Опаленная земля - Мэрфи Уоррен - Страница 61

Наконец буря улеглась. Римо дрейфовал среди блестящих клочков майлара.

Он огляделся:

— Где «Атлантис»?

— Перешел на более низкую орбиту, — ответил Смит.

— А как же со мной?

— Спасательные операции в космосе в подобных обстоятельствах не предусмотрены, — сухо проронил Смит. — Это слишком опасно. Нельзя рисковать «Атлантисом».

Римо не верил своим ушам:

— Вот как? Не предусмотрены, значит? Значит, на этом и порешим?

— Римо, ведь вы с первого дня работы на КЮРЕ отдавали себе отчет в том, что рано или поздно вам, возможно, придется пожертвовать собой.

От осознания безысходности своего положения у Римо мерзко засосало под ложечкой.

— Смит... вы же не хотите оставить меня здесь умирать...

— Римо, у меня нет выбора.

— Подумайте о том, что скажет Чиун.

Смит молчал.

— ...о том, что он сделает, — добавил Римо.

— Думаю...

— Думайте быстрее, — поторопил его Римо. — У меня нет времени.

А затем Смит спросил:

— Римо, вы видите «Атлантис»?

— Ну.

— Слушайте меня внимательно. Майлар состоит из того же материала, что и солнечный парус, который улавливает потоки солнечных частиц, или солнечный ветер. Возможно, в недалеком будущем человек будет пилотировать летательный аппарат с солнечными парусами в качестве вспомогательных двигателей. Вы в состоянии дотянуться до какого-нибудь куска покрупнее?

— Можно попробовать. Здесь их хватает.

Оставалось лишь дождаться, пока достаточно большой фрагмент алюминизированной пластмассы окажется в пределах досягаемости. Забраковав два обрывка, Римо схватил третий, который наконец счел вполне подходящим.

Взявшись за край, Римо поднял его над головой, ногами уперся в прореху в нижней части полотна, которое натянулось подобно парусу.

— Развернитесь на солнце, — инструктировал его Смит.

Это было непросто. Римо чувствовал себя мотыльком, который путешествует на гонимом ветром листе. Наконец ему удалось направить парус на солнце.

— Что дальше.

— Теперь ждите. Это займет некоторое время. Я дам «шаттлу» ориентир. Грузовой люк у них будет открыт.

— Я ничего не вижу из-за этого паруса.

— Положитесь на командира.

Прошла, должно быть, целая вечность. Римо видел перед собой только кусок материала. Время от времени в глазах у него отражался свет далеких звезд. Его не отпускало ощущение полной неподвижности. Казалось, он навсегда завис в одной точке бесконечного пространства. Время словно остановилось. Практически не расходуя физической энергии, он дышал размеренно, делая не больше шести вдохов в минуту. Только чтобы поддержать жизнедеятельность организма.

В снабженном кондиционером скафандре Римо почувствовал, что обливается потом.

Когда густая тень поглотила его, Римо понял, что спасен.

— Порядок! — крикнул он.

— Невероятно! — выдохнул Смит.

— Эй, мы же здесь все настоящие профи, — почувствовав себя в безопасности, петушился Римо.

— Но у тебя должен был кончиться запас кислорода еще семь минут назад, — сказал Смит.

Римо схватил дистанционный распределительный пульт системы жизнеобеспечения, нашел порт подачи кислорода и подключился к нему. В скафандр начал закачиваться воздух.

— Передайте им, чтобы закрыли люк грузового отсека и включили свет, — крикнул он Смиту. — И еще — скажите Чиуну что я возвращаюсь домой.

Харолд В. Смит облегченно вздохнул:

— Понял. Конец связи. — В следующее мгновение створки люка захлопнулись, и Римо оказался в кромешной темноте. Наступила тишина.

Его вдруг осенило.

— Эй! Да я же теперь настоящий астронавт! Каково!

Генерал-майор Иона Станкевич явился на доклад к министру обороны России со своей секретной папкой и бутылкой водки. Министр изучал материалы, не забывая время от времени прикладываться к бутылке.

Закончив, он вперился в генерал-майора пристальным взглядом. Глаза его лихорадочно блестели.

— Вас можно поздравить, Станкевич.

