Ведьмины пляски (СИ) - Романовская Ольга - Страница 86

  - Иранэ? - тихо, устало окликнул знакомый голос.

  Свен! Дура, кто же ещё!

  Я тут же оказалась рядом и плюхнулась рядом, рассматривая осунувшегося бледного мага. Выглядел он отвратительно, краше в гроб кладут, зато живой. Голова перевязана красным шарфом, давно не бритый, щека распухла, лицо цветёт пожелтевшими синяками и испещрено сеточкой порезов. На скуле и вовсе ожог.

  - Живой! - выдохнула я и разрыдалась, уткнувшись в плечо Свена.

  Тот болезненно дёрнулся и попросил не трогать. Голос чуть слышно шелестел, чтобы расслышать, пришлось приложить ухо к самым губам.

  Не удержавшись, поцеловала и ощутила слабое, вялое прикосновение к руке.

  - Потом. Отпустил - и хорошо.

  Я поняла, что имел в виду Свен, и была с ним полностью солидарна. Не хватало ещё мучить раненого расспросами! Но один всё же задала, самый важный:

  - Надеюсь, вас за убийство графа Скордео не?..

  Свен промолчал и недовольно засопел. Ну да, я любопытная женщина, но за него же волнуюсь!

  - Вам ничего не нужно? Я сделаю, принесу...

  - Ложись! - вот и голос прорезался, недовольный такой, властный.

  Свен тут же закашлялся и отвернулся. Простуда, я совсем о ней забыла! Судя по хрипам, с осложнениями. Но ничего, завтра внимательно осмотрю и займусь лечением. С этой мыслью разделась и юркнула под бок Свену - больше некуда. Нет, мне, конечно, постелили на полу, но там сквозняк, а тюфяк такой тоненький, что кошка побрезгует.

  Какой же Свен горячий! И подрагивает.

  В тревоге заворочалась и исхитрилась пощупать лоб - влажный и, увы, горячечный. Но, если правильно помню, пот - хороший признак, да и Свен категорично дал понять: если встану, обрушу на себя все проклятия мира. Поэтому пришлось обождать до утра и попытаться заснуть.

   Глава 33. Томительное ожидание.

  Я кормила Свена с ложечки наваристой похлёбкой. Хозяйка расстаралась, полагаю, не бесплатно, и купила на рынке мясо. Готовить пришлось мне, но за эти месяцы я поднаторела в местных рецептах и уже не пугалась допотопной кухонной утвари.

  Овощи и мясо нарезала мелко. Зубы Свена пока не видела, но похоже, не все на месте. В челюсть ему раз точно съездили, рисковать не стоит. Представляю, как больно жевать, если зуб шатается или отломан. Хорошо бы вообще пищу через сито протереть, но тут до супов-пюре ещё не дошли.

  Ко всему прочему маг действительно подхватил бронхит и простыл. Кашлял хрипло и болезненно, иногда минут по пять заходясь в припадке. Я суетилась, делала компрессы, даже знахарку привела, благо обнаружила под подушкой кошелёк с деньгами. То ли это заначка Свена, то ли Магистр расщедрился.

  Знахарка приготовила пахучую мазь, которой я дважды в день, на восходе и закате, обрабатывала раны. Бедняге Свену сильно досталось, приложили хорошо и магией, и подручными колющими предметами. Как он вообще выжил?

  Часть волос на голове пришлось выстричь - там тоже красовался глубокий порез.

  Зато старые ожоги затянулись.

  Свен много спал и мало говорил. Лекарства кривился, но пил. Их тоже давала я, невольно радуясь, что он не упрямится.

  Но самым серьёзным испытанием стали первые два дня, когда Свен что-то бормотал в бреду. Я плохо понимала слова, но, кажется, речь шла об артефакте. Нечто вроде: 'Не дай ему забрать!'.

  Тогда я сильно испугалась. Парацетамола нет, из лекарств - только травки да заговоры, а у Свена такой жар, что яичницу жарить можно. Но обошлось, кризис миновал, озноб прошёл, маг больше не бредил.

  Сейчас пошла уже вторая неделя моей жизни в мансарде. За это время я старательно получала и применяла на практике навыки сестры милосердия. Даже вчера побрила Свена, а то совсем зарос. Жутко боялась: 'опасная бритва' - это не игрушки, но обошлось. Один порезик и пара торчащих волосков не в счёт.

