Цена недоверия (Два шага в Бездну) (СИ) - Тюрина Екатерина Александровна - Страница 6

   - Только, я так понимаю, не Суэста мне надо опасаться?

   Вздохнув отложила в сторону прибор. Аппетит пропал.

   - Тебе никого не нужно опасаться. Хватит, перестань, пожалуйста, создавать мне проблемы, иначе мать отошлет тебя от дворца.

   - Мы с Андарраном защищаем этот дворец. Зачем бы ей нас прогонять?

   - Потому что я попрошу. Ты не единственный соль-терро, есть еще целых двенадцать. Немаленький выбор.

   - Пусть попробует. Ты-то знаешь, что все это бесполезно.

   Я решительно поднялась из-за стола.

   - Ты не поела, - неодобрительно заметил Дарсан.

   - Что-то расхотелось.

   Он не попытался меня остановить.

   На выходе из трапезной, меня перехватил Хатар, с каким-то очередным чрезвычайно важным, и абсолютно бессмысленным разговором. Но спас Омаэль, кивнувший из угла. Это значит, что есть дело поважнее Хатарового.

   Омаэль - это мой личный помощник, личный шпион, и еще хороший друг в одном лице. Стоит мне лишь заикнуться о деле, и можно про него забыть - Омаэль все сделает "в лучшем виде" - тихо, аккуратно, незаметно и скрупулезно. Во дворце он единственный, на кого я могу полностью положиться.

   Плюсом к этому идет то, что Дарсан не воспринимает его как угрозу лично мне. Пожалуй, это единственное существо, которое может находиться рядом со мной, не рискуя навлечь на себя гнев симбионтов. А ведь Дарсан бросался и на моих братьев, и на моих подруг... Братья держались, да им и деваться-то некуда, а вот "подружки" постепенно разбежались кто куда, не выдержав яростной осады.

   Причины такого отношения мне до сих пор неясны. Сам Омаэль молчит, а спрашивать Дарсана... ну уж нет!

   - Простите, соль-фламме, - бесшумно возник на пути Хатара мой помощник, эффектно встряхивая золотой гривой волос. - Соль-арэо ждут неотложные дела.

   Хатар опасно сощурил глаза, но возражать не стал, и покорно отступил, пожелав, на прощение, встретиться в ближайшее время. Я натянуто улыбнулась ему вслед, и повернулась к Омаэлю.

   Мало кто знал, что, по происхождению, он - соль-фэсто, то есть обычный горожанин, без капли благородства в крови. Однако, годы верной и преданной службы возвысили его статус настолько, что соль-фламме хоть и обзывали его, презрительно, "ручной крысой правящей семьи", однако, открыто высказываться боялись. Репутацию Омаэль имел жутковатую.

   - Ваша мать, леди, приказала намедни всему Бирюзовому Дому запереть врата. Более того, их Дальняя резиденция закрыта тоже, и ее охраняет один из соль-тэрро, ни на миг не отлучаясь.

   Я огляделась. Никто не смотрел в нашу сторону - но это на первый взгляд. И, хотя шепот Омаэля я и сама едва слышала, такие разговоры в коридорах не ведутся.

   - Идем в мое крыло.

   Каждый из соль-арэо имел свое личное крыло во дворце, где и работал, куда сам, лично, отбирал всю прислугу, вплоть до уборщиков. Роскошь? Что вы! Жизненная необходимость.

   Сейчас из тридцати восьми крыльев, отстроенных специально под такие вот рабочие "кабинеты", заняты всего два: мое и мамино. Это грустно. Когда-то наша семья, включая младшие ветви, насчитывала двадцать четыре члена. Но младших ветвей более нет. Истреблены в последнем Восстании.

   Отец и братья не входят в правящую семью. Отец, потому что по происхождению, он - соль-фламме. Братья, так как когда-нибудь найдут себе женщин и уйдут в их семьи.

   Ранее в соль-арэо были и мужчины. Те, кто давали обеты не искать семейного счастья, не иметь детей. Тогда к их именам прибавлялась приставка "ан" - соль-арэо-ан. Разумеется, они не лишались вовсе женского общества, у них были личные наложницы, всю жизнь не покидающие специально отведенного им крыла... Но это так мало верно? Для соль-арэо, благодаря измененному геному, живущих неестественно долго, это почти неравноценная замена. Но находились такие, кто предпочитал служение семье, личному счастью. Каждый из них был по-своему велик...

