Кто хочет спать с миллионером? - Милевская Людмила Ивановна - Страница 44

Он был опасно трезв и спешил исправить свое необычное положение.

Все свободно вздохнули, избавившись от него.

Однако Далила очень скоро пожалела о Граблине. Едва тот ушел, как ей стало понятно, что и она третья лишняя: чех устремился к Галине, а та, настроившись на любовь, смущенно попросила подругу:

– Далька, уложи, пожалуйста, Линочку спать.

Это было равносильно вопросу: не пора ли тебе домой?

– Нет уж, – запротестовала Далила. – Вы от меня не избавитесь, пока я не узнаю про Матюка.

– А что вас интересует? – живо откликнулся Ванек, не скрывая своего нетерпения.

Галина ему посоветовала:

– Быстро говори все, что знаешь.

Чех испуганно схватился за голову:

– Я столько знаю, что и к утру не управимся.

Далила его успокоила:

– Мне нужны лишь аргументы к тому, почему Матюк не может убить человека.

– Это проще простого! – подпрыгнул радостно чех и.., надолго задумался.

– Ты можешь думать быстрей? – нервно постукивая ногой, спросила его Галина.

Ванек пожаловался:

– Не получается. Нет у меня аргументов.

– А что есть? – поинтересовалась Далила.

Чех ее просветил:

– Только уверенность. Уверенность мне говорит: не может Матюк убить человека. А почему, я не знаю.

– А Граблин может?

– Может! – хором воскликнули Ванек с Галиной.

А Далила даже представила себе те обстоятельства, которые способны подвигнуть Граблина на крайние меры.

– Ну, хорошо, – вздохнула она, – вы меня убедили. Будем считать, что Матюк человек неплохой.

Чех просветленно заверил:

– Матюк классный парень. Он единственный, за кого я могу поручиться.

– Но почему? – внезапно заинтересовалась Галина. – Чем он отличается от остальных?

И Ванек подруг сразил.

– Он уникум, этот Матюк, – задумчиво выдал чех. – Даже в карты играет с неясной целью. И вещи, и деньги он мало ценит.

Подруги в один голос спросили:

– Что же он ценит?

– Человеческие отношения. Благородство, великодушие, ум, доброту.

Выданная Ванеком характеристика не вязалась со схемой Далилы. В этой схеме Орлов был убийцей, причем убил он (хоть и не сам) из-за денег.

Глава 33

От Галины, как обычно, Далила отправилась в клуб. Там ее поджидал сюрпиз: Елизавета, оставив дела, преспокойно болтала с Яной Самохиной. Судя по всему, тема была интересной, потому что Бойцова, увидев подругу, беседу не прервала, а лишь приветливо помахала Далиле рукой.

Самсонова удивилась: «Странно, чем глупая Яна могла привлечь мою умную Лизу? К тому же Лиза ее презирает, а сегодня они трещат, как сороки. Так заговорить, что едва на меня взглянули. Почему?»

С этим вопросом Далила проследовала к трибуне. Бескомпромиссная тема лекции, которую она собиралась читать, заявлена была самой Елизаветой. В клубе ожидалось обычное сезонное отклонение от ее жесткой и решительной линии. В связи с приближающейся весной женщины оживились и настроены были слишком миролюбиво к мужчинам, как казалось Бойцовой.

Репрессии не заставили себя ждать. Президентша клуба, заметив в сплоченных рядах своих «членш» легкомысленное брожение, решила освежить их неверную память психологическим экскурсом в недра дремучей и жестокой души зверя под гордым названием «мужчина».

По слезной просьбе подруги Далила долго и добросовестно напрягала мозги, стараясь коротко изложить богатую на желания сущность мужчины. Лишая объект привлекательности, она безжалостно выпятила его темные стороны: адреналин, эгоизм, гормоны. Итог: агрессия, сластолюбие и неверность. Прогноз: любой мужчина обязательно попытается захватить над женщиной власть, иначе как он сможет получать от жизни все наслаждения, сохраняя эту самую женщину? Итог: мужчина в принципе не пригоден для тех отношений, которых женщина ждет от него. Она больше настроена на духовно-чувственное восприятие мира, он – на физическое. Женщина стремится к отношениям, мужчина – к действиям.