  Моя похлёбка, кажется, пришлась по вкусу, пришлось бегать вниз и наливать вторую миску, чтобы удовлетворить аппетит выздоравливающего организма. Смотрелся этот самый организм одновременно и смешно, и грустно. Представьте себе наполовину забинтованную мумию в платочке - ну нечем больше перевязать. А под косынкой - тонзура. Для тех, кто не знает, это стриженая макушка у католических монахов.

  Ни Магистра, ни инквизитора, господина Меладаха, я больше не видела и понятия не имела, как те распорядились моей судьбой. Когда предстоит суд - тоже.

  Беспокоил Андреас. Если его держали в тюрьме и допрашивали в традициях инквизиции, магу сейчас не многим лучше Свена. Навести справки, увы, не могла: приставленный к дому солдат, с которым ходила за знахаркой, естественно, саму никуда не отпускал, ничего не знал и разговаривать вообще не собирался.

  Покормив, взбила Свену подушки и устроилась рядом на шатком стуле. Обычно я рассказывала магу что-нибудь о Земле - вместо снотворного. Тему выбирала сама, Свен особо не вслушивался. Я не обижалась. Пусть спит, это гораздо полезнее.

  - Ну, спросить что-нибудь хочешь?

  Слова Свена застали врасплох. Я-то решила, будто после сытного обеда он задремлет.

  - Хочу, но вам говорить вредно.

  - Давно моё здоровье беспокоит? Что, Магистр сказал, без меня на костёр, да?

  Я возмущённо вспыхнула и без обиняков назвала мага бездушной сволочью, потому что только сволочь не заметила бы бескорыстную заботу.

  - Между прочим, это благодаря мне ты тут сидишь, - нахмурился Свен. - Слово-то могу и забрать. В бреду чего-то только не скажешь.

  Губы мага вытянулись и сложились в тонкую линию. Он буравил меня пристальным взглядом, под которым чувствовала себя виноватой до мозга костей. И это при полном отсутствии прегрешений!

  - Свен, - взяв себя в руки, постаралась ответить максимально вежливо, - я действительно за вас беспокоюсь, мне действительно не всё равно, что с вами, и...

  - ... и поэтому я бездушная сволочь? - закончил вместо меня маг. - Которая в крови, в... словом, вспомнила о некой Иранэ и очень сильно, поклявшись цеховым знаком, двумя обличиями Ио и душой, просила её не трогать. Да-да, не надо округлять глаза, слово я сдержал. Думаешь, Магистр просто так на тебя внимание обратил? Да опоздай я, потеряй сознание, когда он появился, крыс бы кормила.

  - Я не знала... - расчувствовавшись, забыла былую обиду. - Догадывалась, что вы что-то сказали, но полагала после и не так.

  - Угу, после поздно было бы, в замке надо было, исключительно в замке. Люди при смерти редко лгут, поэтому и послушали. Так бы аудиенции месяцами добивался. Скольких денег бы стоило! - Свен скривился. - И неизвестно, помогли бы. Алидис тобой заинтересовался, поэтому защитил. Поедешь с ним потом в столицу.

  - Не хочу, - твёрдо заявила я. - Если куда и поеду, то с вами в Нурбок. Или жениться передумали?

  Теперь пришло время Свена удивлённо поднять брови.

  - Был договор, - напомнила я. - Моя жизнь и жизнь Андреаса в обмен на ненастоящий брак. Вы свою часть договора выполнили, я выполню свою. Только давайте сразу решим, когда вновь стану свободна. Надеюсь, - испытующе глянула на мага, - Андреаса не сожгут?

  - Не сожгут, если сам на костёр не полезет, - Свен устало прикрыл глаза. - Похоже, Меладах докопался до архиведьмы. А прибил её твой ненаглядный.

  - Но откуда вы знаете? - изумилась я.

  Свен не мог этого видеть. Или же?..

  - Не слепой и не глухой. В замке, помимо меня, оставался всего один маг. Тот, из твоего мира, благополучно сбежал. Но ничего, - заскрежетал зубами Свен, - отловят. От Меладаха даже мышь не спрячется.

  - А он кто, этот господин Меладах?

  - Верховный инквизитор, - зевнув, пробормотал маг. - Остальное давай потом? Забыл, что женское любопытство утомительно. Суд денька через три.

  Вот так, буднично, сонно, мне сообщили о таком важном событии. И никаких подробностей: ни как себя вести, ни кто будет выносить приговор, ни где этот суд вообще будет. Сиди, Иранэ, мучайся, пока его величество почивать изволит.