Хочу все знать 1970 - Барский Юрий Петрович - Страница 58

Книги великих мыслителей освещали людям путь к познанию мира, они рисовали им отдельные черты будущего разумного и справедливого мира. Однако всё оставалось по-прежнему.

Против несправедливого устройства мира вели борьбу доведённые до отчаяния поборами и налогами крестьяне, разорённые, пошедшие по миру ремесленники, рабочие, изнурённые нечеловеческим трудом по шестнадцать часов в сутки в сырых полутёмных мастерских. Они жгли замки баронов, убивали жестоких надсмотрщиков, разносили в щепки судейские канцелярии, тяжёлыми кувалдами и ломами разбивали машины.

Таким образом, те, кто понимал неразумность мира, боролись только против его идей. А те, кто боролся против самого этого мира, не знали ни ложных, ни истинных философских идей.

И только от Маркса началась новая эра в истории идей. Настоящая великая революция в философии.

Первым из философов Маркс задумался над вопросом о том, откуда же берутся у людей ложные и истинные идеи.

Неужели они неизменны от века? Или заложены богом в каждого из людей и потому не могут быть ни объяснены, ни тем более изменены? Но если они приобретаются каждым человеком от внешнего мира, от природы, как утверждали многие мыслители, то почему же тогда, воспринимая один и тот же окружающий мир одними и теми же органами чувств, разные люди мыслят по-разному?

И Маркс впервые рассудил по-другому. Он посмотрел на привычные вещи и отношения так, будто мир только что создан и его нужно впервые понять и осмыслить. Мыслители до Маркса, да и его современники были убеждены, что главное — доказать правильность своих идей, опровергнуть ложные идеи. Они жили в мире идей. То есть, как и все люди, они ели, пили, спали под крышей, дышали воздухом, надевали рубашки, камзолы, пальто, башмаки. Всё это как бы само собой разумелось. Об этом даже не думалось, как не задумывается человек о болезни, пока у него что-нибудь не заболит.

Но если вырваться из привычных рамок и постараться дойти до сути, до самого корня всего, что нас окружает, то всё представится в ином свете. Нет, не мысли, не книги, не философские идеи и не произведения искусства лежат в основе жизни человеческого общества.

Маркс неопровержимо показал, что, прежде чем заниматься науками и искусством, раньше чем думать о самых возвышенных вещах и создавать самые глубокие и верные теории, люди должны пить, есть, одеваться, чувствовать крышу над головой.

Но для того, чтобы иметь еду и жилище, они должны всё это производить. Производить ежедневным и ежечасным, изнурительным, монотонным трудом — расчищать поле от камней, корней и травы, вспахивать и боронить его, часами идя за быком, лошадью, а то и самим волочить плуг и борону; месить глину и лепить кирпичи, дробить камень и валить лес для жилищ, копать канавы, отводя воду от полей и дорог; при чадящей коптилке или лучине крутить нитки и ткать полотно. И так изо дня в день, из месяца в месяц, из года в год, из века в век. Возникали и гибли империи, уходили в пески целые цивилизации, сменялись династии, истреблялись целые народы, а жизнь человеческая продолжалась.

Она продолжалась именно потому, что ни на один час за все тысячелетия не отрывался пахарь от плуга, гончар от своего ящика с глиной, строитель от камней и брёвен. Труд людей, производство не только пищи и одежды, но прежде всего орудий труда — вот что составляет основу основ всей жизни человеческого общества.

«Нельзя освободить людей, — подчёркивал Маркс, — пока они зависят от природы, пока у них неразвиты орудия труда, пока они не могут производить пищу, одежду, жилище в достаточном количестве».

Дойдя до этой основы человеческой жизни, Маркс объяснил и другие её стороны.

