Про девочку, которая ничего не хотела уметь - Сокол Иван Андреевич - Страница 5

Вещий Ворон покачал головой и каркнул насмешливо:

— Карр! Я никогда не сомневался в том, что глина, пусть даже черная, глупа, как пробка…

Грязнуля даже подпрыгнула от такой дерзости. Она злобно сверкнула глазами и, надвигаясь на Ворона, крикнула:

— Ну, хватит!.. Ах ты, комок старых перьев! Марш в клетку!

— Э, нет! — отскочил в сторону Вещий Ворон. — Больше уж ты меня не спрячешь!

— Ха, ха!.. — вот действительно верное предсказание… Вещее предсказание… Да, прятать тебя не стану… Я прикажу отрубить тебе голову!.. Эй, слуги!

Вещий Ворон взмахнул крыльями, но в этот момент Грязнуля швырнула в него деревянный молоток и сшибла птицу со стола на пол. Одним прыжком она очутилась рядом и крепко схватила Ворона за лапы…

В зал вбежал генерал Грязнила с десятком самых больших грязевиков и бросился на помощь Королеве.

— Клетку! Тащите сюда клетку! В цепи его! — кричала Грязнуля.

Слуги уже подтаскивали клетку, чтобы навсегда захлопнуть в ней пойманную птицу, как вдруг где-то во дворе тревожно заиграла труба.

Это спасло Вещего Ворона.

Грязнуля остановилась и прислушалась, грязевики во главе с генералом раскрыли рты. Ворон отчаянно взмахнул крыльями и вырвался на свободу.

Черной молнией он метнулся к Грязнуле и, собрав все силы, клюнул её прямо в лоб. Её Грязное Величество рухнуло на пол, а Ворон, победно каркнув, пронесся над застывшими от страха грязевиками и, выбив грудью окно, вылетел наружу.

Генерал Грязнила вылил на голову Её Величества целую флягу грязи, прежде чем она пришла в себя.

В этот момент и вбежал в зал помятый, запыхавшийся грязевик. Он упал на колени и подполз к Грязнуле.

— Почему труба? Что за тревога? — спросила его побитая Королева.

— Бее… Бе… Беда! — пролепетал тот дрожащим голосом. — Мальчишка, которого вывели пачкать в свежие дождевые лужи, умылся, он отдавил головы пятерым грязнулькам… и сейчас еще дерется.

Грязнуля вскочила на ноги.

— Бежим туда, генерал! Новая девчонка не должна видеть этого. Мальчишку схватить и спрятать в подвал. Завтра мы усыпим его. Вороном займутся мои боевые сороки.

Все кинулись вон из дворца.

Грязнуля бежала последней, прикрывая вскочившую на лбу большую шишку и жалобно охая. Потому что и королевам, пусть даже самым глиняным, тоже иногда бывает больно.

Город Замарыш

Лес, через который бежала Таня и её новые знакомые, был густой, сумрачный и необычайно тихий. Самый настоящий дремучий лес. Потому что все в нём было сонным, все дремало: и высокая грязная трава, и густой кустарник, и большие густые деревья. Дремали в нём, видимо, и все лесные обитатели, так как ни разу не послышался ни шорох звериный, ни голос птичий.

Таня знала, что Снежок прячется где-то здесь, ей очень хотелось поискать его, но Грязена, Грязава и Грязнуша глаз с неё не спускали. Они торопили Таню и бежали так, что одна была все время справа, другая слева, а третья сзади…

Наконец впереди стало светло. Приближалась опушка леса. Разноцветные девчонки радостно запрыгали и с криком: «Скорей, Таня! Сейчас мы увидим наш город!» — бросились вперед. Таня тоже заспешила, но наступила на чулок, который наполовину сполз с правой ноги, и шлёпнулась в траву.

Таня больно ушиблась, но обрадовалась: она заметила Снежка. Кот сидел под густым кустом и старательно мыл лапками уши.

— Снежок, милый! Куда ты сбежал?

Кот прыгнул к хозяйке, и она проворно спрятала его под фартучком.

Когда она вышла на опушку, Грязена подозрительно поглядела на неё и спросила:

— Что у тебя там?

— Я упала и больно ушиблась… И… у меня болит живот, я очень хочу есть…

— Потерпи, Таня — весело крикнула рыжая Грязава. — Мы уже дома!