   А вот мои братья - отказались. Оба. Я не могла винить их, хотя раньше частенько обижалась, что все дела и заботы приходится тянуть нам с матерью. Потом перестала. Приближающаяся смерть меняет взгляд на многие вещи.

   Если идти пешком, да не имея при себе плана дворца, то до моего крыла можно и не дойти вовсе. Дворец - гениальное творение целых поколений лучших инженеров и ученых - поистине огромен. Мать с малолетства учила меня, как запоминать, куда ведут те или иные коридоры, где находятся крылья, как ориентироваться на каждом из уровней, коих бесчисленное множество. Без этих знаний - никуда.

   Внутри Лазурного дворца существуют помимо вертикальных лифтов еще и горизонтальные. Кабинки, на 10-20 человек, почти непрерывно двигаются во все стороны по транспортным туннелям в стенах. В одну из таких и сели мы с Омаэлем.

   Изнутри, каждая кабинка - индивидуальна. Страшно даже представить, сколько времени и сил было потрачено на их создание, ибо, насколько я знала, на каждом уровне курсировало одновременно не менее полутора тысяч. Каждый двухсотый восход, планомерно, запускались по сотне-две новых, на каждый уровень. Не считая замены сломанных, конечно.

   Порой, от попыток осознать масштабы Лазурного, его технической и прочей начинки - у меня волосы вставали дыбом. Как хорошо, что никто из ныне живущих не помнит даты окончания его постройки...

   Омаэль ступил в кабинку первым и лишь потом помог забраться мне. Мы не разговаривали.

   Дорога до моего крыла не заняла так уж много времени, но я успела устать. А ведь еще весь день впереди...

   Но вот наконец-то и мое рабочее место. Огромный стол, примыкающий к стеллажу, сплошь уставленному книгами, мягкое кресло, в которое я забралась с ногами и не скрывая облегчения. Незачем притворяться.

   Омаэль мерил шагами ковер.

   - Расскажи, что ты узнал.

   - На первый взгляд все вроде бы в порядке. Бирюзовый ведь достаточно часто запирают - эти ученые... - Омаэль даже поморщился от отвращения. - Вечно как изобретут что, так хоть драконам их скармливай по очереди. Тут же, вот странно, и не всполошился никто, а ворота заперли. И даже более того! Почти половина бирюзовых спешно и скрытно отбыли в свою Дальнюю резиденцию и запечатали вход туда. А утром мне доложили, что над резиденцией вторую ночь кружит симбионт двенадцатого соль-терро. Плюс, Арасту никто не видит уже третий восход, мол, "личные дела". И это у Арасты!

   Да уж, новости.

   Я задумчиво отбила на лакированной столешнице короткий мотив.

   Араста, она как мой Омаэль - тоже личный помощник. Моей матери. Известна своим скверным характером и дурными наклонностями, в числе которых и тяга к женщинам. Лично мне все равно кого она там предпочитает видеть в своей постели, лишь бы не меня. Однако же столь толерантных взглядов придерживаются немногие, так что у Арасты было очень и очень мало поклонников. И это еще до того как во время одного из последних нападений Диких она попала под струю драконьего огня.

   Все это лишь подтверждает, что моя мать собралась, во что бы то ей ни стало, сохранить мне жизнь. Эксперименты с материей? На здоровье, в ее распоряжении целый Бирюзовый дворец, с лучшими учеными умами. Да вот беда, не понимает она всю беспощадность науки... Жизнь то они мне, быть может, и сохранят, да вот только какую? Бессмысленное тупое существование тела, в котором давно уже умер мозг? Или, еще хуже, полная беспомощность при сохраненном сознании? Нет, я не позволю так себя исковеркать. Пусть мама не понимает... Главное, что я понимаю. И не хочу существования много худшего смерти.

   - Узнай причины, - молвила задумчиво. - Найди Аина - меня достал Суэст, пусть он за ним присмотрит. Кто у нас двенадцатый симбионт? Раэль-Лерон?

   - Да.

   - Отзови. Не давай никому из них приближаться к Бирюзовому - не приведи Эмифи они узнают о моем положении.

   - Сделаю.