Огонь луны - Миллер Линда Лаел - Страница 66

Элеанор поспешно поставила сумки в комнате, указанной Тэдом, который даже не обернулся к ней, и поспешила на кухню, дабы произвести впечатление на Дункана, и обеспечить себе место в двух шагах от «Семи Сестер». Дункан прибыл в полдень, покрытый потом и копотью. Когда он умывался в углу кухни, Элеанор впервые обратила внимание, что он мужчина, который мог бы сгодиться не только на крайний случай.

«Хорошо сложенный экземпляр», — подумала Элеанор.

Элеанор впервые обратила внимание, что он мужчина, который мог бы сгодиться не только на крайний случай.

«Хорошо сложенный экземпляр», — подумала Элеанор, наблюдая за игрой его мышц, когда Дункан разбрызгивал вокруг себя воду, натянув потом грязную рубашку.

Усаживаясь за стол, чтобы поесть рагу и печенья, которые она приготовила ему, Дункан ухмыльнулся.

— Значит, вы сделали то же открытие, что и я, мисс Килгор, — отнюдь не беззлобно заметил он. — Садитесь и перекусите тоже — терпеть не могу, когда ходят взад-вперед, пока я ем.

Элеанор села, но аппетита у нее не было.

— Какое открытие, мистер Кирк?

Дункан жевал. Наконец, прожевав все как следует, он ответил:

— Вы хотите Риви и, вероятно, никогда не получите его. Я, со своей стороны, хотел Мэгги, но как бы хороша она ни была, она не стоит моей жизни, так что я отказался от этой мысли.

— У меня есть преимущество перед вами, мистер Кирк, — откровенно призналась Элеанор. — Когда миссис Маккена станет толстой из-за живота и не будет уже так охотно отвечать на ласки мужа…

Дункан скептически выгнул довольно грязную бровь, прервав ее.

— Боюсь, преимущество на стороне Мэгги, — спокойно заметил он. — Я и представить себе не могу, что она по какой-либо причине может отвернуться от этого мужчины — она обожает его, — но даже если бы ей пришлось это сделать из-за тяжелой беременности, Риви был бы более, а не менее любезным.

Вы попусту тратите свое драгоценное время, мисс Килгор, добиваясь постели Маккены. Особенно когда вы были бы так желанны в моей.

Краска залила грудь Элеанор, бросившись и в лицо. По правде говоря, такая возможность не казалось ей столь же неприемлемой.

— Говорят, — тем не менее очень официально сказала она, — что вы взяли в любовницы мисс Лоретту Крэйг.

Дункан засмеялся.

— Увы, эта affair de coeur (Сердечная интрижка — фр.) окончена. Лоретта все распродала, ей нужно самой собирать театральную труппу… Я, признаюсь, вложил в это предприятие несколько сотен фунтов. Она отплывает в Америку, чтобы произвести там фурор. — Он развел сомнительно чистыми руками. — Насколько мне известно, она уже должна была уехать.

Элеанор скрестила на груди руки.

— Тогда зачем вы все это время остаетесь здесь, если отказались от мысли получить Мэгги?

— Бог мой, — выдохнул Дункан, — неужели я и в самом деле такой видимый насквозь?

Элеанор только кивнула. Дункан глубокомысленно вздохнул.

— Думаю, мы всегда надеемся, всегда. Какой-нибудь несчастный случай мог бы произойти с Маккеной, и его милая жена овдовела бы. А кроме того, мне нравится работать на земле — желанная перемена после тугих воротничков Сиднея или Мельбурна.

— Возможно, — согласилась Элеанор, пряча улыбку. — Но, как мне кажется, здесь кроется нечто большее. Вам хочется быть поближе, чтобы получать сообщения от своего шпиона. Скажите, мистер Кирк, Кора ваша мать или тетка?

Дункан разинул рот.

— Думали, никто не знает, не так ли? — сладким голосом спросила Элеанор. — Не такое уж это потрясающее открытие. В конце концов, Кора американка, как и вы. И, разумеется, я видела две ваши встречи — как бы случайно — при различных обстоятельствах.

Дункан тяжело вздохнул, оттолкнул миску и сердито посмотрел на Элеанор.

— Кора моя тетка, — недовольно признался он. — Приехала из Америки по моей просьбе, чтобы присматривать за сыновьями. Но к тому времени, когда она прибыла, я влюбился в Мэгги и попросил ее поискать место в доме Риви, поэтому я всегда знал, что с ней все в порядке.

