Кир Булычев. Собрание сочинений в 18 томах. Т.18 - Булычев Кир - Страница 99

Она подумала: «А ведь мне повезло! Я как будто на практических занятиях по истории. Разве дома мне бы удалось пройтись по старинной деревне?»

На пыльной дороге, что бежала между избами, ребятишки играли в какую-то старинную игру – кидали косточки.

При виде Алисы ребята бросили играть и побежали сзади. Они кричали, прыгали и радовались – такой гостьи они еще не видели.

– Чудо-юдо! – кричали они. – Ты откуда?

Девушки кинулись на защиту Алисы. Они разогнали мальчишек, надавали им подзатыльников, чтобы не приставали к гостье.

Староста привел Алису к себе в избу.

Окна избы оказались махонькими. Они были поделены на частицы деревянными планками и затянуты слюдой или рыбьим пузырем.

В избе стоял стол и скамья.

Мужик уселся за стол и велел Алисе стоять спиной к двери.

– Теперь мы остались одни, девки не в счет. Расскажи мне, что в самом деле замыслила, что тебе нужно. А то сразу драться лезешь!

Алиса не стала спорить. Она уже давно поняла, что спорить со взрослыми – дело пустое. Они любят показывать, какие они умные и принципиальные. Так что умным детям лучше помалкивать.

– Ну и душно у вас, – сказал Алиса. – И как вы только в такой духоте живете? Хоть бы форточку придумали.

– Самое ценное, что есть у человека в доме, – ответил староста Тимофей, – это тепло. Для этого и дом строится. Так что ты нам головы не мути, лучше признавайся, зачем пришла... Или будешь в молчанку играть?

– У меня сестра пропала. Старшая сестра, – призналась Алиса. – Ее Магдалиной зовут. Ростом она чуть повыше меня, худенькая, молчаливая, возможно, носит с собой сумку, в которой лежит яйцо дракона. А может быть, дракон уже вывелся.

Алисе было жарко. Она и не заметила, как стащила с головы парик с длинной косой и принялась обмахиваться им, словно веером.

Стало прохладнее. А коса носилась по воздуху, как длинная сабля.

И тут Алиса увидела, что обе девушки залезли под лавки и спрятались, только босые пятки наружу. А сам староста, крупный мужчина, лежит на полу без чувств.

– Вы чего? – спросила Алиса.

– Чур меня! Чур меня, чур меня! – бормотали девицы визгливыми голосами. – Ведьма, ведьма, ведьма!

– Да перестаньте, – перебила их лепет Алиса. – Что еще за чепуха! Я не думала, что вас одно слово «дракон» так перепугает.

– Нет, не дракон, – послышался голос с печки. Оказывается, там лежал старичок с длинной седой бородой и одним зубом.

– И не дракон вовсе, – прошепелявил старичок, – а тот прискорбный факт, что ты, молодица, сняла с себя волосья и машешь ими, как метелкой. Страшно, аж жуть!

И тут Алиса поняла, что старичок прав. Наверное, с непривычки человеку страшно смотреть, как снимают парик.

Она засмеялась и натянула парик на голову.

– Ну, теперь не так страшно?

Но девушки не сразу вылезли из-под лавки, а староста долго не хотел приходить в себя.

Пока он ворочался на полу, пришла Аксинья, женщина спокойная, которую ни париком, ни драконом не испугаешь.

Она налила девочкам молока и позвала их за стол. А потом сказала:

– Повтори свой рассказ, девочка, а то мой мужик здоров, да робок.

– А вот это лишнее, – обиделся староста и сел на полу. Потер шишку на лбу – видно, набил ее, кода падал. – Я просто лежал и думал. Могу я полежать и подумать? Подумать и полежать? Совсем немного. Весь день в делах и беготне, а тут думаю: почему бы мне не полежать и не подумать о главном?

– И что же у тебя главное, Тимоша? – спросила Аксинья.

– Это самое! – ответил староста. – Думать!

– А ты чего заявилась? – спросила Аксинья у Алисы. И Алиса повторила свой рассказ о сестренке Магдалине и драконьем яйце.

Старичок с печки откликнулся:

– Нету у нас таких драконов. Нету. Я сто лет прожил, а про драконов не слыхал. Это зверина зарубежная, не наших кровей. У нас был Змей Горыныч, его еще Илья Муромец, блаженной памяти, воевал, вничью бой кончился. Потом этот Горыныч от старости подох, а может, от лихорадки. Точно не скажу.

– И правда, давно у нас такого не слыхать...