Прежде всего он сделал вывод о том, что человек не может быть понят и объяснён, если его рассматривать в одиночку. Робинзон Крузо — это далеко не точная модель развития рода человеческого. Ведь он попадает на необитаемый остров, уже зная и умея делать тысячи вещей: и пилить, и рубить, и копать, и строгать, и охотиться. Кроме того, волны выбросили к нему на остров и бочонок, и некоторые инструменты, да и сам он был в одежде — в рубашке и башмаках. У Робинзона было ещё одно, наверное самое ценное, достояние — знание того, что надо для жизни человеческой. Конечно, английский моряк проявил и смелость, и трудолюбие, и находчивость. Но это уже личные, ему присущие качества. А всё остальное — знание, умение, инструменты — всё это не им создано, а получено в наследство от всего рода человеческого. И всё, что накопило человечество в виде техники, знаний, опыта, — всё это результат коллективного труда, совместных усилий миллионов людей. Так что труд — это дело не одиночек. Значит, и человек может быть понят, доказал Маркс, лишь как часть общества, в котором он живёт.

Производство, вся реальная жизнь человека и есть общественное бытие. И подобно тому как в природе бытие, материя первична, а сознание вторично, мысль невозможна без мозга, точно так же и в истории общественное бытие людей определяет их сознание. Это сознание не отдельного человека, а целых групп — классов, профессий, народов. Оно охватывает и искусство, и взгляды на политику, и представления о том, что справедливо, что несправедливо, и религиозные воззрения людей, их настроения и оценки различных событий. Вот такое сознание целого общества и его отдельных групп и называется, в отличие от индивидуального сознания отдельного человека, сознанием общественным.

Установив его зависимость от общественного бытия, от характера производства, Маркс тем самым углубил и обогатил философию материализма. До него она применялась только к природе, а теперь была распространена и на общество, на историю.

Тем самым Маркс дал ключ к пониманию и объяснению сложных явлений.

Выводы Маркса позволили понять и объяснить, почему у разных людей в один и тот же период истории разные взгляды. Это зависит от их классового положения. Каков образ жизни, таков и образ мыслей. Конечно, это нельзя упрощать. Есть исключения: сами Маркс и Энгельс, принадлежавшие к привилегированным слоям немецкого общества и ставшие идеологами рабочего класса. Но это такие исключения, которые лишь подчёркивают общее правило.

Из открытия Маркса следовало, что понять человека — это значит рассматривать его не как одинокое и отвлечённое существо — «человека вообще», а во всех связях и отношениях: в каком обществе он живёт, как связан со своим классом и с другими, со своей нацией и с другими, какова профессия. И только тогда можно будет понять направление и ход мыслей человека.

Из Марксова открытия следовал и ещё один очень важный вывод. Раз производство лежит в основе всей жизни общества, значит, главная роль в обществе принадлежит тем, кто это производство осуществляет.

А если разобраться, то именно трудящиеся люди, создатели материальных благ и дают возможность обществу существовать.

И чтобы изменить само общество, а не только мысли о нём, нужно обратиться именно к рабочим, пролетариям. В одной из первых своих работ Маркс так и писал: «Подобно тому, как философия находит в пролетариате своё материальное оружие, так и пролетариат находит в философии своё духовное оружие».

С глубоким и пристальным вниманием всматривался Маркс в рабочих своего времени. Ходил на рабочие собрания в Париже и Брюсселе, читал лекции, слушал речи пролетариев, бывал в рабочих клубах. Его поразило стремление рабочих к общению, обсуждению вопросов жизни. И Маркс под этим впечатлением пишет: «Человеческое братство в их устах не фраза, а истина, и с их загрубелых от труда лиц на нас сияет человеческое благородство». Маркс, живя в Париже, стремился не пропускать собрания революционных рабочих. Даже французская полиция отмечала в донесениях эти посещения. После одного из таких посещений Маркс писал Фейербаху: «Вам бы следовало присутствовать на одном из собраний французских рабочих, чтобы убедиться в свежести и благородстве этих изнурённых трудом людей».