Гаремные страсти (Укрощение Шарлотты) - Миллер Линда Лаел - Страница 27

Она нашептывала бессмысленные слова поощрения, и он со страстью ей повиновался. Когда она судорожно вздрогнула под ним, затем напряглась и закричала в экстазе, в душе Патрика все перевернулось. Он вонзался в нее яростно все глубже и глубже, упираясь в мягкую женскую плоть.

Он закричал, испуская семя, испытывав невыразимое удовольствие, а Шарлотта, обхватив руками его упругие ягодицы, подхлестывала его, ублажая его и командуя им. Наконец она разрешила ему забыться, но стоило ему восстановить дыхание, как она захотела его снова.

Она достала таз с водой, полотенце и медленно и нежно вымыла его.

— Садись, — сказала она, и он подчинился ей, хотя у него не было сил.

Шарлотта. — пожаловался он, откинув голову назад, чувствуя себя беспомощным.

Он не мог протестовав, так как по мере того, как она целовала и ласкала его, его орудие снова выпрямилось, подобно молодому упрямому дубку.

— Тихо! — с притворной строгостью бросила Шарлотта, затем взяла его в рот и с такой страстью стала трудиться над ним, что не прошло и минуты, как Патрик от удовольствия был на грани безумия.

Глава 10

Следующие две недели Патрик пропадал в доке, наблюдая за ходом ремонтных работ па «Чародейке». До Шарлотты такое дело не только поглощало все его мысли, но и требовало личного присутствия; теперь же его мысли постоянно устремлялись к энергичной маленькой искусительнице, на которой он женился в Рице.

Тысячу раз, наверное, думая о Шарлотте, он приходил к выводу, что она наполовину леди, а наполовину — дикая лавина. Каждый день прибывали новые наряды из магазинов готового платья, и Шарлотта с гордой осанкой герцогини демонстрировала ему модели. Когда же Патрик, обычно поздно ночью, присоединялся к ней в постели, она показывала свою дикую сторону натуры, давая и получая удовольствие с яростной страстью.

Стоя на корме «Чародейки», Патрик смотрел на освещенные солнцем зелено-голубые воды моря и размышлял, не делают ли его нежные чувства похожим на нервную старую женщину. Дела шли слишком хороню, по его мнению, и ему было не по себе. Опыт научил его, что нужно ожидать вызова судьбы именно тогда, когда жизнь становилась налаженной и приятной.

Звуки голосов и шум в сухом доке заставили его обернуться, и он увидел Шарлотту. которая выходила из экипажа Кверидов, держа над собой розовый в белую полоску зонтик, защищавший ее от яркого солнца. Одетая в розового цвета платье с длинным рукавом, она являла собой верх женственности.

Шарлотта заметила Патрика, весело помахала ему и пошла по дощатому настилу к главной палубе. Ему не очень понравилось это: пристань и доки — неподходящее место для его жены, но все же он не мог сдержать радости, увидев ее.

Однако он хмуро посмотрел на нее и буркнул:

— Что тебе здесь надо?

— Я пришла посмотреть, как продвигаются работы на корабле, — ответила она, и по тому, как она стояла, задрав свой подбородок, Патрик понял, что Шарлотта в боевом настроении. Как всегда.

Она покрутила зонтиком и заставила Патрика улыбнуться, что немного сбило с него спесь.

— Испания мне очень нравится, сказала она, мило улыбаясь, — и гостеприимство семьи Кверидов вполне искреннее. Однако мне кажется, что я заразилась от вас, мистер Треваррен, любовью к странствиям. Мне очень хочется отправиться посмотреть, что там, за горизонтом.

Патрика вдруг охватило желание, хотя Шарлотта не давала никаких поводов для искушения. Он прикинул, заметят ли рабочие и члены его экипажа, если он похитит ее в каюту па часок, но отказался от этой идеи. Если он не поостережется, его репутация отчаянного парня рухнет и по всем морям разнесется весть о том, что Патрик Треваррен стал мужем.

— Я просил тебя не приходить сюда, — выговаривал он, взяв Шарлотту за руку и направляя ее к поручням. — Район порта — не место для леди.

