Львиный мальчик - Кордер Зизу - Страница 37

— Можно пройти там, — предложил вожак.

Чарли задрал голову и немедленно отвел глаза. Если они сорвутся… Вариантов несколько: либо они разобьются о воду, либо раздробят кости при ударе о мост, либо умрут от сердечного приступа еще в падении.

Львы прильнули к земле, подкрались к заборчику и перепрыгнули через него.

— У меня нет выбора! У меня нет выбора! — шептал мальчик.

Самовнушение не помогало.

В этот самый момент он понял, что выбор, в сущности, есть. Конечно, львам нельзя разгуливать по мосту. Но кто обратит внимание на мальчика? Мальчики ходят по мостам каждый день, и подозрений это ни у кого не вызывает.

— Увидимся на той стороне! — радостно воскликнул Чарли и побежал на мост.

Мальчик не просто шел, нет, он крутился колесом, становился на руки, а один раз даже изобразил сальто. Прохожие удивленно оглядывались, но Чарли было все равно. Какое счастье, что не надо лезть наверх! Какое счастье, что можно ходить по твердой земле!

Глава восемнадцатая

Исполнительный директор улыбнулся. Он был невысокого роста, в свежевыглаженной рубашке. Его голову украшала пышная шевелюра. Кожа у директора была мертвенно-серого цвета.

Родителям Чарли развязали глаза.

— В этом нет нужды, — пояснил директор. — Итак, — продолжил он, — вы ведь знаете, почему вы здесь.

— Нет, не знаем! — отрезала Магдалина.

Она неважно себя чувствовала.

— Естественно, чтобы работать с нами!

— Мы не хотим, — возразил Анеба.

— Вы не хотите завершить разработку лекарства от астмы в подобающих условиях? Вам не нужны деньги для продолжения исследований? Вам не нужна поддержка будущих проектов?

— Ага! — воскликнул Анеба. — Вот, значит, что вы нам предлагаете. Вот, значит, почему вы нас похитили, везли на заржавленной подводной лодке, угрожали, глаза завязывали… Вы прекрасно знали, что мы не будем сотрудничать с отпетыми негодяями вроде вас.

Директор раздраженно поморщился.

— Доктор, — наставительно сказал он, — корпорация работает на благо человечества! Что может быть почетнее, чем создать лекарство от астмы, облегчить страдания сотен людей? Исцелять — вот ваше призвание! Долгие годы искали мы это лекарство, и вот — свершилось! Вы можете помочь детям! Вдумайтесь: маленьким несчастным детям.

Магдалина принужденно рассмеялась.

— Скажите, — невинно заговорила она, — сколько вы зарабатываете на продажах лекарств каждый год?

Директор бросил на женщину укоризненный взгляд.

— И еще, — спокойно продолжала она, — сколько вы намерены заработать на нашем лекарстве? Кстати, как вы считаете, лучше сделать одноразовую вакцину или проводить курс лечения несколько раз? Вам действительно нужно лекарство? А может, вы просто решили убедиться, что, кроме вас, им никто не воспользуется?

Магдалина закашлялась.

Исполнительный директор театрально закатил глаза.

— Что ж, если вы собираетесь говорить в таком тоне…

Женщина яростно вскинулась.

Директор презрительно посмотрел на нее и взял телефонную трубку.

— Мисс Баракат? — уточнил он. — Кажется, профессор и доктор не очень хорошо себя чувствуют.

Думаю, будет лучше перевести их в отдел здоровья. Да, они совсем плохи. Ничего, уверен, мы с этим разберемся. Да, я уверен, через пару недель они будут как новенькие.

Мужчина положил трубку и плотоядно улыбнулся.

— Увидимся через пару недель, — сказал он. — С нетерпением буду ждать продолжения нашего сотрудничества.

Львицы шли по следу своих родственников, склонив золотистые головы к земле и принюхиваясь. Они прошли по ферме первого моста, до смерти напугали марокканца и уже собирались ступить на второй мост, когда случилась абсолютно неожиданная вещь.

К этому времени Чарли с остальными львами уже был на другой стороне реки. Им оставалось лишь пересечь небольшую площадь. Нужная станция маячила чуть левее. Но вдруг они услышали нечто такое, что заставило их застыть на месте.

