Приворотный амулет Казановы - Александрова Наталья Николаевна - Страница 42

– Ну ладно… – Афанасий сглотнул, облизал губы. – Все одно помирать, а так хоть ширнусь перед смертью… ну ладно, слушай…

– Одну секунду! – спутник Полины достал из кармана своей кухлянки крошечную камеру, поставил ее на стол и нажал кнопку. – Вот теперь рассказывай!

– Значит, договорился я со своей женой бывшей встретиться, – начал Афанасий, – она мне, понимаешь, денег должна. Пока я на зоне парился, она тут, понимаешь, жизнь свою устроила, богатого лоха окрутила! Денег у нее куры не клюют, а чтобы мужу посылочку на зону послать – это ей западло! Нашел я ее быстро – отчим ее проболтался по пьяни. Тоже на нее сильно злой – денег шлет мало, а как мать померла – так и вовсе ничего. Ну по первости-то она, конечно, брыкалась, но я ей быстро объяснил, что к чему. Пугнул, в общем, стала она шелковая. Ну я и договорился с ней – в одном ресторане…

– Как ресторан называется? – уточнил «чукча».

– Как же это… – Афанасий наморщил лоб, припоминая. – «Аль денте»! Итальянский вроде ресторан. Договорились мы с ней заранее, я пришел, но в ресторан сразу заходить не стал…

– Почему?

– Потому что чувствую – что-то там неладно! Афоня хитрый, – наркоман осклабился, – у Афони чутье, как у собаки! Я только подошел к этому ресторану – чувствую, нехорошо там!

Он сделал паузу, перевел дыхание и продолжил:

– Походил я вокруг, присмотрелся – вроде все нормально: ментов не видно, засады нигде нет. Тогда подошел еще раз – а ноги не идут. Чую, что что-то не так.

Он опасливо взглянул на окно, понизил голос и продолжил:

– Хотел уже уйти, а потом думаю – как же я уйду без денег? Мне без денег никак нельзя…

– Ну да, тебе же на дозу нужно!

– А хоть бы и на дозу! – Афанасий оскалил редкие желтые зубы. – А если бы и на дозу – кому какое дело?

– Никакого, – отмахнулся «чукча», – продолжай!

– Вот, значит, подошел я тогда к окну, заглянул… смотрю – сидит моя Алка, на часы посматривает. Дожидается меня, значит. Поглядел, кто там был кроме нее. Еще вроде трое было… нет, – Афанасий задумался, загибая пальцы, – четверо. Это если не считать официантку. Один парень – лохматый ботаник с компьютером, от него никакой опасности нету, он только знай в свои циферки пялится. Еще один мужик толстый, в светлом костюме – по всему видать, жулик. Ему тоже своих дел хватает, ему чужие неприятности ни к чему. Еще одна баба – так себе, о чем-то своем думает. На нее вот, между прочим, похожа, – Афанасий скосил взгляд на Полину. – Только тогда попригляднее была.

Полина невольно вздрогнула и подумала, что Совко и правда наблюдательный тип, раз сумел узнать ее в таком виде. Тогда в ресторане сидела привлекательная, уверенная в себе молодая женщина, теперь же перед ним загнанная личность в потертой бедной одежде, да еще пахнет от нее дымом и опасностью.

– А третья, – продолжал Афанасий, – третья баба очень подозрительная. Делает вид, что ест, а сама то и дело на жену мою посматривает. На мента вроде не похожа, а только что-то с ней не так…

Я еще маленько постоял, поглядел на них через окно, а тут смотрю – к той бабе, что на нее похожа, – наркоман снова зыркнул на Полину, – парень подошел. Вроде официант, да только официантка там девчонка была, я ее уже срисовал. А этот непонятно откуда появился со своим подносом, и на эту дамочку тарелку опрокинул. Только мне-то со стороны видать – уронил он ее нарочно. Дамочка эта, значит, вскочила, заверещала и убежала – видать, в туалет, юбку свою замывать…

«Чукча» повернулся в сторону Полины, как будто ожидая от нее подтверждения.

– Так оно и было, – кивнула девушка.

– Продолжай!

– А чего продолжать-то? – заныл Афанасий. – Нечего мне продолжать… я уже все рассказал… больше я ничего не помню…

– А если ничего больше не помнишь – так не получишь дозы! Рассказывай то, что прошлый раз говорил!

Афанасий тоскливо посмотрел на шприц и снова заговорил:

– Ну ладно, так и быть… значит, та дамочка выбежала, а я решил – пойду внутрь, поговорю с Алкой! Мало ли, что мне мерещится! Надо быть выше этого! Опять же деньги срочно нужны. Значит, отошел я от окна, направился к двери, а тут-то он и появился…

Афанасий замолчал, уставившись на что-то, что видел только он сам. Губы его тряслись, как желе, из груди вырывалось прерывистое хриплое дыхание.

