Эмма и незнакомец - Миллер Линда Лаел - Страница 69

Вскоре для них все перестало существовать, кроме их тел, слившихся в сладком поединке.

ГЛАВА 24

Сайрус был мрачнее тучи и, когда подносил к губам свой обычный бокал с бренди, его рука слегка дрожала.

— Тебе придется пойти и отыскать Натаниела, — обратился он к Стивену, который, по его просьбе, последовал за ним в кабинет.

Стивену хотелось вернуться в спальню к Эмме, лечь рядом с ней и позволить ей выгнать призраков смерти из его разума и сердца, но его волновал младший кузен. Он видел в Натаниеле обиженного, смущенного мальчика, каким когда-то был сам.

— Он не послушается меня, — уверенно сказал Стивен, наливая себе бренди. — Он верит, что я убил Мэри, что бежал из-за этого.

— Мне все равно, чему он верит, — ответил Сайрус. — Я просто хочу видеть его в безопасности под этой крышей в своем доме.

Стивен кивнул, потому что никогда не мог отказать в чем-то своему деду, и, поставив на стол нетронутый бокал, без лишних слов вышел из кабинета.

Любимой лошади Натаниела, норовистого мерина Аппалозы, в конюшне не было. Стивен выбрал кобылу, оседлал ее и поскакал в лунную ночь. Чутье направило его к роднику за домом и конюшнями, а не к дороге. Он много раз сам находил там спасение, когда впервые приехал жить в Фэрхевен.

И точно, он нашел Натаниела, сидящего с потерянным видом под поросшим мхом деревом. Рядом с ним стоял фонарь, лошадь была привязана поблизости.

— Ты, видно, не возражаешь, чтобы тебя заживо сожрали москиты, — сказал Стивен, присаживаясь рядом с мальчиком на мягкую землю, — но я другого мнения. Поднимайся-ка, Нэт, мы уезжаем.

— Иди к черту, — пробормотал Натаниел, не глядя на Стивена. — Ты трус и убийца, а теперь и я не лучше тебя.

Стивен тяжело вздохнул.

— Я не убийца, а Макон не собирается умирать, так что и ты не убийца.

Натаниел поднял на него глаза. Его юное лицо было в тени, но боль, испытываемая им, была ясно видна.

— Тогда почему ты убежал, если не убивал Мэри?

Стивен с силой отогнал жужжащих москитов.

— Я убежал, потому что понимал, что не будет справедливого суда, — сказал он. — Это было неправильно, я знаю, но мне не хотелось умирать. Если бы не Эмма, я, возможно, никогда бы не вернулся.

— Я противостоял им всем, — горячился Натаниел. — Я противостоял тем людям, которые говорили, что это ты убил Мэри… ты даже не знаешь, сколько раз мне приходилось драться… а потом ты сбежал!

Последние слова вырвались как плач от предательства и обиды.

Стивен схватил Натаниела за руку, помог подняться и взял фонарь.

— Прости меня, Нэт, — произнес он, ведя своего юного потрясенного кузена к лошади.

Натаниел плакал, но Стивен мог бы сказать, что мальчик сопротивлялся каждому всхлипу.

— Это было ужасно… как Макон смотрел на меня… как он падал…

Стивен похлопал мальчика по спине.

— Он поправится, Натаниел.

— Я сделал это только из-за Эммы, он хотел обидеть ее.

— Я понимаю, — прервал его Стивен, когда юноша взобрался на лошадь и провел рукой по заплаканным глазам. — Я благодарен тебе за то, что ты защитил ее.

Натаниел выслушал, но ничего больше не сказал.

Стивен молча дал себе клятву, что будет проводить больше времени с мальчиком — если ему будет дано прожить остаток своей жизни.

Когда они выходили из конюшни, оставив там обихоженных лошадей, Натаниел глухо спросил:

— Мне придется идти в тюрьму? Стивен покачал головой.

— Не похоже, что Макон будет предъявлять обвинения, исходя из обстоятельств. Он, может, и бабник, но заверяю тебя, ему не захочется всем объяснять, почему он пытался изнасиловать свою невестку.

Натаниел кивнул и почесал укус москита на шее. В дом они вошли вместе.

Эмма стояла у запертой двери в кабинет Сайруса, прижавшись к ней ухом. Ей хотелось стучать кулаком в дверь, пока ей не откроют. Все-таки решается судьба не только Стивена, но и ее собственная.

