолкавшись вперед, приблизился к нежданной гостье.

– Извините, мисс, боюсь, я вынужден просить вас покинуть это помещение. Здесь заключаются важные сделки… и здесь не место для леди, – проговорил он, неодобрительно

Мэдди уставилась на него сверху вниз с той же надменностью, с какой некогда живо ставила на место зарвавшихся юных роялистов.

– Я Мадлен Харкур, сэр. Я хочу повидать своего отца.

– Мисс Мэдди? Это и в самом деле вы? – Старик уставился ей в лицо слезящимися глазами. – Не могу поверить, что это действительно вы! Впрочем, капитан говорил, что вы все-таки вернулись домой. – Его морщинистое лицо расплылось в улыбке. – Не думаю, что вы меня помните. Господи, когда я видел вас в последний раз, вы были еще совсем крошкой! – Старик показал рукой, что в те далекие времена Мэдди не доходила ему и до пояса.

Мэдди удивленно заморгала.

– Мистер Скраггс? О Господи, неужели вы до сих пор работаете у отца?

– Да, и буду работать у него до тех пор, пока Господь не приберет меня. Правда, мы с капитаном стареем. Хорошо, что вы вернулись и сможете присмотреть за ним. У него ведь никого нет, кроме этих двух старых морских волков, которых он поселил в своем доме.

Мэдди почувствовала легкий укол совести, но тут же напомнила себе, как далеко зашел ее отец, чтобы выдать ее замуж за нелюбимого человека.

– Следуйте за мной, мисс Мэдди, – сказал старый клерк, – я покажу вам кабинет капитана. Как видите, мы теперь живем побогаче, чем в прежние времена, когда вы с вашей матерью вынуждены были ютиться на втором этаже конторы капитана на Флит-стрит.

– В самом деле, – согласилась Мэдди, разглядывая элегантную мебель и картины.

Эфраим Скраггс поманил ее согнутым пальцем к массивной резной двери в дальней стене просторной приемной комнаты. Коротко постучавшись, он повернул ручку.

– Мисс Мэдди пришла навестить вас, капитан, – сообщил он и отступил, пропуская девушку в кабинет.

– Мэдди? Какого черта ты тут делаешь? И совсем одна! О Боже, детка, разве леди Урсула не объясняла тебе тысячу раз, что порядочная леди не должна покидать дом без сопровождения?

– Но я приехала не одна, папа, – возразила Мэдди. – Меня ждет в карете леди Кэролайн.

– Ад и все его черти! – Харкур подскочил, как ужаленный. – Биллинсгейтский рыбный рынок не место для такого невинного ребенка, как леди Кэролайн!

– Я это уже поняла, – сварливо заявила Мэдди. – Это трусливое создание даже побоялось выйти из кареты. Поэтому я оставила ее там хныкать и скулить в свое удовольствие.

– Черт тебя подери! Господи, Мэдди, я и вправду начинаю думать, что у тебя в голове ни капли мозгов! – Грозно нахмурившись, Харкур подошел к двери и распахнул ее. – Не выходи из этого кабинета. Я схожу за леди Кэролайн, а потом мы с тобой потолкуем.

Как только дверь за отцом захлопнулась, Мэдди бросилась к письменному столу и принялась лихорадочно обшаривать ящики. Удача ей улыбнулась: во втором же ящике, в правом углу, лежали нужные ей бумаги. Мэдди торопливо запихнула пачку расписок в свой ридикюль, а закладные – в заранее подготовленный разрез в подкладке своей накидки. Задвинув ящик, она торопливо уселась на один из двух стульев, стоявших по другую сторону от стола.