Таня увидела, что стоит на большой, круглой, как блюдце, каменной площадке. От неё вниз, под гору, тянется длинная извилистая дорога.

— А где же город? Как он называется? — обратилась Таня к белокурой Грязнуше, которая подхватила её под руку.

— Да вот же он… Смотри!

Под горой действительно громоздились какие-то строения. Дома были плохо видны, но высокую стену крепости, окружавшую город, Таня разглядела.

— У нашего города самое красивое имя. Замарыш! Правда? Он назван так нашей мамой…

Грязнуша, которая, видимо, очень любила поговорить, хотела уже пуститься в объяснения, но старшая из девчонок — Грязена — прервала её…

— Перестань, Грязнуша!.. Нам нужно торопиться…

На дороге, недалеко от круглой площадки, путешественниц ожидал большой трехколесный самокат, возле которого возились два толстых существа. Таня с удивлением заметила, что оба они из густой черной грязи.

— Кто это? — спросила она, пятясь назад.

— О, не бойся! — схватила её за руку Грязена. — У нас в городе все такие. Это грязничие. Обычно они стоят на улицах и следят за тем, чтобы все кругом было грязным… Мама, видимо, послала их встретить нас.

— А кто ваша мама?

— Не все сразу, Таня! Скоро узнаешь.

Увидев девчонок, ведущих Таню, грязничие бросились им навстречу и помогли вскарабкаться в машину.

— Ну вот и конец!.. — сказала Грязена. — Тебе удобно, Таня?.. Садись вот сюда, между нами, — здесь будет меньше трясти.

Они посадили Таню ближе к спинам грязничих, которые старательно нажимали на педали, а сами расселись вокруг Тани. Самокат покатился по дороге сначала медленно, потом все быстрее и быстрее, приближаясь к странному городу, который был уже как на ладони.

Таня увидела кривые узкие улицы, беспорядочно пересекающие друг друга, грязные крыши и облупленные стены домов, стёкла в окнах, тёмные от пыли и копоти… На большой площади в центре города видны были кучи хлама и мусора, а ветер гонял по улицам сухие листья и бумажки…

На чёрной стене, окружавшей весь этот странный город, не было ни одной красивой башни, ни одного зубца, который бы её украсил.

Тем временем самокат, проскочив мостик через глубокую канаву, подкатил к воротам. Один из грязничих затрубил в трубу, и в стене медленно открылась большая чёрная дверь.

Самокат въехал в неё и остановился.

Таня не удержалась на высоком сидении и ткнулась носом в спину грязничего. В этот момент она, видимо, придавила Снежка, потому что вдруг раздался вой на обыкновенном кошачьем языке:

— Мя-у-у!..

— Кто это? Где это? — завертели головами девчонки. Ты кого-то прячешь?

— Что вы! — перебила их Таня, вытирая измазанный нос. — Это у меня… в животе урчит… Ах, как я хочу есть!

— Вон что… — недоверчиво покосилась на неё Грязава.

— Слезай, Таня, — шепнула Грязнуша. — Нас встречает королева города Замарыша, самая добрая из всех мам на свете… Она никогда не заставляет детей делать то, чего им не хочется…

— Ой, какая страшная!

— Дурочка, тебе кажется так… Идем к ней!..

Таня смотрела и не решалась слезть с самоката.

Высокая чёрная королева медленно приближалась.

На ней было длинное платье, на котором по оранжевому фону были разбрызганы большие и маленькие черные кляксы. На голове — позеленевшая от сырости медная корона, а длинный красный плащ, накинутый на плечи, тащился по земле, окунаясь в лужи и подметая грязные дорожки…

Следом за Грязнулей, слева и справа, двигались грязевики. Большие и маленькие, красные, черные и желтые — они образовали живописную толпу, со всех сторон обступившую самокат.

В нескольких шагах от Тани королева остановилась. Губы ее раздвинулись в улыбке, но большие круглые глаза оставались холодными и неподвижными.

— О, какая великолепная грязь на этой девочке! Какие чудесные кляксы и восхитительные пятна!.. Приветствую тебя, Таня, в моем царстве, царстве Грязнули!

Она подняла вверх руки, и тотчас вся улица наполнилась радостными криками. Грязевики приветствовала гостью своей королевы.

Таня растерялась. Первый раз в жизни ее хвалили за то, что она грязная, никто не сердился на неё и не гнал скорей умываться. Тане было и страшновато, и приятно.