Корсары Таврики - Девиль Александра - Страница 36

Тут только Вера заметила присутствие верного друга и, огля­нувшись на него, воскликнула:

— Какой ты молодец, Карло, что спас моего дядю! Теперь мы вместе будем ухаживать за ним. — Она потрогала влажный лоб Ринальдо и сокрушенно покачала головой: — Жар еще не прошел, несмотря на испарину. Но я привезла с собой лекар­ства от самого фра Агостино, монастырского лекаря. Среди них есть бальзам, который исцеляет даже гнойные раны.

Ее торопливая речь была прервана появлением новых лиц. Стефан, Габриэле, а вслед за ними Тьери и Гоффо вошли в дом, улыбаясь при виде очнувшегося Ринальдо.

— А я знал, что капитан не будет долго валяться в бреду! — воскликнул Габриэле. — Не такая у него натура! А теперь так и вовсе пойдет на поправку, ведь мы привезли из Монкастро жирных кур, которых разводит Клаудия. Говорят, куриный бульон лучше всего помогает восстанавливать силы. Так что скоро наш мессер Ринальдо радостно закукарекает!

— Ты молодец, весельчак, что быстро вернулся, — похлопал его по плечу Тьери. — Мы даже не ожидали от тебя такой ис­полнительности, больше надеялись на Фабио.

— А вышло наоборот! — засмеялся Габриэле. — Красавчик Фабио со своей царапиной слег в заботливые объятия моло­дой служанки, а я поспешил к нашим раненым сорвиголовам!

— Нам повезло, что корабль Стефана уже приготовился к отплытию в Кафу, — вставила Вера. — Спасибо Стефану, что взял нас с Габриэле и с нашим грузом.

— Да разве ж я мог отказать старым друзьям и бойкой ма­лышке Вере? — развел руками Стефан. — И как славно, что к нашему приезду Ринальдо очнулся!

— Это мы с Карло лечили капитана! — с гордостью заявил толстяк Гоффо, хлопнув себя в грудь. — Я ведь разбираюсь в целебных растениях.

После нескольких минут всеобщего шумного разговора Карло заметил, что Ринальдо слегка побледнел и тяжело ды­шит. Это было признаком того, что больному пора отдохнуть, и Карло тут же велел всем выйти. В доме остался только Сте­фан, которому некогда было надолго задерживаться в бухте Ай-Тодора, и потому он хотел перед отплытием немного по­беседовать с Ринальдо. Вера тоже осталась, но не принимала участия в разговоре, тихо сидела в углу, никому не мешая, а только слушала и смотрела на собеседников.

Стефан рассказал, что везет в Кафу зерно из Молдавии и Ва­лахии, а из Кафы вывезет на продажу в Польшу и Германию меха, добытые в русских землях и доставленные кафинским перекупщикам через Тану. В последние годы добыча зерна и пушнины упала, отчего возросла конкуренция между купца­ми, и Стефану даже пришлось — не без помощи Ринальдо — припугнуть одного генуэзца, пытавшегося перехватить его тор­говые связи в факториях.

Ринальдо давно не был в Кафе и теперь с интересом слушал разговоры Стефана о том, что город уже опомнился после Тохтамышевых и Тимуровых набегов и жизнь в нем возвращает­ся в привычное русло.

— Кафа и не такое переживала, но каждый раз возрождает­ся, как Феникс из пепла, — заметил Карло.

Ринальдо даже загрустил при воспоминании о шумном при­морском городе, самом величественном в Таврике, «второй Ге­нуе» на краю другого мира. Когда-то в этом городе он мечтал о славе, богатстве и высоком положении, но судьба распоря­дилась так, что Кафа не стала началом его восхождения к но­вой жизни, а, напротив, оказалась закрыта для него на долгие годы. После истории с неудачным побегом Яунисио Риналь­до вынужден был обходить стороной главный генуэзский го­род Таврики. Бросив взгляд на сидевшую в уголке Веру, он вдруг понял, что был таким осторожным из-за нее, не имея права рисковать своей жизнью и свободой и оставлять без за­щиты это юное создание, ставшее для него родным.

А Вера слушала разговоры о Кафе, и у нее порой возникало странное ощущение, словно этот город, в котором она никог­да не была, как-то связан с ее детством. Закрывая глаза, она представляла его высокие неприступные башни, купола хра­мов, широкий залив с множеством кораблей. Кажется, она ви­дела все это в одном из своих полузабытых сновидений...

Встретившись глазами с Ринальдо, девушка улыбнулась и спросила:

— Мы ведь тоже когда-нибудь поедем в Кафу?