– Но, мама! – воскликнула рыженькая девица.

– Мамочка! – крикнула вторая.

Аксинья отмахнулась от дочек:

– Мало ли что люди болтают!

Алиса почуяла неладное. От нее что-то скрывают!

– Что болтают люди? – спросила она.

– Нет, – сказал староста твердо. – И думать не смей! Нельзя – значит, нельзя! Хочешь на всю деревню погибель навести?

– Но это же моя любимая сестренка Магдалина! – воскликнула Алиса. – Может, она в опасности?

Но как Алиса их ни просила, взрослые отказались поделиться с ней тайной.

– Иди дальше, – сказал староста. – Может, тебе в Москве скажут. Москва – город большой.

Не хотелось Алисе уходить из избы. Она всей кожей чувствовала, что обитатели ее что-то знают о драконе.

Правда, оставалась еще надежда на девочек.

Поэтому Алиса попросила:

– А можно, ваши дочки меня до дороги на Москву проводят?

– Сама найдешь, – отрезала Аксинья. – Все прямо да прямо, вот и выйдешь на большак.

– Мама, можно, мы ее проводим? – в один голос взмолились девушки.

– Зачем вам это?

– А затем, – сказала рыженькая, – что Алисия нам свои золотые кудри даст поносить. Дашь, правда?

– Дам, – сказала Алиса.

Они вышли из избы и по пыльной дороге пошли к большаку.

– А теперь рассказывайте, что знаете, – попросила Алиса.

– А косу дашь поносить?

Алиса сняла парик, и рыженькая сразу его напялила.

– Ну как, подружки? – спросила она. – Кто красивей всех на свете?

– Ты у нас самая красивая и умная, – сказала Алиса. – А где дракон водится?

Девушки оглянулись – нет ли кого поблизости?

Вокруг лежало поле, дальше лес. И ни одной живой души.

– В лесах нечисть живет, – сказала черноглазая. – У нас в лесу этой нечисти – пруд пруди.

– Обижают вас? – спросила Алиса.

– Не то чтобы обижают, – ответила рыженькая. – Нечисть – она во всех лесах водится, и, если ее не дразнить, она не тронет. Так, поиздевается, покружит, голову задурит и отпустит...

– Ну, конечно, не Баба-яга, – вмешалась черноглазая. – Баба-яга – она бестия, клейма ставить негде. Говорят, она мальчиков таскает и потом их в котле варит. Там у нее есть избушка на курьей ножке...

– Чепуху старухи мелют, а ты веришь! – перебила ее рыженькая.

– А ты сама посмотри! – возмутилась ее сестра. – Неужто ты тете Фекле не веришь? Она же своими глазами лешего видела!

– Но ведь не Бабу-ягу!

– А кто Бабу-ягу видал, тот больше уже ничего не увидит.

– А как же дракон? – спросила Алиса.

– Ты нам скажи, какой он, – попросила черноглазая. – Может, мать с отцом знают, но мы такому слову неученые.

– Дракон, – объяснила Алиса, – похож на Змея Горыныча, только изо рта пламя выпускает, а из ноздрей – дым, и покрыт он, как броней, зелеными пластинами. И ростом он выше избы.

– Ой! – Рыженькая зажала ладонью рот.

– Ой! – Черноглазая зажмурилась.

– Девчата! – взмолилась Алиса. – Вы его видели?

Девчата трепетали, но не отвечали.

– Признавайтесь!

Черноглазенькая сняла парик и протянула Алисе.

– Опасный ты человек, – сказала она. – Иди себе с богом. Вон там большак.

– Но вы только скажите, – крикнула Алиса, – вы его видели?

На бегу рыженькая обернулась и крикнула:

– Видели, да издали! Вот и живы до сих пор.

Алиса обрадовалась. Девушки не придумывали. Да и не только они – взрослые тоже ведут себя так, словно напуганы драконом. Неужели Алисе так повезло и она скоро увидит Магдалину?

Глава восьмая

ЗДРАВСТВУЙТЕ, Я – БАБА-ЯГА!

Алиса поспешила к Москве.

Ночевать в лесу ей не хотелось. Было зябко, да и мало ли кто водится в таком старинном лесу?

Темнело. Взошла луна. Она выглядывала в просветы бегущих облаков.

Страшный вой раздался из глубины леса. Кто там, в чаще? Может, волки?

Алисе конечно же приходилось видеть волков в зоопарке или в цирке. Она даже думала, не завести ли себе волчонка, но в будущем времени звери тоже стали умными и разумными. А здесь даже на сердце стало холодно от этого воя.