Каролина и разбойник - Миллер Линда Лаел - Страница 33

Придя в себя, Каролина попыталась предостеречь старика криком. Ситон, видимо, почувствовал, что она хочет сделать это, и зажал ей рот рукой.

Маленькие глазенки Чарли едва не выскочили из орбит, когда он увидел Каролину, прижатую к прутьям ограждения камеры с пистолетом, приставленным к ее виску.

— Осторожно, Флинн, — встревожился старый тюремный сторож. — Ты можешь пристрелить леди!

— Открой дверь в камеру, и она останется невредимой, — приказал Ситон.

У Каролины кружилась голова. Ее мутило от страха и отвращения. С отчаянием в душе молодая девушка недоумевала, как она могла быть такой наивной, чтобы верить этому человеку и даже любить его.

Теперь, несмотря на головокружение и отчаяние, вызванные страхом, она наконец поняла, что любила не Ситона, а совсем другого человека, который жил только в ее воображении.

Чарли протянул связку ключей.

— Видишь, — уговаривал он Ситона, — я выбрал нужный ключ и иду выпускать тебя. Только не спускай курок.

Как только Чарли открыл дверь, Ситон затолкнул Каролину в камеру с такой силой, что она ударилась об стенку и упала. Адвокат выскочил из камеры и нанес, сильный удар рукояткой пистолета по голове Чарли. Старик рухнул на пол, обливаясь кровью. Стоя над Чарли, Ситон направил дуло пистолета прямо ему в голову. По плотно стиснутым челюстям и лихорадочному блеску глаз Ситона Каролина поняла, что он намерен убить старика. У нее перехватило дыхание.

— Нет, Ситон! — воскликнула Каролина. Она вырвалась из камеры, подбежала к старику и прикрыла собой раненого сторожа. — Прошу тебя, не убивай!

Ситон смотрел на Каролину. В течение этого времени женщина молила Бога, чтобы поскорее вернулся шериф. Он был гораздо моложе Чарли, обладал силой и сноровкой. Если бы шериф пришел вовремя, то можно было бы предотвратить убийство и побег.

Каролина отчаянно искала выход из положения.

— Если ты выстрелишь, — предупредила она, — на шум сбегутся люди, и тебе тогда несдобровать!

Ситон опустил дуло пистолета. Пот выступил у него на лбу.

— Ты сказала, что на улице ждут лошади?

Каролина кивнула.

Ситон кинулся было бежать, но неожиданно остановился и подошел к Каролине, лежащей на грязном полу и все еще старающейся защитить Чарли. Он крепко стиснул пальцами ее подбородок и злобно прошипел:

— Хэйес спал с тобой, знаю, что спал. Клянусь Всевышним, Каролина, вы оба заплатите мне за это.

Испуганная Каролина с ужасом смотрела на него.

Она испугалась еще больше, когда Ситон наклонился и впился в ее губы страстным поцелуем.

— Мое время придет, Каролина. И тогда я научу тебя, как отдаваться мужчине, — сказал он, отпрянув. Ситон поднялся, все еще размахивая пистолетом. — У тебя есть запасные пули?

Подавленная, Каролина не осмелилась что-либо утаить от него. Она покорно кивнула и полезла в карман за горстью купленных патронов. Больше всего она хотела сейчас, чтобы Флинн ушел, оставив ее и Чарли в покое. Старик тяжело дышал, держа руку на груди.

— Попробуй только пикни! — пригрозил Ситон, покидая помещение. Он зловеще улыбнулся. — Если будешь кричать, я не только пристрелю этого старого ублюдка, но еще и захвачу тебя с собой как заложницу.

Напуганная его угрозами, Каролина пообещала молчать.

Как только за Ситоном захлопнулась входная дверь, Каролина побежала в кабинет шерифа к стойке с оружием и схватила ружье. Оно было заряжено.

Выбежав на край тротуара, Каролина увидела, как Ситон вскочил в седло одной из лошадей, приобретенных ею на деньги, заработанные с таким трудом.

Она поймала на мушку его левую руку и нажала курок. Отдача от выстрела была настолько сильной, что Каролина едва удержалась на ногах. Как раз в этот момент появился шериф.

— Что здесь происходит?! — воскликнул он, стараясь вырвать ружье из рук Каролины.

— Он уходит! — крикнула в сердцах Каролина, испытывая боль и досаду. Ситон был уже далеко.