Она посмотрела на него, и взмах ресниц дал понять, что она отказывается подчиняться.

— Чего мне бояться, — медленно произнесла она, — если меня охраняете вы, капитан Треваррен?

Патрик рассердился.

— После того как тебя похитили на базаре и ты побывала в гареме, — прошептал он гневно, — я удивляюсь, что ты способна задавать такой вопрос!

— Так ты не можешь меня защитить? — притворно улыбаясь, поддразнивала Шарлотта. В золотых глазах мелькали искорки смеха. — Мерси, Патрик, ты признаешься в слабости?

Патрик стиснул зубы на какой-то момент. У него была только одна слабость — восхищение этой женщиной. Он пристально глядел на нее, не отвечая на вопрос, прекрасно понимая, что она и не ждет ответа.

Она улыбалась, наслаждаясь маленькой победой, и открыла свою бисерную сумочку.

— Так случилось, что у меня вполне законное дело. Это послание доставлено сегодня утром.

Она протянула ему конверт из твердой кремовой бумаги.

В груди Патрика зашевелилось предчувствие, когда он брал конверт. На нем было указано только его имя — любой человек в Коста-дель-Сьело знал, у кого он гостит. Однако с обратной стороны конверт был запечатан зеленым воском, на котором стояла отчетливая печать Халифа.

Он разорвал конверт и вынул листок бумаги. Послание написано женской рукой, на безупречном английском языке:

Патрик прочел письмо дважды и скомкал его в руке. Несмотря на разницу культур, Халиф и Патрик были очень дружны и он не мог не отозваться на такое послание, даже если в этом скрыт какой-то подвох.

— Кохран! — гаркнул он, напугав Шарлотту так, что она вздрогнула.

— Что там? — спросила она, беря скомканную страницу и разглаживая ее. — О нет! — выдохнула она, прочитав письмо.

Старший помощник моментально появился, больше взволнованный, чем встревоженный.

— Да, сэр? — В его тоне слышалось рвение.

— Найди корабль! — приказал Патрик. — Собери всех наших людей и кого сумеешь найти. Мы возвращаемся в Риц.

Кохран имел все основания выглядеть озадаченным.

— Где мы достанем корабль, сэр? — резонно спросил он.

Патрик выхватил письмо из рук Шарлотты и протянул его Кохрану.

— Черт, возьми, мне не важно где, если ты ухитришься достать даже рыбацкую шаланду, — только достань! — Затем он обратил внимание на жену и. взяв ее за руку, добавил: — Ты поедешь в поместье Кверидов и будешь там, пока я не приеду за тобой.

Шарлотта моргнула, и краска возмущения выступила у нее на щеках.

— Я хочу поехать с тобой! — запротестовала она.

Он проводил ее до бортовой стойки.

— В данный момент, миссис Треваррен, ваши желания меньше всего меня волнуют. На этот раз, если вы дорожите вашей шкурой, то подчинитесь мне!

Она начала что-то быстро говорить, но Патрик протолкнул ее через стойку и выпихнул в ожидавший экипаж. Когда он крепко захлопнул дверцу и раздраженно рявкнул какой-то приказ по-испански кучеру, Шарлотта высунула голову из окна и яростно крикнула:

— Я не забуду вам этого, капитан Треваррен!

Патрик, может, и рассмеялся бы, если бы не был так обеспокоен полученным сообщением. Ахмед, брат Халифа, очень коварен, и его стремление к власти ни для кого не секрет. Возможно, Халиф уже мертв, и казнь ею была наверняка жестокой и не обязательно быстрой. Еще хуже с принцами, сыновьями Халифа, которые слишком малы и еще нуждаются в материнском уходе, — их тоже могли убить.

Команда «Чародейки» собралась в считанные минуты и с гневным нетерпением выслушала план Патрика. Они подойдут к дворцу не с моря, так как Ахмед и его банда воров и мятежников к этому готовы и любой корабль, приближающийся к берегу, будет потоплен, не достигнув земли. После того как они переплывут море и высадятся в другом порту королевства Риц. они закупят на рынке лошадей и провизию и атакуют Ахмеда со стороны пустыни. Ну а что из этого выйдет, известно одному Богу.