Из долетавших до нее слов она представила происходящее в комнате.

Сайрус сидел за письменным столом, а Стивен стоял у камина спиной к двери, одну руку положив на каминную полку.

— Гаррик считает, что мне надо бежать, спасая жизнь, — сказал он деду.

Звук в конце коридора заставил Эмму взлететь по лестнице и вбежать в комнату для гостей, в которой сейчас жили они со Стивеном. Она понимала, что дела плохи, но никогда не думала, что ситуация настолько безнадежна, что адвокат Стивена хочет, чтобы ее муж бежал.

Ее охватил страх. Конечно, Гаррик был прав. Жизнь беглеца не будет легкой, но все равно это лучше, чем видеть Стивена повешенным.

В отчаянии она вышагивала по комнате, стараясь сохранить самообладание. День был действительно ужасный — сначала открытие судебного процесса, потом обморок, попытка Макона изнасиловать ее, его ранение. Она глубоко вздохнула.

Если бы не Натаниел, она бы сама выстрелила в Макона, а кольт Стивена нанес бы намного больший урон, чем маленький пистолет Натаниела.

Ее передернуло от одной мысли, что могло бы произойти.

Голос Стивена напугал ее до смерти.

— Иди в постель, — сказал он. — Ты замерзла.

— Ты нашел Натаниела? — спросила Эмма, послушно забираясь в постель и вытягиваясь, укрывшись смятой после их любовной игры простыней.

Муж кивнул.

— Он был на болоте, кормил москитов.

Стивен развязал галстук и отбросил его в сторону, потом освободился от пиджака.

— С ним все в порядке?

Стивен вздохнул.

— Он в шоке, как и мм. Ты заглядывала к Люси?

— Да, — ответила Эмма, поворачиваясь на бок и смотря, как раздевается ее муж. Она молилась, чтобы смогла наблюдать эту картину каждую ночь, до ста лет. — Меня она беспокоит, Стивен. Ей хуже, чем Макону.

Он скользнул в постель и лег на спину.

— Понимаю, — уныло сказал он.

Эмма водила пальцем по курчавившимся волосам на груди Стивена.

— Она всегда была такой странной — одевалась в черное и играла в куклы?

— Нет, — печально ответил он. — Когда я познакомился с Люси, она была полна жизни, одевалась по последней моде и всегда смеялась. В чем бы ни было дело, наверняка виноват Макон.

Эмма кивнула. Ей хотелось снова спросить Стивена, не могли бы они убежать, но она боялась раскрыть, что подслушивала под дверью. Она теснее прижалась к нему, положив голову ему на плечо, и продолжая лениво гладить его грудь, иногда касаясь упругого живота.

— Ты боишься? — наконец она осмелилась спросить.

— Я был бы последним дураком, если бы не боялся, — откликнулся Стивен, легонько застонав, когда ее пальцы скользнули ниже. Он поймал ее за руку. — Ты, маленькая лисичка, одного раза тебе не достаточно?

Она покачала головой, и он повернулся к ней и поцеловал. Вскоре она сидела на нем верхом, как на норовистом жеребце, и иссушала его и себя каждым движением, каждым стоном, вздохом и дыханием.

Когда он заснул, Эмма еще не спала. Она лежала рядом с ним, обвив его руками. Времени оставалось мало, а Стивен решил не убегать, даже если это будет стоить ему жизни. Ей надо найти способ доказать его невиновность, и поскорее.

Она еще больше стала подозревать Макона, после того как увидела, каким жестоким и безжалостным он может быть, но была убеждена, что ключ ко всему у Мейзи Ли, которая слишком боится своего мужа, чтобы заговорить.

Вскоре Эмма заснула.

Слишком скоро наступило утро.

— Я хочу, чтобы ты оставалась здесь, — говорил Стивен, завязывая галстук перед зеркалом. Он уже принял ванну и надел свежий костюм.

Эмма села в кровати, готовая возразить, но взгляд Стивена заставил ее промолчать. Она снова легла, сложив руки.

— Я не больна, — с раздражением проговорила она, но прежде чем она смогла продолжить, ее охватил приступ тошноты, и она бросилась к тазу.

Стивен поддерживал ее волосы, пока ее рвало, потом принес холодное полотенце и воды сполоснуть рот. Пока как всегда бдительная Джубал выносила таз, он снова положил жену в постель и наклонился поцеловать ее в лоб.