Из тюремного помещения, шатаясь, вышел Чарли. Одной рукой он прикрывал кровоточащую рану на голове.

— Флинн сбежал, — сообщил он. Взгляд Чарли остановился на Каролине. — Мне кажется, маленькая леди принесла ему пистолет и, видимо, также привела лошадь.

— Запри ее! — приказал шериф, толкая Каролину к Чарли. Блюститель закона оседлал своего коня. Полдюжины мужчин присоединились к нему, чтобы преследовать Ситона.

— Вы хотите посадить меня в тюрьму? — в ужасе воскликнула Каролина, когда Чарли осторожно взял ее за руку и повел внутрь помещения. — Я спасла вам жизнь!

— В первую очередь по вашей вине моя жизнь оказалась в опасности, — урезонил ее Чарли. Он отвел Каролину в ту самую камеру, которую занимал Ситон.

Старик захлопнул дверь камеры и надежно закрыл ее на замок.

Каролина схватилась за прутья ограждения.

— Вы не поняли! — всхлипывала она. — Я думала, что Флинн невиновен.

— Не важно, что вы думали, мисс. Фактически вы дали возможность убежать преступнику, совершившему грабеж и убийство. Вам придется ответить за это перед судом.

Каролина почувствовала, как кровь отхлынула от ее лица. За окном камеры она услышала жалобный вой, который могло издавать только одно существо — ее преданный друг Тоб.

Охваченная унынием, молодая женщина перешла от двери камеры к окну. Став на краешек шаткой койки, на которой ей, возможно, прядется проводить еще много дней и ночей, она глядела сквозь прутья решетки на улицу.

Несомненно, это был Тоб. Он сидел среди порожних бочек и другого хлама, глядя на Каролину понимающими глазами. Она взяла с подноса остатки завтрака Ситона и бросила псу. Затем спустилась с койки.

— Мистер Чарли! — вкрадчиво позвала Каролина старика.

— Что?! — откликнулся он сухо. У входа в офис шерифа, очевидно, собралась большая толпа горожан, желающих услышать рассказ Чарли об утреннем происшествии.

— Можно поговорить с вами наедине? — спросила Каролина.

Из кабинета шерифа появился ворчащий Чарли. Всем своим поведением он показывал, что заслуживает покоя и даже почестей, поскольку едва избежал гибели.

За ним появился молодой человек с карандашом и блокнотом. Он важно глядел на Каролину из-под зеленого козырька фуражки.

— Ваше имя, мадам?

Каролина вцепилась в прутья решетки.

— Зачем вам это нужно знать? — запальчиво спросила она.

Он улыбнулся, приоткрыл щербатый рот.

— Я напишу о вас в газете.

Каролина вздохнула и прислонилась лбом к тюремным прутьям. Она представила, как Гипатия Фурвис читает статью о нравственном падении узницы тюрьмы в Ларами. Мисс Этель и мисс Фоуб будут шокированы скандальным происшествием.

— Нужно ли это?

— Вы будете знамениты, — не унимался репортер. — Чем-то вроде леди, бросившей вызов обществу.

— Этого я как раз и боюсь больше всего, — откликнулась уныло Каролина.

— Как вас зовут?

— Каролина… Хэйес, — сказала она со вздохом.

Репортер энергично записывал.

— Мисс или миссис?

— Миссис, — соврала Каролина. Она подумала, что для Гатри будет хорошим уроком узнать, что его женой называет себя преступница, хотя и непреднамеренно оказавшаяся не в ладах с законом. В конце концов, ничего подобного не случилось бы, если бы он не покинул ее.

— Мой муж — Гатри Хэйес, — сказала Каролина, воодушевляясь мыслью о мести. — За окном сидит моя собака.

— Ваш муж согласился, чтобы вы устроили побег из тюрьмы другого мужчины? — нахально поинтересовался молодой человек.

Каролина вздохнула.

— Мой муж бросил меня, — сказала она трагическим тоном. — Я пыталась освободить Флинна только потому, что искренне верила, что его посадили в тюрьму по ошибке. Разумеется, сейчас я оказалась в крайне нелепой ситуации.

Прежде чем репортер смог задать следующий вопрос, появился шериф.

— Мотай отсюда, Винс, — приказал он.

Шериф был крупным импозантным мужчиной с проседью в волосах и темными ухоженными усами. Каролина инстинктивно отступила от прутьев ограждения. Подбоченившись, он посмотрел на узницу.