И вот такую-то лекцию не пожелала слушать Елизавета – проболтала ее с Самохиной. Далиле тем более это было обидно, что душа ее протестовала. В свете возникающих чувств к Шульгину схема «адреналин-эгоизм-гармоны» казалась несправедливой.

Вопиюще несправедливой!

«Я словно сама себя изнасиловала, – сердилась Далила, – а где благодарность? Лизка не захотела слушать меня, она увлеклась Самохиной. Почему?»

После лекции Далила задала Бойцовой этот вопрос, и ответ ее огорошил.

– Представляешь, я из Янки только что вытянула, откуда на нее свалилось наследство, – заговорщически прошептала Елизавета.

– Как тебе удалось? – изумилась Далила.

– Если честно, я не старалась. Янка сама ко мне за советом пришла. У нее неприятности. Родственники бабульки, которая акции ей оставила по завещанию, грозятся в суд на нее подать.

– Она рассказала тебе, где и как познакомилась с покойной бабулькой?

Бойцова восхищенно закатила глаза и вдохновенно воскликнула:

– В том-то и дело, что Самохина не была знакома с бабулькой!

– Тише, нас могут подслушать, – испуганно предупредила Далила.

Елизавета понизила голос:

– О наследстве Яна узнала через месяц после смерти бабульки.

– Как?

– Нотариус неожиданно ей позвонил и сообщил о завещании. Яна говорит, что шок испытала. Она долго не верила, а потом от счастья целый год была сама не своя. И до сих пор не может понять, что толкнуло бабульку завещать ей акции банка.

– А она пыталась узнать, откуда эти акции у нищей бабульки?

– Конечно, пыталась, но не смогла.

– Она не связала их как-то с Делягиным?

– Она не такая дура, чтобы ждать подарков от скотины Делягина, – презрительно фыркнула Елизавета. – Этот кобель не склонен был к щедрости.

– А нищая бабулька, выходит, склонна была.

– Да уж, тайна, покрытая мраком.

Далила задумалась:

– А Яна не врет?

Бойцова потрясла головой:

– Вряд ли. Янка в панике. Эти акции к ней как пришли, так могут сейчас и уйти. Родственники грозятся в суде доказать, что у бабульки крыша поехала. И шанс у них есть, иначе чем объяснить, что она отдала свои акции постороннему человеку?

– Погоди, но откуда родственники взялись? Бабулька вроде была одинокой, – осенило Данилу.

Елизавета горестно усмехнулась:

– Ха, была одинокой! Бабулька так тоже считала, когда лежала на смертном одре и завещание составляла, а теперь выясняется, что у нее многочисленная родня. И все клянутся, что бабульку до смерти обожали. И есть шанс, что судья им поверит. Они хоть и седьмая вода на киселе, но все же ближе к бабульке, чем Яна. Во всяком случае, они были знакомы с бабулькой в отличие от Самохиной. Короче, Яна в ужаснейшем мандраже. У нее руки и губы трясутся. Нашу соратницу я не брошу в беде. Уже обещала ей своего адвоката.

Далила огорченно призналась подруге:

– Лиз, ты версию мне поломала.

– Как?

– Я новую версию строила на том предположении, что через бабульку акции Яне Орлов передал, а теперь что выходит?

– А где он их взял? – удивилась Бойцова.

– Что за вопрос? – рассердилась Далила. – Где взял! У жены.

– А-а! Точно! Отыскал в больнице дышащую на ладан бабульку и передал ей акции Шуры Делягиной, – предположила Елизавета.

– Именно, – подтвердила Далила, – так я и думала, а бабулька по завещанию передала акции Яне.

– Но зачем это Орлову?

– Чтобы Яна помалкивала.

– Думаешь, Орлов Делягина пристрелил?

– Не сам, разумеется. Он его заказал.

Бойцова озадаченно осведомилась:

– А чем тебе старая версия не понравилась? Ты же Шуру подозревала.

Далила пожала плечами:

– Не знаю, слишком просто все получается. Примитивно для Шуры. Если Шура умна, тогда не может не понимать, что она первая подозреваемая. И потом, зачем ей стрелять? Делягин мог утонуть, инфаркт получить, подхватить сибирскую язву, в конце концов, отравиться.

– Ты права, – одобрила Елизавета. – Ей проще Делягина по-тихому притравить, чем под статью подставляться. А вот у Орлова был повод устроить расстрел Делягина именно в Новый год. В другое время фиг к нему подберешься, а тут под шумок…