— Благодарю вас. Но сейчас не время. Я выполнил свой долг Теперь вы должны выполнить свой.

Министр обороны кивнул и нажал кнопку. В кабинет вошли несколько охранников.

— Заберите этого олуха, — приказал министр. — Расстрелять его.

До Станкевича не сразу дошел смысл его слов. Наконец, опомнившись, он залепетал:

— За что? Почему?

— Если бы вы принесли мне это чуть-чуть пораньше, нас бы уже не было в живых. Слава Богу, что ваши документы попали мне на стол после того, как кризис миновал.

— Но... в инструкции Земятина ясно сказано, что, если это сверхмощное оружие когда-либо будет размещено...

— Кризис закончился. А с ним и ваша жизнь.

Станкевича вытащили из кремлевского кабинета. Вслед ему неслись насмешливые слова министра обороны:

— Да. Спасибо за водку. Весьма кстати.

В этот самый момент Станкевич вдруг словно прозрел: старая добрая большевистская Россия еще жива. Эта мысль согревала ему душу, пока большевистская пуля не оборвала его жизнь.

Глава 46

Прошла неделя. Чиун сидел в Замке Синанджу, занеся гусиное перо над пергаментным свитком, с четырех углов придавленном к полу нефритовыми пуговицами.

— Сын мой, опиши мне его глаза. Они были ужасны?

— Да не было у него никаких глаз. Он был похож на огромный алюминиевый зонтик.

— "Парасол". Это мы знаем, что «Парасол». А будущим поколениям будет невдомек, что это чудище имело земное происхождение. Салбьол говорил о солнечном драконе. И я, в назидание будущим поколениям мастеров, должен описать именно Солнечного дракона.

— Не было у него ни глаз, ни хвоста. И мне надоело об этом говорить.

— Что ж, придется мне прибегнуть к помощи собственного воображения, — сказал Чиун, поднося перо к пергаменту.

— Валяй, — проронил Римо.

Зазвонил телефон, стоявший на низенькой скамеечке. Римо сделал вид, что не слышит.

— Это Смит, — сказал Чиун, макая перо в чернильницу.

— Я с ним не разговариваю. Он бросил меня умирать в космосе.

— Он все еще твой Император, Ты должен поговорить с ним.

— Пусть поцелует меня в задницу.

Наконец после триста семьдесят восьмого звонка Римо смилостивился.

— Если вы что-то продаете или вас зовут Смит, то вы ошиблись номером.

— Римо. Я нашел кое-что интересное.

— Так потеряйте.

— Я закончил проверку по Римеру Боулту.

— Ну и что?

— Одиннадцать лет назад Ример Боулт устроился на работу в массачусетскую «Кемикал Консептс». Эта компания разрабатывала фторуглеродную пушку, которая едва не стоила жизни всему человечеству.

— Шутите!

— По моим данным, он занимал место директора по маркетингу Когда я разбирался с персоналом «Кемикал Консептс», пытаясь установить, кто несет ответственность за озоновый кризис восемьдесят пятого года, я совершенно упустил из виду фигуру Боулта. Похоже, что история повторилась.

— Значит, он действительно был последним звеном?

— Был, — промолвил Смит.

Римо хмыкнул:

— Что-нибудь еще?

— Сообщают, что в России группа бывших оперативников КГБ, недовольных существующим режимом, собирается захватить власть.

— "Щит"?

— В сообщениях ИТАР-ТАСС они фигурируют как «Феликс». В честь Дзержинского, основателя советской тайной полиции.

— Очередные звенья в цепи, — ворчливо заметил Римо.

— Мы не должны спускать с них глаз.

— Кстати, что с тем фотографом, которого люди в черном похитили прямо из телестудии? — спросил Римо.

— Его отпустили. Цел и невредим.

— А кто его взял?

— Люди из Управления аномальных технологий ВВС.

— Зачем он им понадобился?

— Помните, Чиун прикончил их человека на месте, где сгорел «Биобаббл»? Когда его тело нашли, в УАТ решили, что им угрожают некие пришельцы.

— Они не ошиблись. Только не поняли, кто эти пришельцы. Пока, Смит.

Римо положил трубку и обратился к Чиуну: