Лиха беда начало - Михалева Анна Валентиновна - Страница 55

— А с братвой где гулять? — резонно вопросил шеф.

— Там же, где и раньше, у Дрона в «Бароне». Чем не лафа? Нет — дом ему подавай! Вот и лоханулись.

— Тебя не спросил!

— И плохо сделал. Сам все изгадил, а теперь корчишься. Спросил бы вовремя, я бы братву собрал, да поехали бы в эту хренову фирму. Посмотрел бы тогда, как эти гниды выворачивались бы под пушками! — Колян даже кивнул, подчеркивая правоту своего заявления.

— Тебе дай волю, так ты полгорода перестреляешь, болван. А я потом бегай от ментов, — на удивление добродушно ответил ему Коновалов.

— Если вы уже прояснили все свои разногласия, давайте продолжим наш разговор. — «Как же приятно чувствовать себя умной! Правда, компания не слишком притязательна. На их фоне даже дегенерат покажется не дураком!»

— И что нужно от нас фирме «Дом»? — спросил Леха и, снова прищурившись, взглянул на Алену.

— Вот же срань господня! — ругнулся Колян, заслышав название опальной фирмы.

— Никто не собирается отлавливать вас с камерой, — заверила собравшихся Алена и улыбнулась, Дабы подтвердить честность своих намерений. — Все, что от вас нужно, так это прийти в студию на съемку ток-шоу новой программы «Политический ринг».

— Да ну?! — хохотнул Леха. — И это правда все, что нужно?!

«Сколько раз себе повторяла, что фразы типа „все, что я хочу“ или „все, что нужно“ нельзя употреблять в присутствии мужиков. Эти слова почему-то производят на них противоестественное воздействие. Мужики тут же встают в стойку и ждут каких-то невероятно-космических претензий. Дураки!» Алена постаралась не выдавать своих эмоций, поэтому старательно улыбнулась еще раз: сначала непосредственно Коновалову, как шефу, потом всем остальным:

Мы постараемся разоблачить господина Горина прямо в студии. Для этого и приглашаем целый зал людей, которые пострадали от его махинаций. Кроме вас, будьте уверены, придет немало весьма уважаемых бизнесменов. Все они попались на удочку фирмы «Дом» и согласились рассказать об этом в студии. От вас особенных свидетельств никто не потребует (она представила, как будет выглядеть рассказ Лехи о фирме «Дом» и что ей после этого выговорит Катька). Вам нужно только подтвердить…

— А чем это мы хуже уважаемых бизнесменов? — неожиданно обиделся Коновалов. Колян тоже надулся. — Почему это нам не дадут слово?!

— Думают, выйдем к микрофону и обосремся! — предположил Колян.

Собственно говоря, он был прав. Алена именно так и думала. Но виду опять же не подала, наоборот, сделала приветливое лицо:

— Мне показалось, что вам не очень хочется выступать.

— Рекламировать — не буду. А гробить — это пожалуйста! — решительно заявил Леха.

— А пушки возьмем? — поинтересовался Колян.

Дело принимало серьезный оборот.

— Зачем? — Алене стало не по себе.

— Если рот заткнут, за нас скажут пулеметы! — пафосно ответил ей бандит.

— Не волнуйтесь, вам дадут слово.

— Хрена лысого, — усомнился Колян, — смешают с дерьмом и выгонят.

— И зачем нам это нужно? — Она тоже прищурилась.

— А хрен вас знает. Вы же телевидение, — Леха безнадежно махнул рукой.

— Если бы я желала вас высмеять, обозвать или, чего хуже, обличить в чем-либо, то не явилась бы сюда, да еще в одиночку. У меня совершенно иные задачи.

Она уже поняла, что нарочито закрученные фразы действуют на этих парней как гипноз. Так и произошло.

— Ладно, — согласился за всех Леха после минутного раздумья (разумеется, если его молчание вообще сопровождалось мозговой деятельностью.

Молчать он мог и просто так, из важности), — мы придем.

Глава 22

— Ну как у вас дела? — Алена забралась с ногами в огромное теткино кресло и жадно вдохнула аромат пирожков с грибами, поставленных в духовку доброй родственницей по случаю долгожданного визита племянницы.

— Да как всегда. Главный объявил, что собирается ставить «Леди Макбет», так что у нас в театре опять переполох — каждый тянет одеяло на себя, словом, интриги и смута.

— Видимо, на вашего главного повлияли недавние убийства, — усмехнулась Алена. — Надо же, какой теперь у вас репертуар. Осталось только «Джека-Потрошителя» на сцену вытянуть.

— У нас и без «Джека-Потрошителя» полный кавардак. — Тетка подала ей настоящий свежесваренный кофе в маленькой глиняной чашечке. — Правда, пока недельное затишье — ведущая труппа на гастролях в Кельне. А вернутся — примутся за старое.

— Леди Макбет, полагаю, достанется Клязьминой?

— Ой, я вообще не знаю, что кому достанется. Ганин твой совсем замотался — он в двух картинах одновременно снимается, его и на гастроли-то с трудом удалось вытащить. Машка Клязьмина совсем ушла в религию. Так ее учение отца Гиви подкосило, что прямо жаль девку. Любовников всех своих пораскидала, краситься перестала и молится все время: ходит, бубнит что-то под нос. И ведь нет чтобы какую приличную религию принять — так она все что-то эдакое выдумывает: то устроит в гримерке чайную церемонию, то обвесится какими-то пучками сухой травы, то бродит часами по коридорам без всякой цели, а глаза пустые-пустые. А Федоров пить перестал. Но трезвый образ жизни сказался на нем таким склерозом, что он ни одну роль толком не помнит — постоянно путается.

Главный орет: «Лучше бы ты пил, как раньше!» Правда, молодежь у нас подросла: мальчикам да девочкам уже за третий десяток перевалило, а они все на второстепенных ролях. Вот их и будут выводить на первый план, а куда деваться?

— Тетка Тая протяжно вздохнула.

— А как дела у тебя на личном фронте?

— Да тут все по-старому, — родственница приободрилась. — Славик желает на мне жениться.

— Не может быть?! — притворно изумилась Алена. — Кто бы мог подумать?!

Он еще так неопытен, и взять в жены столь прожженную девицу! Три брака — это вам не шуточки.

— Завидуешь! — скривилась тетка Тая.

— Еще бы. Ты ведь мне своего кавалера ни за что не уступишь. Ну где мне найти такого же? С такими же шикарными усищами!

— У тебя свой есть. Чем тебя Вадим не устраивает?

— Усов-то у него совсем нет.

— Надо — отрастит. Ты только намекни.

— Отрастит он, — Алена досадливо поморщилась. — Теперь ему намекай — не намекай… толку нет. Совсем переменился парень.

— А что такое?

Ей показалось, что в глазах тетки мелькнула хитрая искра?

— Ой, не могу ответить. У меня такое чувство, что он повзрослел.

— Так давно пора. Ему ведь тоже уже не двадцать.

— Да не в этом дело… понимаешь, он жутко переменился. Будто бы в него Бунин вселился. Такой же стал мерзкий, поверхностный какой-то. Если это и есть взросление, то я ненавижу взрослых мужиков! — гневно закончила Алена.

— А в чем суть?

«Нет, тетка Тая все-таки странно улыбается. Хитренько как-то…»

— Суть в том, что раньше Вадим был со мной искренним. Я знала его как свои пять пальцев, а теперь он словно играет в какие-то странные игры, по одному ему известным правилам. И я понятия не имею, как вести себя с ним.

— А разве не этого тебе с ним недоставало? Ой! — Тетка резво подскочила. — Кажется, пирожки горят! — Она пулей полетела на кухню.

— Ну… — Алена задумалась. Вообще-то раньше именно предсказуемость Вадима вселяла в нее скуку, а стабильность их отношений просто пугала. Она не понимала, как существовать, когда все так гладко и славно, когда любимый человек всегда готов быть рядом, ну и все такое прочее. Именно от таких ничем не напрягающих нервное воображение отношений .она страдала больше, чем от постоянных встрясок с Буниным. Теперь же и Вадим, как по заказу, принялся устраивать ей эти самые встряски. Но странное дело, это совсем ее не радует.

«Женщины — довольно капризные существа, в конце концов решила для себя Алена. — Нам не угодить. Каково понять нашу логику бедным мужикам, если я, женщина, подчас сама свою логику понять не могу. Все-таки бедные наши мужики, бедные!»

— Мне кажется, что тебе стоит поиграть в его игры. — Тетка появилась в гостиной с блюдом, на котором дымились румяные пирожки. Шлейф аромата горячего печеного теста окутал Алену с ног до головы, она чуть было не потеряла сознание. — Может, послать к чертям свою диету? — Стойкость покидала ее вместе с рассудком. Пирожки пахли так, что у нее засосало не только под ложечкой, у нее в мозгу засосало и почему-то в коленях.