Это был вой. Вой неслыханной силы и одиночества. Так воют, потеряв мать, так воют на пороге конца света, так воют, взглянув в зеркало и не узнав своего лица. От этого звука на глаза наворачивались слезы, а сердце сковывал ужас. Кто мог так выть? Почему?

Львы были поражены услышанным еще больше мальчика.

Львицы замерли и чутко прислушались. Остальные львы припали к земле, повернув головы в ту сторону, откуда доносился страшный звук. Хищники оскалили клыки, шерсть на их мощных загривках встала дыбом. Молодой лев зарычал — тихо, но так жутко, что у мальчика кровь в жилах стыла.

Чарли хотел разрядить обстановку, успокоить львов, как недавно в комнате марокканца, но едва он открыл рот, вожак так выразительно дернул ухом, что мальчик понял — сейчас надо молчать, сидеть тихо как мышь и ни во что не лезть.

Львицы перешли на стремительный бег.

Вой раздался снова, на этот раз он был ниже и продолжительнее. Львы навострили уши. Чарли знал, что хищники умеют определять по звуку расстояние.

Морды львов казались предельно сосредоточенными. Наверное, так они бы выглядели на воле — в африканской саванне, выслеживая дичь всем прайдом.

Молодой лев напряженно глядел на вожака.

Наконец старый лев повернулся к сыну.

— Оставайся здесь, — велел он. — Охраняй сестру и нашего друга.

Молодой лев собрался оспорить решение старшего, но вожак слегка вскинул голову, давая понять, что разговор окончен.

— Сэр, — осмелился подать голос мальчик. — Что это было?

Лев не ответил. Он снова нетерпеливо дернул ухом, развернулся и побежал на другую сторону моста. На мгновение хищник замер, высматривая просвет в напряженном движении, затем стремительно прыгнул и — пропал из вида.

Чарли вернулся к краю моста. Львы уже спрятались в темных кустах близлежащего парка, лишь в полной тишине можно было различить их прерывистое дыхание. Мальчик вздохнул и сел на корточки. Силы оставили его. В самом деле, что это было? Почему львы так перепугались? Сколько времени понадобится, чтобы снова собрать всех вместе? Поезд не будет ждать…

Ночь выдалась холодная. От земли исходила пронизывающая сырость. Наверное, погода скоро сменится.

Элсина вышла из кустов и села рядом с мальчиком. Чарли благодарно прижался к ее теплой шелковистой шкурке. Он был рад, что теперь им не от кого скрывать свою дружбу. Рядом нет ни Маккомо, ни вездесущих матросов… Молодой лев застыл чуть поодаль, с хищным оскалом вглядываясь в темноту.

— Что там? — спросила Элсина.

— Не знаю. — Мальчик пожал плечами. — Я думал, ты знаешь. Вы все так перепугались…

— Я не об этом, — поморщилась самочка. — Что там за место? У тебя вроде была карта.

Чарли напряг память.

— Там ботанический сад! — вспомнил он наконец. — А в нем музей естественной истории, несколько павильонов и зоопарк.

— Зоопарк… — зачарованно повторила Элсина.

— Но это же было не животное, правда?

— Я не знаю, что это было, — печально ответила молодая львица.

Мальчик хотел окликнуть льва, однако удержался. Тому сейчас явно не до Чарли. Лев сторожил.

— Предположения-то у тебя наверняка есть, — настаивал мальчик. — Почему ты так расстроилась?

— Ты тоже расстроился, — возразила Элсина.

— Да. — Мальчик поежился, вспомнив протяжный вой. — Но не так сильно, как ты.

— Потому что это не твой… — Самочка осеклась.

— Кто?

— Не знаю, — прошептала она. — Я не знаю.

Элсина положила голову на лапы и замолчала. Чарли понял, что ее мысли витают где-то очень далеко.

Прошло несколько минут.

Мальчик всерьез начал опасаться, что они не успеют на поезд. В любом случае, как можно уезжать без львиц? Как мог вожак убежать — просто так, без объяснений? Неужели он не доверял человеку? Но ведь они все в одной лодке, и беда у них одна на всех… Чарли не любил тех, кто уходит, не объясняя причин. Даже если это не нарочно.

Чарли прижался к Элсине. Она не возражала. Впрочем, сейчас ей было не слишком важно, кто рядом. Львица напряженно вглядывалась в ночь.