— Конечно, — пообещал Ринальдо. — Непременно побы­ваем и в Кафе, и в Константинополе. Я хочу, чтобы ты посмо­трела большие города. А если наши дела пойдут успешно, то поедем в Венецию или Геную.

— Как бы я хотела везде побывать, посмотреть мир! — всплеснула руками Вера. — Только ты поскорей выздоравли­вай, дядя.

— Уж он постарается, — усмехнулся Карло, бросив при­стальный взгляд на девушку.

Вскоре Стефан ушел, а Вера принялась располагаться с до­роги. Она занавесила покрывалом часть помещения с лежанкой и скамьей, отделив таким образом для себя угол, в который поставила сумку со своими вещами. Затем взялась выкладывать на стол перед постелью Ринальдо мешочки с травами и баночки с бальзамами.

— Ну, кажется, жизнь в этой скромной хижине скоро нач­нет бурлить, — пошутил раненый.

— Хоть мы и потеснимся, зато почувствуем женскую руку, которая наведет уют в корсарском вертепе, — в тон ему доба­вил Карло и тут же спросил у Веры: — Ты ведь уже превратилась из маленькой пиратки во взрослую синьорину?

Она весело откликнулась:

— После твоих советов, Карло, я старалась быть похожей на других девушек. Даже попросила Невену сшить мне платье к празднику королевы мая. Из того белого атласа, что привез Ринальдо в прошлом году.

Ринальдо и Карло переглянулись и одновременно подума­ли о том, что девушка и правда за это время как-то неуловимо изменилась, стала более женственной.

К вечеру Ринальдо стало хуже — возможно, виной тому бы­ло возбуждение от встреч и разговоров, но только вдруг возоб­новилась лихорадка, хотя и в более легкой форме, без бреда.

Пришел Гоффо с миской куриного бульона и, увидев со­стояние капитана, заметил, что лечение сухими травами не так действенно, как свежими, которые можно найти в окрест­ностях.

Вера тут же вызвалась идти на поиски целебных растений, но Гоффо и Карло пояснили, что вечером, в сумерках, это де­лать бесполезно, лучше начать с утра.

До полуночи Вера и Карло поочередно дежурили возле Ри­нальдо, клали ему на лоб повязки, смоченные в воде с уксу­сом, поили бульоном и отваром липы. Наконец, жар уменьшился, лихорадка отпустила, и раненый уснул.

Крепко уснула и Вера, измученная дорогой и волнениями. Утром ее разбудили громкие мужские голоса. Выглянув из-за занавески, она увидела у постели Ринальдо Тьери и еще одно­го матроса, которые рассказывали капитану, как идет почин­ка корабля.

Девушке даже стало неловко, что так долго спала, пропустив рассветные часы и позволив беспокоить дядю до того, как она сама позаботится о нем и удостоверится, что ему стало лучше. Вера мысленно пообещала сама себе, что станет в этом вре­менном жилище настоящей хозяйкой, пока Ринальдо не вы­здоровеет.

Хоть раненому и стало лучше, но пришедший вслед за ма­тросами Гоффо заметил, что это скорее всего лишь временное облегчение, характерное для утренних часов, а вечером лихо­радка может возобновиться. Ринальдо тут же запротестовал, уверяя, что уже почти здоров, однако Вера разделяла опасения Гоффо и сразу вспомнила о своих намерениях пойти в горы за лечебными растениями. Противиться ее напору было трудно, и Карло вначале согла­сился отпустить девушку вдвоем с Гоффо, но потом решил и сам пойти их сопровождать.

Оставив заметно взбодрившегося Ринальдо на попечение Тьери, Вера с двумя своими спутниками отправилась искать целительные дары природы.

Вечером девушка толком не разглядела окружающие домик места, теперь же ей все было интересно и ново. Дорога прохо­дила мимо римской стены с руинами двух башен, мимо полуразрушенного маяка на самой высокой точке прибрежного холма. Карло пояснил, что именно ради этого маяка римляне когда-то и построили здесь крепость, дабы оказывать помощь потерпевшим бедствие судам и не допускать грабежей со сто­роны местных варваров.

— Здесь был римский храм с алтарем Юпитера, были даже бани и бассейн, — рассказывал Карло, шагая вдоль стены из огромных камней, в древнюю кладку которых вцеплялись корнями вековые можжевелы. — Пол в термах был выложен кирпичом, под полом пролегали глиняные трубы, и по ним подавался горячий воздух. Вода поступала по водопроводу из горных источников. И все это много веков назад построили здесь, далеко от своей родины, римляне. Ты ведь знаешь, кто такие древние римляне, Вера?