— Мы с вами одного поля ягоды.

— Я так не думаю, мисс Килгор. Что бы я ни сделал, я делал это из-за Мэгги. Вы же, со своей стороны, скорее предпочли бы увидеть, как она тонет, чем раскланиваться перед ней.

Элеанор выразительно вздохнула.

— Хотите сказать, что я способна на убийство?

Без всякого предупреждения Дункан схватил Элеанор за вырез платья и обеими руками потянул ее через стол. Она замахала в воздухе ногами, почувствовав на лице его дыхание.

— Попробуйте хоть пальцем тронуть Мэгги, хоть пальцем, мисс Килгор, — предостерег он, — и получите в моем лице беспощадного и грозного врага.

Помимо страха Элеанор ощутила некоторое волнение. Она кивнула, и Дункан отпустил ее. Сердце ее колотилось и, казалось, она задыхалась.

— Есть только один способ удержать вас от проделок, мисс, — сообщил ей Дункан хриплым полушепотом, приблизившись к ней, — и таким образом лишить вас времени на разработку ваших планов. Мне нужна будет ванна, когда я вернусь с поля, и мне понадобитесь вы.

Сладостная дрожь пробежала по телу Элеанор. Она опустила глаза, позволив себе полуулыбку.

— Ваша постель и ванна будет в вашем распоряжении, мистер Кирк, — тихо сказала она.

Дункан взял ее за подбородок, приподнял его, и она увидела изумрудные искры в его глазах.

— Кто вы? — спросил он. — Вам известен мой секрет — я хочу знать ваш.

Элеанор никогда не желала так сильно ни одного мужчину — даже Риви Маккену — с тех пор, как встретила Джеми. Рука Дункана забралась за вырез ее платья, взяла ее грудь, и Элеанор закрыла глаза, от желания почти лишившись чувств.

— Ребенок… Элизабет. Она моя, моя и Джеми.

Пальцы Дункана сжались, а потом ослабли.

— Бог мой! Вы жена Джеми Маккены?

— Я просто была его женщиной, — призналась Элеанор, удивляясь, насколько была сильна ее боль даже после четырех лет. Она отчаянно схватила руку Дункана и по ее молчаливой просьбе он снова начал ласкать ее.

Милосердие влетела в кухню, когда Мэгги чистила морковь.

— Он вернулся, миссис. Мистер Маккена пришел!

Мэгги поспешно бросила нож и обе морковки. Она побежала к двери напротив той, через которую вошла Милосердие, и подождала на улице, пока Риви с другими рассаживались за длинным столом, а Кала подавала им обед.

Пригладив распущенные волосы и глубоко вдохнув, Мэгги улыбаясь вошла в кухню. Люди, сидевшие по обе стороны от Риви, подвинулись, и она села справа.

— Ты грязный, — заметила Мэгги.

Риви усмехнулся и оглядел ее.

— Ты и сама изрядно вспотела. Не знаю, может, это от вышивания.

Мэгги закусила губу и опустила глаза. Его слова задели ее самолюбие, но она не могла заставить себя признаться, что все утро палец о палец не ударила.

— Можно мне пойти с тобой на поля, просто посмотреть, как там дела?

— Нет, — ласково ответил Риви. — И имей в виду, что не должна также ходить к морю. Там полным-полно змей, которые пытаются спастись от огня.

Мэгги вспомнила белый песчаный берег по ту сторону полей и почувствовала, как покраснела. Она посмотрела на сидящих вокруг чернокожих мужчин, некоторые из которых были в набедренных повязках, и сказала:

— Я бы хотела, чтобы послали за моей подругой, Тэнси Куин, если можно.

Риви рассеянно посмотрел на нее — он явно думал совсем о другом.

— Неплохая мысль. Тебе будет с кем поговорить.

— Мы могли бы платить ей… нанять как прислугу…

— Ага. Думаю, я могу это устроить. Пошли за девушкой, Мэгги, и оставь человека в покое.

Мэгги была уязвлена. Слезы навернулись ей на глаза — она стала слишком чувствительной за последние дни, — и она вскочила.

— Я оставлю тебя в покое навсегда, Риви Маккена! — прошипела она.

Сидевшие за столом аборигены наклонили головы, упорно не замечая разыгравшуюся перед самым их носом драму. С тяжелым вздохом Риви поднялся, взял Мэгги за руку и потащил на яркое солнце.