Лиха беда начало - Михалева Анна Валентиновна - Страница 74

— Ну и дурочка! — неожиданно подытожила тетка Тая, когда она рассказала ей о своем отказе Налимову.

— Вот уж от кого-кого, а от тебя такого я не ожидала! — искренне изумилась Алена.

— Да уж… — протянул Горыныч, и они с Вадимом обменялись многозначительными взглядами. — Наши дамы сто очков мужикам дадут. Мы с тобой просто статисты какие-то рядом с ними.

— Кстати, о статистах, — Алена хитро прищурилась. — Меня уже долго мучает вопрос… как мужчины относятся к женским играм?

— В большую политику? — усмехнулся Горыныч.

— Можно назвать и так. Ведь понятно, что отношение женщины к мужчине — это тонкая игра. Я в последнее время много с Мариной общалась, а она мастер по этой части. Вот и задумалась…

— Ничего личного, но я все-таки замечу, дорогая, — усмехнулся Вадим. — Ну и подружки же у тебя. Одна другой стоит.

— Да и родственницы в общем-то не отстают, — Горыныч опасливо покосился на тетку Таю. Та незамедлительно приняла невинный вид.

— Вот я и говорю, — решила продолжить мысль Алена. — Есть дамы, которые используют такие простые приемы, от которых у всех окружающих их женщин сводит от скуки скулы. А мужики уже столько веков подряд покупаются на эти приемы. Им что, это нравится?

— Мужчины! — подозрительно ехидно хмыкнула тетка Тая.

На кухне повисла странная, неловкая пауза. Вадим почему-то потупил взор и покраснел. До ушей и густо. Алена не выдержала:

— Поясни… Родственница пожала плечами:

— Некоторые глупые девочки тоже покупаются…

— Может, не надо! — Терещенко воплотил в себе вселенскую мольбу о пощаде.

На что Алена тут же встала в стойку:

— Не меня ли ты имеешь в виду?! В чем дело?!

— Ну хорошо, — тетка улыбнулась Вадиму. — Лучше ей все сейчас рассказать, а то она тебя замучает, ты ей признаешься, и тогда она тебя добьет до конца. Мы немножечко тебя разыграли. Когда ты стремглав сбежала из театра, Вадим долго не мог понять, почему. Я ему объяснила, и мы решили влюбить тебя по-настоящему. Используя исключительно женские методы. Первым была ревность.

— Криминалистка! — тут покраснела уже и Алена, но только от возмущения.

«Да как он посмел ее законными методами ее же в самое сердце!»

— Никакой криминалистки не было, как ты понимаешь, — Горыныч покачал усами.

— Потом равнодушие: «Давай останемся друзьями», никаких обид, никаких опасений тебя потерять. Ведь не звонить неделями, опаздывать на свидания, обещать и не являться — это все женские крючки, на которые так здорово попадаются наши кавалеры. Мы же с завидной регулярностью применяем их собственный постулат: «Чем меньше женщину мы любим, тем больше нравимся мы ей».

В твоем случае мы эту формулу применили по назначению. Правда, Вадим долго сопротивлялся. Говорил, что ему жалко тебя, что он не может так поступать с тобой. Если бы ты только знала, сколько сил мне стоило уговорить его не явиться к тебе на свидание. Да я просто поседела. Ну а потом, когда над тобой нависла опасность, он, конечно, сорвался.

— И вздохнул полной грудью. — Терещенко робко взглянул на Алену виноватыми глазами.

А ее уже трясло.

«Катись ты ко всем чертям со своими телячьими извинениями!»

— Как ты мог! Ты же видел, как я переживаю! Да и вообще… Неужели мои страдания для тебя всего лишь составная часть игры?

— Но для тебя же игра — мужские страдания, — резонно заметила тетка. — Ты же, наверное, в глубине души подозреваешь, что от твоих выкрутасов мужчины тоже страдают.

— Я — это я! Я ведь женщина! — Алена не знала, какой еще привести аргумент.

Да и вообще, к чему какие-то аргументы?! Она просто сгорала от праведного гнева.

— А как насчет равноправия полов, о котором ты так любишь рассуждать? — родственница вопрошающе вскинула бровь.

— Я вообще больше не намерена рассуждать! Во всяком случае, в вашем присутствии! — Алена резво подскочила и, оттолкнув поднявшегося было к ней Вадима, рванулась вон из кухни.

В прихожей она судорожно открыла входную дверь и, содрогаясь от возмущения, выскочила на лестничную площадку. За ее спиной послышалась возня и голос тетки Таи:

— Дуй за ней, дурень! Она только этого и ждет! «Интересно, все женщины такие стервы или я — это исключение?» — усмехнулась про себя Алена, предусмотрительно замедляя бег по лестнице.