Критика критического идеализма (СИ) - Кременский Владимир Станиславович - Страница 1

ВВЕДЕНИЕ, ИЛИ КАК ЭТО ЧИТАТЬ:

Эта небольшая работа являет собой обобщение и краткий анализ всего изученного мною философского материала, критическую оценку теизма и фанатичности религиозного люда.

Прочтение работы не требует глубоких знаний философии, истории атеизма и теологии; однако, для понимания текста рекомендую ознакомиться с основными постулатами философии идеализма и материализма, основами психоаналитической литературы и марксизма. Некоторая часть текста посвящена объяснению некоторых социальных явлений в следствии влияния исторических факторов, яростной критике современного положения церкви на территории постсоветского пространства и Европы.

ГЛАВА 1.

«ВЕЩЬ В СЕБЕ», КАК НОВОЕ ОНТОЛОГИЧЕСКОЕ ПОНЯТИЕ О БОГЕ .

1.

Вспоминаем кантовскую «вещь в себе», то бишь, «нечто», не поддающееся познанию путем эмпирическим, следовательно, недоступную для нашего сознания вообще. Она существует вне и независимо от нашего сознания, но влияет на него. Кант выражался также, что «вещь в себе», хоть и не познаваема с точки зрения науки, возможна для понимания путем религиозной веры, в случае, если в качестве ноумена выступает бог. Как предлагают нам понимать это служители церкви, при общении с богом, мы познаем его, его «любовь», «мудрость» и проч., тем самым превращая его из объективной для большинства «вещи в себе», в субъективную для познающего «вещь вне себя», превращая ноумен божества в феномен божества. Сказать что подобный трансцензус (опять же, терминология Канта), имеет смысл, значит очень и очень снисходительно отнестись к подобного рода идеализму. Понятие «бог», как тот, за кого его принимает религия, будет «вещью в себе» до тех пор, пока эта религия будет существовать. Пускай читатель воспринимает верно: с упразднением религии как общечеловеческого феномена, возможно либо исчезновение понятия «бог», либо, что вероятнее, изменение содержания этого понятия. В истории подобные попытки были, как один из самых известных, приведу в пример ницшеанство с его концепцией сверхчеловека, человека стоящего выше любого божества, демиурга собственного бытия.

Возвращаясь к вопросу о боге как к «вещи в себе»- в силу исторической ограниченности Канта, как впрочем и всех мыслителей того времени, новоявленная «вещь в себе» была очередной попыткой заткнуть скептиков материалистов, в борьбе за доминирование идеализма.

Идеализму удобно утверждать, что вопреки учению тогдашнего материализма и его теории познания, существуют сущности сущность которых нельзя познать путем чувственного опыта, тем самым давая шанс на существование этих сущностей как допустимых.

«А: Бог существует!

Б: Вы не можете этого утверждать.

А: Вы также не можете утверждать обратного. »-удобно, не правда ли?

Чуть позже, Кант, выдвигает положение, гласящее что «Человеческий разум в силу своего несовершенства не может познать мир окончательно (полностью)». Тут же теософы принялись клепать новые философские концепты, направленные в основном против врагов религии, томно указывая им на то, что они вольны утверждать что хотят, но истина ими достигнута не будет. Ежели они, конечно не обратятся к богу, за этой самой истиной.

Своей философией, Кант породил огромное количество сомнений, путаницу между идеалистическими мыслителями, уже не знающими как поддерживать свою идею под натиском

открытий естествознания (достаточно вспомнить нелепую философию эмпириокритицизма, махизма). Под давлением «неугодной» ему (идеализму) реальности, подкрепленные кантианством, возникают концепты, которые имели место быть, скорее, в средневековой тьме, нежели на рубеже девятнадцатого столетия.

2.

Одним из примеров подобной глупости послужит цитата Рихарда Авенариуса, взятая из его труда, «Человеческое понятие о мире»- «Наш мозг не есть обиталище, седалище, созидатель, не есть инструмент или орган, носитель или субстрат мышления», собственно есть лишь перефразированная Авенариусом Маховская формулировка: «Мышление не есть обитатель или повелитель, половина или сторона, но и не продукт (!) или даже состояние вообще мозга». Подобный вздор может оспорить любой школьник, и в общем-то, любой рационально мыслящий, психически здоровый человек. А ведь убеждения Маха с Авенариусом носят названия «новейшего позитивизма»! Выходит, теперь каждый, вооружившись абстрактными понятиями, волен выдвигать самые невообразимо отсталые выводы и предположения. Все вытекает из пресловутой кантовской «вещи в себе». И эмпириокритицизм, и позитивизм, вообще всякая критико-идеалистическая философия.

Таковой вещью в себе, здесь выступает сознание «вне» мозга, иными словами, «дух» стоящий выше материального тела, выше материи вообще. Видимо, ярким примером «мышления вне мозга» (читай- «без мозга») и является мышление Авенариуса с Махом, выдвинувших подобные утверждения.

Стоит немного вникнуть в понимание слова «эмпириокритицизм», для начала, посмотреть на само строение этого слова: «эмпирио», или «эмпиризм»- есть суть слова «чувственный опыт» или опыт апостериорный, то есть такой, который приходит в процессе взаимодействия с объектом познания (по Канту). Следующее куда проще: слово «критицизм», всего на всего, критика. Эмпириокритицизм, есть суть критика эмпирического опыта. И подобная философская школа, являясь по выражению Ленина, школой субъективного идеализма, на деле является школой устаревшего критического идеализма, принявшего название, новейшего позитивизма.

С точки зрения эмпириокритики, материалистическая теория познания является неверной, неточной, и более того, «размытой» наивными реалистами (читай: материалистами). Несмотря на достоверность и общепризнанность гносеологической линии материализма, позитивисты продолжают создавать все более и более запутанную систему идеалистического восприятия мира, отстаивая первенство ощущений, комплекса ощущений над материей, реальностью.

Не выражаясь ясно в вопросах бога и теизма в целом, позитивисты-эмпириокритики допускают его существование, собственно, как определенного комплекса ощущений; опять же, руководствуясь трактовками Канта о несовершенстве человеческого разума и невозможности им воспринять объективную реальность целостно, давая ответ на вопросы о фактическом или ноуменальном существовании теистического божества. Следует конечно уточнить, что ноуменально, бог существовал с того момента, как его отождествлением с создателем занялась религия. Каким бы образом верующий не познавал бога в себе, вне себя, при детальном рассмотрении, познающий (верующий) так и не изменит ноуменальной природы божества, того, что оно является плодом человеческого сознания, человеческой фантазии. Даю утвердительный ответ «в пользу» существования бога- его существование возможно лишь в качестве «вещи в себе», не более как продукта разумности человека.

3.

Современность наконец позволила дать окончательный ответ касательно фактического существования божества, объяснив и доказав с точки зрения науки в целом, то что было доказано чуть больше века назад, материалистами, а именно:

1) Подтвердила абсолютную правоту материалистической теории познания, указав, что до существования всякого мыслящего субъекта, существовала объективная реальность, без участия чьего-либо сознания (материя первична, «дух», сознание, вторично).

2) Исключила фактическое существование трансцендентных реальностей как возможных, допуская их только в качестве ноуменальных, внутри человеческого сознания.

3) Объяснила устройство мозга, как мыслительного аппарата, как источника самосознания.

Собственно, этого было бы достаточно для «укрощения» всякого теистического, идеалистического рвения в пользу божеств и духов, если бы не человеческая тяга к эскапизму, обусловленному скорее не частным невежеством отдельно взятого народа или человека, но общим состоянием просвещенности той или иной населяемой местности. Известен факт того, что количество верующих в богов, духов, потусторонних сущностей преобладает в странах малоразвитых, терпящих экономические и геополитические катастрофы, таких как: Африка, Индия, Средняя Азия, Южная Америка. Подобная обусловленность «истинноверующих» весьма понятна- страх за себя, за близкого, порождает тьму с которой зараз не может справиться даже самый яркий факел культурного и научного просветительства. Желая побороть предрассудки, суеверия, религиозность, следует первым обустроить жизнь человека на грешной земле, переставая кормить фантазиями по поводу жизни после смерти, независимо от того, чему подчинена вера человека: вера в рай, ад, реинкарнацию, трансмутацию и проч.