– Кто – он? – сурово проговорил «чукча», когда молчание слишком затянулось.

– Сатана! – прошептал Афанасий, неумело перекрестившись. – Самый что ни на есть Сатана!

– Ты лишнего не болтай! – одернул его спутник Полины. – Ты говори, что видел!

– А как же не Сатана, если он ниоткуда появился? Только что его не было, пустая улица – и вдруг он с мостовой поднимается! Точно тебе говорю – как из-под земли вырос! И сам такой страшный… волосы белые, глаза, как две ледышки… так и стоит у меня перед глазами! С тех пор, как его увидел, заснуть не могу, все его лицо мерещится! Потому мне и нужна доза, а то от страха прямо колотит… вот сейчас на окно гляжу – а вижу его лицо… или вот на тебя… слушай, а ты – не он?

– Ты не отвлекайся. Дальше что было?

– Дальше? – Афанасий быстро заморгал. – Это ты насчет чего?

– Что ты мне вчера рассказывал? Появился тот человек…

– Появился, будто из-под земли вырос – и прямо к тому ресторану, где Алка сидела. Вошел внутрь и как начал палить… всех в шесть секунд перестрелял! Одна только та дамочка, которая юбку замывать убежала, только она и уцелела, а остальных он на месте положил… хотя нет, – спохватился Афанасий, – та баба, что за Алкой следила, тоже сперва успела откатиться, за стол спрятаться, видно, не впервой ей в такую переделку попадать. Только от того, от Сатаны-то, так просто не уйдешь! Он ее заметил и добил…

– Точно так все и было… – подтвердила Полина севшим от волнения голосом.

– А дальше что было? – проговорил «чукча», поскольку Афанасий снова замолчал, глядя прямо перед собой остекленевшими глазами, словно заново переживая события того страшного дня. – Куда потом этот беловолосый подевался?

– А дальше я оттуда драпанул поскорее, – ожил Афанасий, – так что насчет того, куда он подевался, сказать ничего не могу. Тут дело такое, мокрое дело, с минуты на минуту должны менты появиться, а если они меня на месте возьмут – мало мне не покажется. Кто такой? Афанасий Совко, судимый, статья такая-то… взять его за шкирку да прямым ходом в КПЗ, потому как он к этому делу непременно причастный! И повесят на меня эти убийства, как номер на ворота! Потому как я один раз уже судимый, на меня теперь можно всех собак вешать! Так что насчет того, куда он подевался, – ничего не знаю, зато как он появился – это я своими собственными глазами видел. Только что на этом месте машина стояла, отъехала машина – и он как из-под земли вырос…

– Постой-ка! – перебил наркомана спутник Полины. – Что еще за машина? Ты мне вчера про машину ничего не говорил!

– Ты не спрашивал – я и не говорил! Да и какая разница? Далась тебе эта машина! Ты бы мне лучше, дяденька, дозу дал. Ты обещал мне дозу, если я тебе все расскажу…

– Э, нет! Ты еще не все рассказал. Что там насчет машины? Ты говоришь, стояла она, потом уехала, а он на этом самом месте появился?

– Ну да, раз говорю, значит, так и было…

– И какая это была машина?

– Да какая машина? Обыкновенная машина, на четырех колесах. Не знаешь, какие бывают машины?

– А еще что-нибудь ты заметил? Ну, марку или хотя бы цвет?

– Насчет марки – врать не буду, не заметил, не до того мне было, чтобы чужие машины разглядывать. А цвет – само собой, черный. Какой же еще цвет может быть?

– Ну какой? Цвет разный бывает – и синий, и красный, и зеленый… да хоть фиолетовый!

– Ну ты скажешь, дяденька! Где это видано, чтобы похоронная машина была красная или зеленая? Само собой, черная она была!

– Похоронная? – переспросил «чукча». – Так это была похоронная машина? Что же ты мне сразу не сказал!

– Ты не спрашивал – я и не говорил! Да и какая разница? Та машина все равно уехала, а уж после он как будто из-под земли появился! Такой страшный… глаза закрою – и он прямо передо мной стоит… боюсь я, дяденька! Никого раньше так не боялся! Вот я тебе скажу, на зоне такой уголовник был – Михеич его звали. До того страшный… огромный, как медведь, весь шерстью заросший, лапы, как у гориллы, и злющий, как черт. Его все боялись – и простые зэки, и блатные, его даже охранники боялись, даже авторитетные воры – и те его уважали. Так вот тот Сатана гораздо страшнее Михеича… главное дело – он куда хочет может пробраться, хоть через стенку пройдет. Вот мы тут с тобой, дяденька, разговариваем, а он вдруг – раз! – и из-под пола появится, как тогда появился…